«Заслуга» Гитлера в том, что на основе этой философии, этих архитипических черт нации, он сделал значительную часть народа преступниками.
Эта мысль прозвучала в речи американского обвинителя на Нюрнбергском процессе Джексона: «Эти преступления, о которых мы сейчас говорим, являются беспрецедентными из-за потрясающего количества их жертв. Они не менее потрясающи и беспрецедентны из-за большого количества людей, которые объединились для того, чтобы совершить их. Совесть и чувства большей части германского народа были привлечены к поддержке этих организаций, приверженцы их не чувствовали личной вины, когда названные организации переходили от одной крайней меры к другой, соревнуясь в жестокости и соперничая в преступлениях… этот судебный процесс не должен служить и тому, чтобы оправдывать весь германский народ, за исключением этих 22 человек, сидящих на скамье подсудимых… Успешное осуществление их планов было возможно только потому, что большое количество немцев было объединено в преступные организации…».
До Гитлера был сформирован психотип, архетип германско-го народа. Появилась философия, которая соответствовала этому архетипу. Появилось соответствующее искусство. Культура стала отражать архетипические черты народа. Теперь бери и веди народ туда, куда просто разумом люди не пошли бы. Это в значительной, если не в решающей степени, объясняет, почему натиск нацизма не встретил отчаянного сопротивления внутри самих немцев.
Эрих Фромм подтверждает: «Детальный анализ структуры личности немецких рабочих обнаруживает одну из причин – хотя, конечно, не единственную причину – этого явления: очень многие из них обладали рядом особенностей того типа личности, который мы назвали авторитарным. В них глубоко укоренились почтение к установившейся власти и тоска по ней. Многие из этих рабочих вследствие такой структуры личности в действительности вовсе не хотели того, к чему их призывал социализм… Иными словами, идея может стать могущественной силой, но лишь тогда, когда она отвечает специфическим потребностям людей данного социального характера.
Этот характер стал подвластен Гитлеру. Он этого не скрывал: „…правильно понять чувственный мир широкой массы. Только это даёт возможность в психологически понятной форме сделать доступной народу ту или иную идею“».
Обращению к архетипу нации способствовали и исторические изыскания. История, исторические пристрастия, увлечения обычно самым непосредственным образом связан с архетипами народа. После поражения в Первой мировой войне архетипы германского народа были длительное время «зажаты» внешними обстоятельствами и актуальность приобрели поиски путей их направления внутрь самой нации. Для государства, для его населения, находящихся под строгим контролем внешних обстоятельств, изучение своих истоков является одним из безопасных направлений уравновешивания со своим архетипом. Нельзя с чем-то вне себя – надо найти что-то внутри себя, а если не получается, то изыскания можно окрасить и мистикой, в рамках которой «возможно» всё.
Поэтому ещё до прихода Гитлера к власти, в Германии создаются многочисленные исторические и мистические общества. Общество «Туле» – полное название «Группа изучения германской древности» – одно из них. Это культурно-политическое общество, образованное как антисемитская ложа, имела в своём составе боевой союз, который был предназначен для вооружённой защиты своих членов. Гесс вступил в это общество ещё в 1919 году. Там верховодили будущие духовные наставники Гитлера – Раушнинг, Хаусхофер, Гундольф.
Членами «Туле» были Гиммлер и Геббельс. Все слушали музыку «певца тевтонской культуры» Вагнера. В рамках этого общества и начал складываться коллектив единомышленников, который позже захватил власть в стране.
На что надо обратить внимание. Общество «Туле» считало своей главной задачей усиление мужского («тевтонского») духа в нежной женской немецкой нации. Женственность немецкой нации было одним из постулатов идеологии участников «Туле». Сам Гитлер, особенно в последние дни Третьего Рейха, не раз публично обвинял немцев в «женственности», «слабости характера», что, по его мнению, и привело Германию к поражению. Но понимание этих особенностей немцев и привело Гитлера к власти. Во всяком случае, это понимание было сформировано задолго до прихода нацистов к власти и неоднократно подчёркивалось ими после.
В недрах «Туле» зашевелились такие понятия, как «нордическая раса», «арийская раса», «высший человек, оберменш» и «низшие люди, унтерменши»… Их источником стал сборник мифов и героических песен германских народов «Эдда», где присутствуют образы «нордических арийцев» с острова Альтланд. При этом южный народ – Ашкеназ – являлся, в их понимании, женским началом в немецкой расе, а гиперборейцы, собственно арийцы, считаются мужским началом немецкого народа. В рамках этих исторических изысканий гитлеровцы выбирали себе и символику. Свастика – это знак древнего германского бога Одина («солнечное колесо Одина»).
Поэтому за Гитлером стояла целая организация, которая понимала роль и важность мягкой силы, интуиции для развития нацией и управления ею.
8.2 Женское начало в немецкой нации. Дети Германии
Теорию о женском и мужском начале в формировании этносов, гитлеровские создатели расистских концепций позаимствовали у своих учителей Г. Клемма и А. Гобино [2].
Из концепции женственности немецкого народа вытекали и многие методы воздействия на него. Так, шестое правило пропаганды Геббельса звучит так: «Пропаганда должна воздействовать больше на чувство, чем на разум, так как масса, в сущности, имеет женственный характер, поэтому чувства доходчивей размышлений».
И это им выполнялось. Вот пример выступления Геббельса в 1933 году.
«Оглядываясь назад на прошедшие годы падения Германии, мы приходим к пугающему, почти ужасающему заключению о том, что чем меньше немецкие мужчины желали действовать как это и подобает мужчинам в общественной жизни, тем больше женщины поддавались искушению занять место мужчины. Феминизация мужчин всегда ведёт к маскулинизации женщин. Эпоха, в которую позабыли о прекрасной идее храбрости, непреклонности, непоколебимости и решимости, не должна вызывать удивление тем, что мужчина постепенно уступает свою ведущую роль в жизни, политике и правительстве женщине.
Однако мы убеждены в том, что главная задача социально ориентированной нации должна заключаться в том, чтобы снова дать женщине возможность выполнить её действительную задачу, её миссию в семье и в роли матери.
Особенность современной эпохи – быстро снижающийся уровень рождаемости в наших крупных городах. В 1900 г. в Германии родились 2 миллиона детей. Теперь это число снизилось до 1 миллиона. Такое резкое снижение наиболее ясно просматривается в столице. За прошедшие четырнадцать лет уровень рождаемости Берлина стал самым низким среди всех европейских городов. К 1955 г., не считая эмиграции, он будет иметь примерно 3 миллиона жителей. Правительство намерено остановить подобное сокращение рода и, как результат, истощение нашей крови. Должно произойти коренное изменение. Либеральное отношение к семье и ребёнку несёт ответственность за столь быстрое падение Германии. Сегодня мы должны побеспокоиться о стареющем населении. В 1900 г. на каждого пожилого человека приходилось семь детей, сегодня лишь четыре. Если текущие тенденции получат продолжение, то к 1988 г. соотношение будет 1 к 1. Эти статистические данные говорят о многом. Они являются лучшим доказательством того, что если Германия будет продолжать идти по нынешней тропе, то она сорвётся в пропасть с головокружительной скоростью. Мы можем определить то десятилетие, когда Германия рухнет из-за снижения темпов роста населения».
Казалось бы – простые слова. Но это продуманная концепция. Мужской дух после поражений в Первой мировой войне, после кризиса 1929–1933 годов устал, сработался. Поднять нацию можно обращаясь к её женской сущности, к молодёжи. Именно у этой части населения более подвижны динамические стереотипы, механизм переключения условных рефлексов.
Руководители Третьего Рейха понимали женственную суть немецкого народа и борьбу за души всех немцев они связывали с борьбой за немецкую женщину. Немецким женщинам показывали, какими они должны быть. Пример тому – Магда Геббельс, которая в Третьем Рейхе олицетворяла собой идеал немецкой женщины: убеждённая сторонница идей национал-социализма, соратница своего мужа, красавица, мать семерых детей и любимица фюрера нации. Её первой наградили «Почётным крестом немецкой матери» – орденом, по статуту приравненным к высшим военным орденам Рейха. После вручения этого ордена нацистская пропаганда стала называть Магду немецкой «супер-матерью». Как хорошая артистка, она играла роль первой дамы Третьего Рейха.
