На следующий же день после подписания соглашения глава австрийской дипломатии Вольфганг Шюссель, наверняка по договоренности с НАТО, заявил о претензиях на то, чтобы воздушный контроль альянса распространился и на всю территорию Югославии, а верификаторам ОБСЕ были предоставлены дополнительные гарантии.
Позднее выяснилось, что дерзкое поведение наиболее умеренного в НАТО человека, министра иностранных дел Австрии, было вызвано тем, что решение об агрессии против СР Югославии к тому времени уже было принято. Альянсу оставалось лишь найти соответствующий «веский» повод для развязывания военных действий против СРЮ, не стесняя себя тем, что подобные действия не санкционированы Советом Безопасности. В этом смысле весьма показательно заявление отставного немецкого генерала Хайнца Локвая, который утверждает, что до начала воздушных ударов по Югославии имелись хорошие шансы мирного разрешения кризиса в Косове и Метохии, но они «были утеряны вследствие огульного, одностороннего и пристрастного подхода большинства членов альянса, выступивших в пользу косовских албанцев против сербов». Согласно Локваю, «США, еще задолго до Рамбуйе, имели твёрдое намерение организовать военную интервенцию». О том, что в Косове велась «игра краплёными картами», явствует и распоряжение Уокера, в котором он еще в конце января 1999 г. предписал начать подготовку к эвакуации Верификационной миссии ОБСЕ, хотя в тот момент последняя еще не была полностью укомплектована, а также несмотря на то, что, благодаря усилиям миссии, напряженность в крае была очевидно ослаблена[279].
Это подтверждает и Приказ Командования Приштинского корпуса (сов. сек. № 880–349 от 23 октября 1998 г.), который гласит:
«На основании Приказа 3-й армии (сов. сек. № 168–319 от 23.10.1998 г.), в целях выполнения обязательств ПрК, проистекающих из соглашения о верификационных миссиях ОБСЕ и НАТО в Косове и Метохии и других документов,
ПРИКАЗЫВАЮ
1. 24.10.19 98 г. осуществить возвращение БГ-15 — 1 из района с. Обранджа близ Подуево в гарнизон «Косовские герои» в Приштине. Выдвижение из нынешнего района дислокации начать в 09:00 час., а закончить 24.10.1998 г., не позднее 15:00.
2. Передислокацию осуществить по маршруту с. Обранджа — Подуево — с. Милошево — Приштина.
3. Командованию 15-й танковой бригады провести подготовку к плановой, организованной и безопасной передислокации с непосредственной охраной в ходе марша.
4. Кома ндованию БГ-15 — 1 оказать содействие в подготовке и организации марша, охрану колонны в ходе марша обеспечить собственными силами и средствами.
5. Перед маршем провести проверку исправности боевых и небоевых машин. На неисправных машинах перевозить личный состав запрещается.
6. Перед маршем провести осмотр вооружения и снаряжения личного состава и собрать все ТМС, применяемые в полевых условиях. По прибытии в гарнизон отобрать у солдат и офицеров боеприпасы, выданные им для личного оружия. В ходе осмотра вооружения выявить, нет ли у солдат спрятанных боеприпасов.
7. В случае ухудшения обстановки в КиМ быть готовым к вмешательству на опасных направлениях, согласно особому приказу.
8. Доложить о выполнении задания 24.10.1998 г., до 17:00, в очередном боевом донесении.
Командир, генерал-лейтенант Небойша Павкович»[280].
Выполняя свои обязательства, вытекающие из соглашения, югославская сторона вернула в казармы части Армии Югославии (Приштинский корпус), а полиция Сербии заняла свои стационарные объекты. Спецподразделения Армии и полиции, находившиеся в Косове и Метохии во время проведения антитеррористической операции (июль — сентябрь 1998 г.), убрали блокпосты с путей сообщения, покинули край и вернулись в постоянные места пребывания, в том числе за пределы Косова. Число полицейских было сведено к уровню начала марта 1998 г. Заметно стабилизировалась гуманитарная ситуация в Косове. Практически решён был вопрос о размещении людей, находившихся под открытым небом. Югославская сторона полностью выполнила свои обязательства, зафиксированные в соглашении Милошевича — Холбрука, и была готова к мирному разрешению кризиса в этом южном сербском крае. На фоне выполнения С. Милошевичем требований Международного сообщества еще контрастнее стала выглядеть провокационная, дестабилизирующая деятельность подразделений так называемой Освободительной армии Косова, пытающихся заполнить «вакуум», который возник после вывода югославских сил безопасности. Характерно, что на заседании экспертов Контактной группы в Лондоне 11 ноября странами-участницами была выражена озабоченность позицией и действиями косовских албанцев, которые препятствовали началу переговоров[281]. «Албанские террористы, ободрённые благосклонностью и всемерной поддержкой, оказанной им главой Миссии ОБСЕ Уильямом Уокером, использовали сложившуюся обстановку для реорганизации, перегруппировки и восстановления своих сил и, оправившись от поражений, понесенных в июле-сентябре 1998 г., с новой силой продолжили свою преступную деятельность»[282]. Во время работы наблюдательной миссии было очищено от сербов 35 сёл[283].
16 октября 1998 г. в немецком Бундестаге рассматривался документ «Предотвращение гуманитарной катастрофы в конфликте в Косове». Тогда Фишер заявил: «Гуманитарная ситуация драматически ухудшается, десятки тысяч албанцев скрываются в лесу. Более 290 тысяч беженцев находятся в отчаянном положении. Если они там дождутся зимы, то произойдёт гуманитарная катастрофа». В феврале и марте 1999 г. Бундестаг голосовал за участие в войне против Сербии[284].
24 октября СБ ООН принял резолюцию 1203 по Косову (Россия и Китай воздержались, т. к. в тексте в целом не исключалась идея применения силы против Белграда). В ней отмечалось, что Совет Безопасности «приветствует подписанное в Белграде 16 октября 1998 года министром иностранных дел Союзной Республики Югославии и действующим Председателем Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) соглашение, предусматривающее создание ОБСЕ контрольной миссии в Косово (S/1998/978) и включающее обязательство Союзной Республики Югославии соблюдать положения резолюций 1160 (1998) и 1199 (1998)», а также подписанное в Белграде 15 октября 1998 г. начальником генерального штаба Союзной Республики Югославии и Верховным главнокомандующим союзными войсками Организации Североатлантического договора (НАТО) в Европе соглашение, которое предусматривает учреждение миссии по воздушному контролю над территорией Косово (S/1998/991, приложение), дополняющей Контрольную миссию ОБСЕ. Было принято решение направить в Союзную Республику Югославию миссию в целях создания собственного потенциала для оценки развития ситуации в Косове, обеспечить охрану и безопасность членов Контрольной миссии в Косове, незамедлительно начать «без предварительных условий, с международным участием и в рамках четкого графика конструктивный диалог, ведущий к прекращению кризиса и политическому решению проблемы Косово на основе переговоров». Но в резолюции упоминаются и надвигающаяся гуманитарная катастрофа, и необходимость «незамедлительного и полного расследования, в том числе при международном надзоре и участии, всех жестокостей, совершенных в отношении гражданских лиц»[285].
Европейский союз полностью поддержал подписанные в Белграде соглашения в качестве важного шага на пути к политическому урегулированию кризиса в Косове. Он приветствовал резолюцию 1203 (1998) Совета Безопасности от 24 октября 1998 г., подкрепившую авторитетом Организации Объединенных Наций требование о полном и безотлагательном выполнении всеми соответствующими сторонами этих соглашений, односторонних обязательств и резолюций 1160 (1998) и 1199 (1998) Совета Безопасности[286]. Соглашением Милошевича — Холбрука было предусмотрено размещение в Косове 2 тыс. наблюдателей ОБСЕ. К концу 1998 г. их там насчитывалось уже 1 400 чел.
Буквально сразу после подписания договора албанцы спровоцировали обострение ситуации, совершив несколько кровавых преступлений в общине Подуево. В центре города выстрелами в спину они убили инспектора государственной безопасности Милича Йовича, когда тот шёл на работу. Затем в с. Обрандже, недалеко от Подуева, на пороге своего дома, на глазах супруги был убит 65-летний Милован Радоевич: только потому, что его семья была последней сербской семьей, оставшейся в этом селе. Во время прощания с убитым Радоевичем террористы напали на похоронную процессию.
Первой жертвой среди сотрудников МВД после прибытия миссии Уокера стал Ненад Станкович, убитый в селе Драгобиле. Это случилось 16 октября 1998 г., а уже на следующий день, 17 октября, на дороге Приштина — Малишево, недалеко от села Орлате, были убиты полицейские Живорад Костич, Деян Яковлевич и Горан Маркович. Один из верификаторов из состава миссии Уокера выдал свидетеля этого преступления террористам, и его удалось вернуть только под нажимом югославских государственных органов и общественности.
