Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
Негативное влияние подобных методов на немецкую пропаганду очевидно. Во время проведения операции Freischuetz, например, было сброшено около 500 000 листовок с призывом сдаваться, а дезертировали всего лишь шесть партизан. В донесении указывались недостатки подобных листовок: они не учитывали психологической атмосферы в партизанских отрядах и не могли использоваться в качестве пропусков. Во время операции Nachbarhilfe дезертировали всего 24 партизана, хотя моральное состояние партизан оценивалось совсем не высоко. На важность нормального обращения с дезертирами указывалось и в отчете об операции Zigeunerbaron, в ходе проведения которой дезертировали 869 партизан. В отчете одобрительный отзыв получило использование 840 000 листовок с призывом о сдаче и указывалось, что содержавшееся в них письменное обещание не расправляться без разбора со всеми партизанами способствовало увеличению количества дезертировавших.
Климатические условия
Практически во всех немецких донесениях, относящихся к борьбе с партизанами, зимние месяцы рассматриваются как наиболее благоприятное время для проведения антипартизанских операций. В ноябре 1942 года начальник тыла группы армий «Центр» в своем запросе о выделении дополнительных сил отмечал необходимость иметь под рукой войска в зимние месяцы, когда болота замерзают и тем самым не затрудняют передвижения войск. Лишь в одном донесении отмечается, что конец апреля и начало мая являются наиболее подходящим временем для операций против партизан, хотя в этом же документе рекомендуется проводить операции зимой, поскольку в это время легче обнаружить следы на снегу. Поэтому тот факт, что в Брянской области крупнейшие операции против партизан проводились летом, возможно, отчасти объясняет не вполне удовлетворительные результаты этих операций.
Сотрудничество местного населения с партизанами
Немецкие документы содержат крайне мало информации, на основании которой можно было бы провести систематизированный анализ сотрудничества населения с партизанами.
Поэтому все нижеизложенное представляет собой оценку наиболее типичных, и в большинстве случаев схематичных, обобщений, встречающихся в немецких документах, относящихся к поведению отдельных групп.
Вероятно, самым общим для всех немецких донесений, касающихся взаимоотношений гражданского населения и партизан, является утверждение, что сельское население было наиболее враждебно настроено по отношению к партизанам и потому менее всего склонно к сотрудничеству с ними. Даже в феврале 1943 года отмечалась антипатия крестьян к партизанам. Одно из немецких донесений описывает эти настроения следующим образом: «Нигде… гражданские лица не принимают участия в актах саботажа и не поддерживают такие [акты]. Сельское население, как и прежде, отвергает партизан». Аналогичные заявления можно обнаружить и в других немецких источниках. В ряде из них также утверждается, что среди сельской молодежи в основном были сильны антикоммунистические настроения. «В принципе можно утверждать, что русский крестьянин, пока он не испытывает на себе влияния партизан, полностью подчиняется германским властям. К тому же лишь среди незначительной части сельской молодежи существуют просоветские настроения».
Несмотря на частое упоминание враждебного отношения к партизанам сельского населения, не следует забывать, что партизанское движение едва ли смогло бы развиваться и действовать эффективно без поддержки значительной части крестьянского населения.
Отношение немцев к городскому населению, наоборот, характеризовалось подозрительностью. Хотя встречаются отдельные донесения, в частности на раннем этапе оккупации, в которых утверждается, что преобладающая часть городского населения не симпатизирует партизанам, во многих источниках говорится, что среди этой части населения враждебно настроенных к немцам элементов было значительно больше, чем среди сельских жителей. В декабре 1941 года в одном из донесений отмечалось: «Города являются центрами партизан, которых, почти как правило, сельское население (крестьяне) отвергает». В этой связи примечателен тот факт, что крупные города, такие, например, как Брянск и Рославль, находились в руках немцев на протяжении всего периода оккупации и их население практически не имело возможностей для контактов с партизанами. Вместе с тем условия жизни в городах были хуже в силу нехватки продовольствия, топлива и жилья. Кроме того, ряд городов подвергался воздушным налетам, вызывавшим значительные разрушения. В течение решающих месяцев лета 1943 года, когда немцы постепенно отводили войска из Брянской области, городское население открыто встало на советскую сторону. Сравнивая городских жителей с сельским населением, одно из немецких донесений сообщало: «Городское население… всегда было склонно поддерживать партизан и теперь все более открыто встает на их сторону».
Молодежь, получившая воспитание при советском режиме, как и следовало ожидать, была более благожелательно настроена к нему, чем старшее поколение, и ждала возвращения Красной армии. Об этом говорится в немецком донесении от сентября 1942 года: «В Брянске продолжают циркулировать слухи о приближении войск Красной армии. Молодежь надеется, что [Красная армия вернется]; люди старшего поколения опасаются, [что это произойдет]». Помимо этого, в партизанской среде молодые люди считались наиболее рьяными бойцами. В донесении о проведении операции против партизан к югу от Брянска осенью 1942 года говорилось: «Примечательно, что сравнительно большое число молодых людей и девушек, воспитанных в духе коммунистической идеологии, сражалось до самого конца».
Весной 1943 года, когда все большее число граждан открыто симпатизировало партизанам, молодежь упоминалась особо. В донесении командования тыла группы армий «Центр», где сообщалось о влиянии партизанской пропаганды, говорилось: «Молодые люди чувствуют себя лишенными целей в жизни и потому особо восприимчивы к вражеской пропаганде. В результате значительное количество молодежи уходит в партизанские отряды».
К сожалению, немецкие источники не содержат специальных материалов, иллюстрирующих благожелательное отношение гражданского населения к партизанам. Несомненно, что у партизан и в сельской местности, и в городах было много пособников, снабжавших их ценной информацией. Однако вызывает сомнение, что подобные элементы в составе местного населения безоговорочно поддерживали цели партизан. По мере продолжения войны, когда все больше районов оказывалось под контролем партизан, у гражданского населения просто не оставалось иного выбора, кроме как сотрудничать с существовавшей властью. Проводившийся призыв местных жителей часто вынуждал граждан переходить на сторону партизан, поскольку обращение немцев с членами семей партизан было крайне жестоким. В ряде случаев остававшееся гражданское население, в основном старики, женщины и дети, уходили вместе с призывниками в леса, чтобы избежать репрессий со стороны немцев; и хотя там их ждало жалкое существование в так называемых лагерях для гражданских лиц, они оказывались полезны партизанам, поскольку могли выполнять для них черную работу.
Часть третья
Полоцкая низменность
Ральф Маврогордато и Эрл Зимке
Настоящее исследование представляет собой попытку описать историю и основные особенности партизанского движения в ограниченном по площади географическом регионе – в северо-восточной части Белоруссии, или, как он будет называться в этой главе, Полоцкой низменности. В данном регионе партизанское движение стало хорошо развитой и важной в военном отношении силой, представлявшей серьезную угрозу для немецкого тыла, а подчас и для фронта. Немецкие донесения содержат обширную информацию о действовавших там партизанах, поскольку в регионах, где партизанское движение представляло собой реальную опасность, немецкие наблюдатели были озабочены партизанской проблемой намного серьезнее, чем в регионах, где ее существование являлось всего лишь неудобством.
Партизанское движение в данном регионе не являлось тесно спаянным, а скорее состояло из нескольких слабо взаимосвязанных партизанских соединений. Изучение региона, где имелось более одного крупного партизанского формирования, дает возможность лучше понять взаимоотношения – или их отсутствие – между различными партизанскими соединениями, действовавшими в непосредственной близости друг к другу. Однако существование нескольких отдельных партизанских районов внутри одного региона значительно снижает возможность выявить такую же четкую и ясную картину, какую можно получить при выборе менее обширного географического района. С другой стороны, включение в данное исследование имеющихся материалов о различных партизанских соединениях на ограниченной географическими рамками территории Полоцкой низменности дает возможность лучше понять все многообразие целей партизан, их организации и операций.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
