архонтом и вполне мог поддержать инициативу Мильтиада (или афинян)[494].
Однако морская экспедиция станет для Мильтиада роковой: ему не удастся овладеть о. Парос и по возвращении в Афины он будет привлечен к суду Ксантиппом. «Афиняне же, – по словам Геродота, – стали бранить Мильтиада по возвращении его с Пароса, и прежде всего Ксантипп, сын Арифрона. Он обвинил Мильтиада перед народом (т. е. перед народным собранием. – В. Г.) за обман афинян» (Herod. VI. 136)[495].
И вновь можно предполагать, что начало данного процесса было связано с исангелией (а значит, с ареопагом). Однако само дело слушалось в народном собрании или в гелиэе[496]. Ксантипп потребовал для Мильтиада самого сурового наказания – смертной казни. «При голосовании, – продолжает Геродот, – народ поддержал Мильтиада, отклонив смертную казнь, но признал виновным и наложил пеню в 50 талантов» (Herod. VI. 136). Корнелий Непот рассказывает, что защищал Мильтиада на этом процессе его брат – Стесагор (Nep. Miltiad. 7), что, впрочем, выглядит уже маловероятным[497].
Сократ в платоновском диалоге «Горгий» замечает, что Мильтиада предлагали сбросить в пропасть (баратр, или баратрон. – В. Г.), и сбросили бы, полагает он, если бы не вмешался притан (Plato. Gorg. 516 d)[498]. И здесь мы обнаруживаем противоречие: то ли народ смягчил меру наказания, то ли притан. Впрочем, обе версии могут быть объединены: скажем, вмешательство притана изменило результат народного голосования. Одной из причин замены смертной казни штрафом могло быть то, что не Мильтиад был инициатором морской экспедиции, а сами афиняне, как свидетельствовал упоминавшийся нами Корнелий Непот.
Штраф, по словам Геродота, был уплачен сыном Мильтиада – Кимоном. Плутарх и Корнелий Непот сообщают, что Мильтиад умер в заключении (Plut. Cim. 4; Nep. Miltiad. 7). Дополнительные подробности мы узнаем из биографии Кимона, написанной Корнелием Непотом. «Когда отец его, будучи не в состоянии уплатить государству наложенного на него штрафа, умер в темнице, Кимона посадили в ту же тюрьму, и по афинским законам он мог выйти из нее только в том случае, если бы заплатил деньги, причитавшиеся с отца» (Nep. Cim. 1; ср. Diod. X. 30–31). По сообщению Непота, штраф будет уплачен Калием, который взял в жены сестру Кимона Эльпинику.
Корнелий Непот, кстати, указывает иные мотивы для осуждения Мильтиада. «Хотя обвинили его из-за Пароса, – пишет он, – причина осуждения была иная: помня о бывшей незадолго до того тирании Писистрата, афиняне боялись всякого своего влиятельного гражданина; им казалось, что Мильтиад, часто занимавший те или иные должности, не вынесет положения частного человека, поскольку привычка должна была возбудить в нем жажду верховной власти…Учитывая все это, народ решил, что лучше Мильтиаду понести незаслуженную кару, чем афинянам жить в страхе» (Nep. Miltiad. 8). Если дополнительным поводом для осуждения было подозрение в стремлении к установлению тирании – во всяком случае, и в этом могли подозревать Мильтиада, – вряд ли были забыты ранее выдвигавшиеся обвинения.
И.Е. Суриков высказывает предположение, что процесс против Мильтиада был инспирирован «друзьями тиранов» совместно с Алкмеонидами, лидером которых он считает Ксантиппа[499]. Автор усматривает в этом деле некую проперсидскую подоплеку, считая, что подобный союз возник на почве общего тяготения к Персии. В этом случае перед нами явное проявление того, что позднее будет названо (а быть может, называлось уже в это время) мидизмом. Правда, все это выглядит весьма странно: героя Марафона судит «пятая колонна» – тайные враги Афин. А в это уже трудно поверить. Даже если допустить заинтересованность Алкмеонидов в ослаблении Мильтиада, Ксантипп в данном процессе мог действовать как самостоятельный политик, добивавшийся (или уже добившийся) простасии. Напомним, что Аристотель называет его простатом демоса (Arist. Ath. Pol. 28. 2). Исследователями высказываются сомнения относительно того, что Ксантипп действовал в интересах Алкмеонидов. А если это так, вряд ли он мог быть назван их лидером[500].
Так закатывается звезда Мильтиада и Филаидов, которые, как мы полагаем, доминировали в политике после ухода Клисфена[501]. После Мильтиада в политике начинается период преобладания демократически настроенных политиков – Ксантиппа и Фемистокла. Влияние же Алкмеонидов, наоборот, падает, и вскоре они будут изгоняться из Афин «судом черепков».
2.2. Между Марафоном и Саламином (80-е годы V в. до н. э.)
А теперь обратимся к анализу ситуации, сложившейся в Афинах после Марафонской битвы. В 489 г. Аристид становится архонтом и, возможно, содействует организации морской экспедиции Мильтиада[502]. Во всяком случае, мы ничего не слышим о его оппозиции по отношению к Мильтиаду и организуемой им экспедиции. Напомним, что в рассказе Плутарха о Марафонской битве Аристид аттестуется как сторонник Мильтиада (Plut. Arist. 5). Аристид характеризуется в источниках как деятель аристократического толка. Плутарх говорит о его аристократическом образе жизни и манерах (Plut. Them. 3, ср. Plut. Arist. 2)[503]. Правда, начинал он, если верить Плутарху, как единомышленник и hetairos Клисфена. «Аристид, – говорит он, – был приверженцем Клисфена, учредившего после изгнания тираннов демократический образ правления, но среди государственных деятелей он более всего восхищался лакедемонянином Ликургом и стремился ему подражать; поэтому, склоняясь на сторону аристократии, он во всем встречал сопротивление заступника народа Фемистокла, сына Неокла» (Plut. Arist. 2)[504]. Если считать его сотрудничество с Клисфеном (и даже участие в его гетерии) реальным фактом, следует допустить и то, что Аристид также мог пострадать после ухода первого с политической арены. Следовательно, уже в это время могли родиться подозрения в персофильстве Аристида. Впрочем, их следы мы обнаруживаем много позднее – лишь в момент изгнания Аристида судом остракизма[505]. Итак. Аристид, возможно, сходит с политической арены, но не оставляет занятия общественными делами. Можно предположить, что именно в эти годы разворачивается активная деятельность Аристида на другом поприще – в судах[506].
В 80-е годы V в. до н. э. начинают активную политическую деятельность политики демократической направленности – Ксантипп и Фемистокл. Что касается Фемистокла, то нам ничего не известно о его деятельности в период, предшествующий его борьбе с Аристидом[507]. Другими словами, активная политическая деятельность Фемистокла начнется (или возобновится, если иметь в виду его предполагаемое архонтство 493 г. до н. э.[508]) несколько позднее – накануне похода Ксеркса. Во всяком случае, едва ли можно принять сказанное Геродотом, что в конце 80-х годов Фемистокл – «лишь недавно выдвинувшийся на первое место среди наиболее влиятельных граждан (ἐς πρώτους νεωστὶ παριών)» (Herod. VII. 143)[509].
Возможно, наибольшим авторитетом в Афинах в это время пользовался Ксантипп, который, согласно Аристотелю, сменяет Клисфена в качестве простата демоса. (Arist. Ath. Pol.
