Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 85
ДОН И РОНА – СТАРЫЕ СЛАВЯНСКИЕ НАЗВАНИЯ РЕКИ
А.С. Хомяков задолго до нас указывал на важность для понимания исторических летописей того обстоятельства, что слово «дон» в старорусском языке означало просто «река». Он писал: «Наш тихий, коренной, славянский Дон – корень почти всех речных названий в России, Днепра, Днестра, Двины, Десны (Цны), Дуная, десяти или более Дунайцев, многих Донцев».
Выше мы уже пользовались приведенным здесь фактом. А.С. Хомяков также отмечал, что известная река Рона в Западной Европе раньше называлась Ериданом, то есть – Ярым Доном. Таким образом, название Рона, по мнению Хомякова, тоже славянское. Это его замечание хорошо дополняет наше наблюдение, согласно которому Рона – это славянское название, означавшее водный поток, реку. Отсюда – «ронять слезы» и т. п.
По-видимому, река Рона, вытекающая из современного Женевского озера, раньше называлась Ярый Дон. То есть «бурная река» или «быстрая река». А потом стала называться – опять-таки по-славянски – Роной, то есть «потоком». Да и само Женевское озеро до сих пор на современных картах называется именем Леман = Leman, которое весьма напоминает бытующее у нас, в России, на Украине, слово «лиман», означающее «залив».
Хомяков заключает: «Этот факт, ясный для всех глаз, не заболевших от книжного чтения, и содержал бы даже доказательство, что жители устьев Дуная, Тимока, По и Роны были одноплеменниками, если б такая истина еще требовала новых доказательств».
КТО ТАКИЕ БОЛГАРЫ?
А.С. Хомяков: «В защиту теории о перерождении народов обыкновенно приводят Болгар и утверждают: болгары теперь говорят по-славянски, глядят славянами, словом, они совершенные славяне. А в старину болгары принадлежали к турецкому или тибетскому или вообще желтому племени. Они переродились. Вникнем в основание этого заключения. Являются какие-то болгары в Европе на границе империи Византийской, которую потрясает их бурное множество. Они как-то кажутся сродни аварам и гуннам, с которыми их смешивают. Но они не авары и не настоящие гунны. Они тоже имеют какое-то сродство со славянами, но они не старожилы Славянии придунайской… Болгары пришли с Волги: это дело ясное».
В этом фрагменте Хомяков излагает точку зрения официальных историков относительно происхождения болгар. Он пытается объяснить допущенные «исторической наукой» противоречия, но тут ему самому начинает мешать скалигеровская хронология: «На Волге Нестор знает сильное царство болгарское… Итак, болгары Дунайские, выходцы с берегов Волги, также были сродни туркам. Но Нестор писал не прежде XI века, а болгары являются на Дунае со всеми несомненными признаками славянства еще в IV-м».
Настал момент, наконец, все разъяснить.
Согласно нашей реконструкции, тут все довольно ясно. Болгары – это, скорее всего, волгары. То есть – русские с Волги. Они двинулись на завоевание Европы в XIV веке н. э., а затем еще раз, в XV веке н. э., вместе с тюрками, – тоже с Волги. Они же – авары. Они же – гунны.
Среди них были и венгры, выходцы из «Великой Венгрии» за Волгой, то есть приблизительно из теперешней Удмуртии. После завоевания XIV-ХV веков болгары появились на Дунае, тюрки – в Турции, венгры – в Венгрии. Поэтому сегодня и не могут понять – кто такие болгары. То ли тюрки, то ли авары, то ли гунны, то ли славяне.
ХОМЯКОВ О СЛЕДАХ БЫЛОГО СЛАВЯНСКОГО ЗАВОЕВАНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ
А.С. Хомяков в своих работах излагает свои собственные наблюдения относительно истории России и Западной Европы. Конечно, они субъективны и в ряде случаев мало что доказывают. Но они ценны как личные наблюдения ученого-энциклопедиста, русского аристократа, знавшего многие европейские языки, интересовавшегося историей народов и способного поэтому заметить то, что ускользало от взгляда многих. Для нас его мнение представляет собой важное историческое свидетельство, отражающее взгляд определенной части русского аристократического сословия, давно уже ушедшего в прошлое.
Касаясь истории России, Хомяков писал: «Рабство (весьма недавно введенное государственной властью) не внушило владельцам презрения к своим невольникам-землепашцам… Выслужившийся крестьянин уравнивается не только законом, но и обычаем, и святынею всеобщего мнения с потомками основателя самого государства. В той же земле (в России – Авт. ) невольники – не землепашцы, а слуги, – внушают чувство иное. Этих различий нет в законе… но они существуют для верного наблюдателя. Земледелец (на Руси – Авт. ) был искони помещику родным, кровным братом, а предок слуги – военнопленный. От того земледелец называется крестьянином, а слуга – холопом. В этом государстве (в России – Авт. ) нет следов завоевания».
Противопоставляя России Западную Европу, Хомяков продолжает: «В другой стране, тому пятьдесят лет, гордый франк еще называет порабощенного vilian, roturier и пр. Не было случая, не было добродетели, не было заслуг, которые бы уравняли выслужившегося разночинца с аристократом. Не было рабства, не было даже угнетения законного. Но в обычаях, во мнениях, в чувствах были глубокая ненависть и неизгладимое презрение. След завоевания был явен и горяч… Это тонкости, так как этого всего нет ни в грамматиках, ни в лексиконах, ни в статистиках».
Таким образом, Хомяков свидетельствует, что согласно его личным наблюдениям, на Руси еще в XIX веке не было забыто о кровном родстве русской аристократии и русского крестьянства. А холопы на Руси, то есть прислуга, свидетельствует Хомяков, составляли отдельное сословие, не имевшее ничего общего с крестьянами. И отношение к нему на Руси было совсем другим – как к потомкам военнопленных, рабам.
В то же время в Западной Европе, утверждает Хомяков на примере Франции, между аристократией и другими социальными слоями существовала непреодолимая пропасть. Согласно его наблюдениям, французские аристократы относились ко всем остальным французам как к когда-то покоренному местному населению. И в представлении французской аристократии эта пропасть не исчезала, даже если простой француз оказывался волею судьбы уравненным с аристократом на общественной лестнице. Хомяков объясняет это обстоятельство тем, что западноевропейская аристократия – это потомки завоевателей, пришедших в Европу извне. То есть, по-видимому (по нашей гипотезе), славянских завоевателей XIV века н. э. Тогда как на Руси русская аристократия выделилась из самого русского общества, то есть из русского крестьянства. В этом, по наблюдениям Хомякова, коренное отличие русского общества от западноевропейского.
Конечно, приведенные наблюдения, как справедливо отмечает сам Хомяков, довольно тонкие, поскольку касаются неписаных законов общества, впрочем, подчас более жестких, чем писаные.
Но мы не можем не отметить прекрасного соответствия наблюдений Хомякова с нашей реконструкцией. В далеком туманном прошлом XIV века н. э. Русь-Орда завоевывает Западную Европу. Схлынув, волна нашествия оставила здесь потомков славянских и тюркских завоевателей. Они-то, вероятно, и стали предками западноевропейской аристократии. Со временем завоеватели смешались с местным населением, но пропасть между ними оставалась вплоть до XIX века.
На Руси же подобной пропасти не существовало, поскольку Русь никто не завоевывал. Сословие русских холопов, свидетельствует Хомяков, было изолированным слоем потомков вывезенных из завоеванных стран слуг-военнопленных.
Сегодня это мнение Хомякова, наверное, покажется чересчур крайним. Мы не беремся судить о верности наблюдений русского аристократа XIX века. Отметим лишь, что Хомяков был не одинок в этом, и его мнение не было даже самым крайним. Так, он упоминает «нашумевшую работу» Ю.И. Венелина «Древние и нынешние болгаре в политическом, народописном, историческом и религиозном их отношении к россиянам» (М., 1829–1841, тома 1, 2). Оказывается, Венелин «объявил даже франков славянами».
7. Взгляд на Евразию из России XV–XVI веков. Москва – Третий Рим
СТРАННОЕ ОТНОШЕНИЕ РОМАНОВЫХ К РУССКИМ ИСТОЧНИКАМ, РАССКАЗЫВАЮЩИМ О ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ
Мы уже познакомились с тем, что писали западноевропейцы о Древней Руси. И убедились – сколь много ценного сообщили они о Руси-Орде. В.О. Ключевский писал: «Ни одна европейская страна не была столько раз и так подробно описана путешественниками из Западной Европы, как отдаленная лесная Московия».
Спектр чувств, которые испытывала в XV-ХVI веках Западная Европа по отношению к Орде – Древней Руси, был разнообразен. Но документы свидетельствуют, что преобладающим среди эмоций западноевропейцев был все-таки страх. Не будет лишним еще раз напомнить один из таких панических текстов.
Матфей Парижский: «Дабы не была вечной радость смертных, дабы не пребывали долго в мирном веселии без стенаний, в тот год люд сатанинский проклятый, а именно бесчисленные полчища татар, внезапно появился из местности своей… выйдя наподобие демонов, освобожденных из Тартара (почему и названы тартарами, будто "[выходцы] из Тартара"), словно саранча, кишели они, покрывая поверхность земли. Оконечности восточных пределов подвергли они плачевному разорению, опустошая огнем и мечом… Они люди бесчеловечные и диким животным подобные. Чудовищами надлежит называть их, а не людьми, ибо они жадно пьют кровь, разрывают на части мясо собачье и человечье и пожирают его».
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 85
![Анатолий Фоменко - Книга 1. Античность — это Средневековье[Миражи в истории. Троянская война была в XIII веке н.э. Евангельские события XII века н.э. и их отражения в истории XI века]](/uploads/posts/books/216735/216735.jpg)
