в работе над вертолетом сновная задача – добиться устойчивости. Благодаря удачному расположению хвостового винта Сикорский с этим справился и создал первый в мире серийный вертолет S-51! На очень популярной фотографии 1939 года человек средних лет в пальто и нелепой широкополой шляпе. Вертолеты принимают участие в боевых действиях во 2-й мировой войне чисто эпизодически. Но большинство боевых машин во Вьетнаме носили имя нашего земляка, что приводило в бешенство советских идеологов. Спасение 9 тыс. мексиканцев во время глобального наводнения в 1956 году наша пресса тоже не освещала. Нам сейчас трудно представить мир, где не было бы машин с вертикальным взлетом. Последней моделью Сикорского стал S-64, который поднимал 10 тонн и мог переносить груз на далекие расстояния.
И. И. Сикорский (справа) и генерал Каульбарс (в центре) на самолете «Русский витязь». Фотография 1914 г.
Деятельность Сикорского можно описать его словами: «Самые крупные неудачи и жесточайшие разочарования происходят от чрезмерной самоуверенности и бесконтрольного воображения, принимаемых изобретателем за интуицию». Это из автобиографии, написанной в 49 лет. Казалось на первый взгляд преждевременное подведение итогов, но становится вполне оправданным, когда узнаешь, почему он написал эти слова. Пришло время испытаний вертолета, и Сикорский становится первым человеком, который на нем поднимается, при отсутствии уверенности в благополучном исходе. Игорь Иванович написал меньше, чем его отец, но и то немногое незадолго до кончины привел в порядок и издал. Его литературные произведения удивляют ясностью мысли, изяществом стиля и четкостью обозначения тех жизненных ориентиров, которых он придерживался всю жизнь. Сикорский был истинно верующим человеком, болезненно переживавшим атеистическую вакханалию, происходившую на его родине. Эта была одна из причин, из-за которой он давал в своем литературном творчестве уничижительные оценки коммунизму, за что его ненавидели в СССР. Мне кажется, еще и потому, что его инженерный гений позволил именно США выйти на первое место в развитии авиации. Поэтому крупнейшие авиастроительные объединения были «Сикорски», вертолеты, бомбившие джунгли Индокитая, были тоже «Сикорски». Вскоре после смерти Игоря Ивановича, а умер он 26 октября 1972 года в Истоне, штат Коннектикут, в СССР сняли художественный фильм, лживо рассказывающий о двух авиаконструкторах: один служил социализму и поэтому радостно процветал, а другой мучился угрызениями совести за бесцельно прожитую жизнь в эмиграции. Авторы фильма забыли, что некоторым нашим «генеральным конструкторам», чтобы добиться воплощения своих идей, нужно было пройти через лагерь и тюрьму, пусть и с названием «шарашка».
Вертолет S-47 (R-4)
И напоследок еще одна несправедливость, почему улица, на которой испытывал свои модели Игорь Сикорский, носит имя Буденного, не сделавшего Киеву ничего хорошего, позволившего немцам подойти к городу в августе 1941 года, и сдавшего свою 1-ю конную армию Германии в 1920-м.
Почему в Киеве нет улицы Сикорского!?
Красавец Кіевъ шлет Вам привет!
Пришлось бы и далее считать мой город terra incognito, если бы не… филокартисты. Они (и я в том числе), собиратели почтовых карточек, смогли донести до нас не только облик старых улиц, ушедших домов, разрушенных храмов, но и быт, представления, вкусы и… гримасы того десятилетия, которое историки называют «предреволюционный период». Безусловно, и это время тщательно изучалось, но с какой стороны? Только с революционной! Да и то весьма однобоко. Только верных ленинцев-большевиков, остальных обходили стороной или не замечали. Я уже описывал довольно забавную историю, произошедшую с исследователями жизни В. И. Ульянова-Ленина, посылавшего матери и сестре открытки из Швейцарии. В одной, отправленной 16.04.1904, он писал: «Привет Красавцу…». Историки КПСС не могли понять, с какой стати В. Ленин посылает привет В. В. Вакару, партийная кличка которого «Красавец», – ведь тот примкнул к меньшевикам и стал идеологически чужд «вождю пролетариата». Им было сложно уразуметь, что на почтовой карточке, которую перед этим отослала своему сыну М. И. Ульянова, был вид города с надписью «Красавец Киев шлет Вам привет!».
Тот период, который считается наименее исследованным (1900–1915 годы) называется «золотым веком» почтовой открытки. За это время в разных странах их напечатали не менее одного миллиона. Это разнообразие сюжетов и назначение их вполне оправдано, иначе их бы не покупали. Потому что почтовая карточка имела одну очень важную особенность – это было открытое письмо, отсюда – открытка, «листівка». На ней не получалось написать что-то оскорбительное, донос, ложь – по почте она посылалась в открытом виде, поэтому зловредный отправитель мог быть узнан соседями. Исходя из этого, писали адресату исключительно искренне добрые слова, желали большого здоровья, благодарили за оказанный прием, напоминали о себе, посылали приветствие с дороги. Писали: «Жив, здоров, того и тебе желаю!» или «Соблаговолите посетить нас в четверг вечером!». А бывало: «Вместо марки – поцелуй жаркий!» Тексты вполне соответствовали назначению послания.
Первые видовые киевские открытки радуют своим изяществом, четкостью рисунка и разнообразием сюжетов. Как и положено, в них имелся набранный впоследствии текст: «Привет из Киева». За 40 лет коллекционирования прихожу к мнению, что их вышло не менее 6000 различных оттисков. В этом меня убедил и ведущий собиратель киевских открыток Олег Кий. Но он собирает и разновидности, в которых отличаются размещение и цвет текста, тип бумаги и особенности печати. Хотя не менее интересны традиционные объекты, преобладающие и сегодня: памятники князю Владимиру, Богдану Хмельницкому, Лавра, София и тому подобное. Их как бы половина. Но вторая половина и после десятилетий поисков радует своей неожиданностью и эффектными ракурсами. При этом можно заметить, что чем незначительнее объект, тем менее тираж открытки. Иногда он не превышает десяти экземпляров. А где в этом коммерческий интерес, спросите Вы. Все равно издатель имел свой умысел, он свои вложения оправдывал, да к тому же изучал спрос. Довольно значительные подборки почтовых карточек выпустили с видами киевских пригородов, многие из которых со временем вошли в городскую черту. Так что существуют «Приветы… из Святошино, Дарницы, Пущи-Водицы, Китаево, Боярки». С развитием транспорта и появлением туризма с конца ХІХ века путешествующие никуда не спешили, поэтому такие предложения современных туристических фирм «Париж за три дня» или «Прадо за два часа» тогда выглядели бы, по меньшей мере, странно. Чтобы проникнуться тем или иным городом, понять ту или иную историческую местность, нужно было в них пожить, а в музее возле картин полюбившегося художника провести не один час в раздумьях. Иначе это будет напоминать современную экскурсию – осмотр города из окна автобуса, где хорошо просматриваются лишь регулировщики улиц, а на утвержденных местах стоянок приходится отбиваться от докучливых фотографов, цыган, продавцов сувениров… Тогда уж лучше смотреть по телевизору – на диване удобнее и видимость лучше! Купленные возле экскурсионных объектов открытки «на память» рассматривались дома или
