Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
«В мире после «холодной войны» наиболее важные различия между людьми уже не идеологические, политические или экономические. Это культурные различия. Народы и нации пытаются дать ответ на самый простой вопрос, с которым может столкнуться человек: «Кто мы есть?». И они отвечают традиционным образом — обратившись к понятиям, имеющим для них наибольшую важность. Люди определяют себя, используя такие понятия, как происхождение, религия, язык, история, ценности, обычаи и общественные институты. Они идентифицируют себя с культурными группами: племенами, этническими группами, религиозными общинами, нациями и — на самом широком уровне — цивилизациями. Не определившись со своей идентичностью, люди не могут использовать политику для преследования собственных интересов. Мы узнаем, кем являемся, только после того, как нам становится известно, кем мы не являемся, и только затем мы узнаем, против кого мы» [74].
В отличие от многих других Российская цивилизация создавалась на совершенно уникальной, не сравнимой ни с чем основе. Она формировалась не путем истребления сопредельных народов, а путем приобщения их на равных к своей геополитической мощи и достижениям культуры. Евразийский континент с его уникальными географическими и геофизическими особенностями на протяжении тысячелетий не раз выступал интегратором цивилизационных процессов.
Есть все основания утверждать, что от Балтики до Тихого океана, от Арктики и до Кавказа — сформировалась особая Евразийская цивилизация. В отличие от общественно-экономической формации, где на переднем плане оказываются производственно-хозяственные аспекты человеческого бытия, цивилизация предполагает учет не только экономических факторов, но также и достигнутой культуры в неразрывном единстве с освоенной территорией. Географическая среда, господствующий ландшафт, водные артерии, сопредельность с морями и океанами не в последнюю очередь являются тем природным базисом, который диктует: быть или не быть цивилизации, и если быть, то какой именно. Китайская, индийская, арабская цивилизации (не говоря уже о древних) возникли именно там, где они существуют и поныне, и только потому, что окружающая среда была такой, какая она есть.
Точно так же и Евразия: в цивилизационном аспекте ее нельзя рассматривать как некий «свободный от обязательств» регион, куда по воле случая приходят и откуда по воле того же случая уходят люди, народы, культуры. Академик Вла-иль Петрович Казначеев, отдавший много сил обоснованию концепции космопланетарных особенностей цивилизаций и геополитической уникальности сибирского региона, постоянно концентрирует внимание на неблагоприятных тенденциях в его развитии, в результате чего, по мнению маститого и уважаемого автора, на передний план выдвигается задача выживания отдельных людей и целых сообществ. Однако при этом не учитывается, что биосфера и ноосфера синергетичны, то есть обладают природной способностью к самоорганизации и саморегулированию. Отсюда даже больной или деградирующий социум, взаимодействующий с био- и ноосферой и получающий от них энергетическую подпитку, — непрерывно восстанавливает свои потенции или, говоря биологическим языком, на месте отмерших структур немедленно появляются новые, способные к продолжению жизнедеятельности.
Биосферные особенности евразийского континента (но обязательно с примыкающими к нему морями и океанами, что позволяет говорить о циркумевразийской цивилизационной общности) сами диктуют, какой должна быть культура, процветающая здесь на данном историческом отрезке, и регулируют отношения расселившихся здесь и конкурирующих друг с другом этносов. С одной стороны, именно эти обширные территории долгое время разъединяли различные народы, оберегая их от взаимоуничтожения. Но, с другой стороны, те же необъятные просторы заставляли народы объединяться во имя мира и процветания, что явилось наиболее характерной чертой развития Сибири в составе Российской Империи и ее преемников — Советского Союза и Российской Федерации.
В данном случае, однако, речь идет о государственном устройстве, являющемся важной стороной цивилизационной целостности, но вовсе не тождественным ей. Цивилизация — это единство ландшафта, биосферы, ноосферы и социума в контексте конкретных пространства и времени (при этом под пространством понимается географическая среда, а под временем — исторический процесс). Социум, естественно, может находиться на различных уровнях экономического и культурного развития. При таком подходе открывается возможность рассматривать цивилизацию не абстрактно, а многоаспектно — в разных временных и пространственных ипостасях. Поэтому одинаково допустимо говорить о древней, средневековой, технической цивилизации или привязывать последнюю к этнокультурным и географическим реалиям, например цивилизации — древнеегипетская, эллинская, китайская, майянская, евразийская, сибирская, российская и т. п.
Биосфера также не представляет застывшего и раз навсегда данного образования; она непрерывно изменяется под влиянием космических, геофизических и социальных факторов. При этом эволюционирует и сопряженная с ней ноосфера, представляющая собой в узком смысле сферу разума, а в широком — тесно взаимодействующее как с человечеством в целом, так и конкретными индивидами энергоинформационное поле Вселенной. Если попытаться заглянуть под этим углом зрения в далекое прошлое, то в своей гиперборейской глубине цивилизация предстанет не только в слитности очерченных выше параметров, но и как единая этнолингвистическая и социокультурная общность, идеологическая составляющая которой напрямую смыкается с системой ценностей, выработанных в русле гиперборейской традиции.
Не подлежит сомнению, что существуют естественные аккумуляторы накапливаемой энергии электромагнитного и других полей, а также проводники, по которым она, концентрируясь в достаточных количествах, прорывается на поверхность в некоторых геологически предпочтительных зонах, где в различные исторические периоды возникают — временные или же относительно постоянные — очаги пассионарности. Наиболее подходящими в данном плане на земной поверхности представляются горные образования, рифтовые зоны, речные русла и долины, контуры морских побережий и озер, где существуют наиболее благоприятные в геологическом и геофизическом плане условия для направленного выхода выработанной в недрах Земли физической энергии и воздействия ее на биотические, психические и этносоциальные процессы. В самих же недрах Земли такими естественными генераторами энергии могут служить тектонические разломы (и особенно их пересечения), месторождения и залежи металлосодержащих руд, раскаленное магматическое ядро планеты, выходы на поверхность застывшей магмы и т. п. С полным основанием можно утверждать, что ландшафтная среда обитания оказывает существенное воздействие не только на характер повседневной деятельности и досуга, но и сам склад людей, жизнь которых невозможно представить без конкретного ландшафта или отделить от него. Специфическое преломление указанные объективные факторы получают на Севере, но более конкретно это будет рассмотрено в последующих главах.
* * *
Когда же, однако, возникла первая (а для нас это — Гиперборейская!) цивилизация, давшая со временем толчок развития всем остальным? Чтобы ответить на поставленный вопрос, прежде всего требуется разобраться с проблемами хронологии. Именно с ней в конце XX века нежданно-негаданно произошла полнейшая неразбериха. Группа чрезвычайно напористых и безапелляционно настроенных математиков (а также представителей других научных дисциплин) во главе с профессором Московского университета и академиком Российской академии наук по отделению математики Анатолием Тимофеевичем Фоменко с помощью компьютерной техники решила подвергнуть тотальной проверке казавшиеся незыблемыми даты древней и средневековой истории. Вдохновленные не иначе как костоломными и зубодробительными приемами «шоковой терапии», Фоменко и К° пришли к сенсационным выводам: вся хронология всемирной истории (а равно ее интерпретация) сфальсифицирована и нуждается в поправках в сторону сокращения — от нескольких веков до тысячи лет.
Анализ обширного массива многочисленных и весьма объемных книг школы Фоменко, коими наводнены сегодня все книжные магазины, крайне затруднителен, ибо прочтение тысячестраничных опусов «фоменковцев» требует значительных временных затрат, нервных потерь и волевых усилий. Краткое же их изложение — задача для нормального человека практически невыполнимая. Однако и просто обойти это новое «достижение» научной мысли было бы не правильно — тем более что оно являются своеобразной альтернативой (то есть диаметрально противоположным подходом) избранной мною в настоящей книге (и всех предыдущих) методологии исторического исследования. Если говорить уж совсем кратко: Фоменко и его последователи пытаются «укоротить» всемирную и русскую историю; я же и мои единомышленники, напротив, считаем, что история нуждается в значительном расширении своих временных границ.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
