Лорен Грэхэм - Естествознание, философия и науки о человеческом поведении в Советском Союзе

1070

См. с. 24 настоящего издания.

Все крупные кампании по «чистке науки» в этот период были инициированы либо санкционированы непосредственно Сталиным. Характерно, например, что Сталин предварительно просматривал текст доклада Быкова на павловской сессии и делал «руководящие пометки» (см.: «Павловская сессия» 1950 г. и судьбы советской физиологии (Круглый стол) // Вопросы истории естествознания и техники. 1988. № 3. С. 133).

Я хотел бы особо подчеркнуть свойственный всей книге Л. Грэхэма объективный стиль исторического анализа, стремление автора понять конкретную особенность социальных ситуаций, в которых действовали те или иные философы и естествоиспытатели. Поэтому он спокойно, без упреков в непоследовательности, рассматривает, например, изменение в позиции М. Э. Омельяновского в оценке принципа дополнительности, справедливо полагая, что необходимо отличать политически конъюнктурные смены позиции (которые, к сожалению, были свойственны многим «бойцам идеологического фронта» тех лет) от искреннего и честного развития своих взглядов исследователем, убедившимся в неадекватности своей предыдущей точки зрения.

См. с. 416 настоящего издания.

См. наст. изд. С. 415.

Я имею в виду работы И. С. Алексеева, В. П. Хютта, а также исследования киевских и минских философов и физиков, проведенные в конце 60 — начале 80-х годов.

См., напр.: Философские проблемы астрономии XX века. М., 1976; Идеалы и нормы научного познания. Минск, 1981.

См.: Ахундов М. Д., Баженов Л. Б., Игнатьев В. Н. Естествознание и философия в СССР глазами американского ученого // Вопросы философии. 1988. № 10.