Рима империалистическая политика «разделяй и властвуй». В силовых играх вокруг России заложен и еще один – третий вариант. Он состоит в постепенном ослаблении независимости Российской Федерации, в перехвате у нее инициативы в постсоветском пространстве, в поэтапном охватывании ее сетью зависимости. Таким образом, Российская Федерация, прочие страны СНГ оказываются в центре обволакивающих усилий США и Запада со все той же целью постановки их под контроль, в подчиненное положение.
Установки эти, в их сумме, состоят в одном – устранить Россию с мировой арены как крупный самостоятельный фактор. Устранить нажимным, силовым путем, будь то с помощью вооруженной силы, натравливания на нее других государств или путем навязывания ей кабального статуса.
Концепция «столкновения цивилизаций»
Сэмюэль Хантингтон – профессор Гарвардского университета и директор Института стратегических исследований им. Дж. Олина выступил в 1993 году с концепцией «столкновения цивилизаций». Хотя об этом писал еще А. Тойнби, но концепцию Хантингтона все же следует признать оригинальной вследствие детальности проработки и самой предложенной типологии существующих цивилизаций. Он выделяет западную, конфуцианскую, японскую, исламскую, индуистскую, православно-славянскую, латиноамериканскую и африканскую. Мы бы добавили сюда еще иудейскую, которая отождествлялась бы нами не столько с крошечным государством Израиль, сколько со скрыто функционирующими структурами во многих странах мира.
Сама идея столкновения цивилизаций связывается Хантингтоном с экспансией Запада, приобретшей в современную эпоху беспрецедентный характер. В формирующемся в мире посткоммунистическом порядке Запад выступает главным источником межцивилизационных трений и конфликтов. Страна – лидер западного мира – США, обладая только 1/16 частью населения Земли, не считаясь ни с какими моральными нормами, использует для своих нужд около 1/3 невозобновляемых мировых ресурсов. Она хорошо понимает, что творит, оставляя невосполняемые природные ресурсы на своей территории законсервированными. И, конечно, совершенно ясно, что такой мировой порядок, кроме Запада, никого устраивать не может. Россия должна здесь сыграть свою роль по его трансформации.
А как Хантигтон характеризует Россию? Он относит ее наряду с Турцией, Мексикой и некоторыми другими к таким государствам, в которых общество разделено относительно своей цивилизационной принадлежности. Он называет их «разрываемые страны» – «torn countries». Конечно, в чем-то он прав. И в настоящее время мы наблюдаем в России определенные центробежные тенденции. Однако, по нашему мнению, они преодолимы. Ниже мы изложим наши взгляды на то, как это можно сделать.
Война приближается к границам России
Практическим воплощением стратегии Запада в отношении России стало провоцирование конфликтов или создание напряженной ситуации по всему периметру ее границ, особенно в Закавказье и Средней Азии. Наибольшей остроты достигла обстановка в Таджикистане и Чечне. Ситуация в Республике Таджикистан продолжает оставаться сложной и весьма противоречивой. Несмотря на достигнутые в Мешхеде, Иран (ноябрь 1996 г.), формальные договоренности между правительством Э. Рахмонова и Объединенной таджикской оппозицией (ОТО) во главе с Саидом Абдулло Нури о прекращении вооруженного противостояния и окончании гражданской войны, переговорный процесс продвигался с большим трудом. Несколько раундов переговоров в Москве выявили существенное различие в позициях по основным вопросам: о правительстве «национального единства» и о механизме вхождения вооруженных формирований ОТО в объединенную армию Таджикистана.
Развитие переговорного процесса, достаточно конструктивный подход заинтересованных сторон есть несомненный положительный факт и определенное достижение российской и иранской дипломатии.
На ситуацию в Таджикистане влияет общий расклад политических сил юга Центральной Азии, который характеризуется ситуацией «нарушенного равновесия» вследствие резкой активизации (с лета 1996 г.) деятельности движения «Талибан». Большинство аналитиков однозначно сходятся во мнении, что за спиной неоисламизма талибов стоят США и Пакистан, точнее, интересы нефтяных монополий США, стремящихся «пробить» транспортный коридор для каспийской нефти.
Кроме США, в «Каспийском трубопроводном консорциуме» и «проектах века» по освоению богатейших месторождений «черного золота» Казахстана и Азербайджана заинтересованы Россия, а также Иран. Геополитически США и идущие в их фарватере страны ЕЭС, Пакистан и Азербайджан противостоят России, Ирану, «пророссийскому» режиму Рахмонова в Таджикистане. Ряд стран – Узбекистан, Туркмения, Казахстан – занимает откровенно выжидательную, колеблющуюся позицию, примыкая к сильнейшему в настоящее время – США.
Отдельно нужно остановиться на Узбекистане. Несмотря на многочисленные заверения И. Каримова об успешном экономическом развитии и т. п., республика испытывает крайне острый кризис перенаселения, отягощенный нехваткой водных ресурсов (истоки всех крупных рек, протекающих по территории страны, находятся за границей, где активно разбираются на свои нужды). Естественная природная среда в сердце Центральной Азии (Приаралье) несколько лет находится в состоянии глобальной экологической катастрофы. В этих условиях перед руководством республики стоит задача расширения жизненного пространства, которую можно решить только за счет ближайших соседей. Слабейший из них – Таджикистан, к которому у узбекского руководства есть серьезные «исторические» территориальные претензии (некоторое время Таджикистан входил в Узбекистан на правах автономной республики, Ходжентская область и ряд районов севера и запада Таджикистана до конца 1920-х годов принадлежали узбекам).
Следует также отметить, что большинство стран Центральной Азии обрели свои современные границы в колониальное и советское время в результате волюнтаристских решений без учета этнического фактора. Процессы этногенеза в Центральной Азии мало того, что не завершены, отягощены региональными, клановыми, конфессиональными и другими противоречиями, но и протекают в обстановке активного вмешательства «третьих» сил и сторон.
Существующие границы буквально всех стран Центральной Азии:
1) неисторичны;
2) не отражают карту реального расселения народов;
3) могут быть изменены в самом ближайшем будущем путем интеграции «этнообломков» Советского Союза с «продуктами распада» Афганского государства. Последний развалился на пуштунский юг и центр (талибы, Г. Хекматияр), узбекский север генерала Дустума, таджикский анклав А. Шаха Масуда (район Панджшера), протогосударство шиитов-хазарейцев под протекторатом Ирана и т. д.
США давно и последовательно выступают против «недемократичного» правительства Рахмонова, поддерживая прямо и опосредованно, через Пакистан, «Объединенную таджикскую оппозицию». В этих условиях 201-я российская дивизия и пограничники РФ – единственная реальная сила, способная остановить, а если потребуется и сокрушить «оппозицию». Даже не участвуя в открытом противостоянии, огневая и материальная поддержка частей ВС РФ во многом решила успех «похода на Душанбе» (декабрь 1992-го) частей «Народного фронта» Сангака Сафарова и «красного полковника» М. Худойбердыева.
В случае «ухода» России из Таджикистана теряются последние рычаги управления ситуацией в регионе и возникает серьезная угроза национальным интересам России. С точки зрения международного права – «выйти» всегда на порядок легче, чем «войти».
С точки зрения геополитики – утрачивается контроль над ключевым районом дуги нестабильности – этноконфессиоцивилизационного взаимодействия. Таджикистан – географический центр Евразийского материка, плацдарм воздействия:
1) на исламский мир и Иран, 2) на Индию, 3) на Китай, то есть все последние потенциальные очаги сопротивления американской экспансии.
С точки зрения экономики, потеря доступа к стратегическим ресурсам: хлопку, нефти и газу, золоту, алюминию, редкоземельным минералам и т. д., инфраструктура добычи и переработки которых уже создана СССР-Россией, чревата большим ущербом
