Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
Нельзя сказать, что Гот был полностью удовлетворен результатами дня. Дело было даже не в том, что не удалось сразу прорваться с плацдармов у Алитуса на восток. В журнале боевых действий 3 ТГр по итогам дня было записано следующее: «Можно усомниться в том, было ли вообще необходимым и целесообразным введение в бой пехотных дивизий ввиду открывшегося теперь фактического положения противника». Из-за некоторой переоценки немецкой разведкой противостоящих 3-й ТГр сил Красной Армии ее построение «проходческим щитом» было неоптимальным с точки зрения обстановки.
Разбитый танк Pz.IV.
Моторизованные корпуса Гота 22 июня были стиснуты между армейскими корпусами и глубоко эшелонированы в глубину. Неоспоримым плюсом такого положения было спокойствие за тыл, где еще оставались разрозненные советские части. В остальном сужение полос корпусов заключало в себе массу недостатков. Оно замедляло продвижение группы, а также лишало авангарды, встречавшие сопротивление противника, поддержки далеко отставшей артиллерии. Кроме того, жесткое разделение полос наступления исключало законные цели танков из ведения мотокорпусов. Так медленное продвижение VI AK к Приенаю (он вышел к реке только 23 июня) привело к взрыву там единственного моста через Неман. Если бы к Приенаю вышла танковая дивизия, то мост был бы захвачен уже в первые часы войны, когда Красная Армия еще находилась в ступоре перехода от состояния мира к состоянию войны. Наилучшим вариантом для 3-й ТГр был бы прорыв на широком фронте к Неману моторизованными корпусами, с быстрым захватом всех переправ. Приходится в очередной раз констатировать, что перед нами далеко не «идеальный шторм».
Меркине. LVII AK (mot.). Глядя на карту в полосе наступления LVII моторизованного корпуса 3-й танковой группы, сразу обращаешь внимание на множество больших и малых озер. Проходившая по озеру часть границы даже отделяла корпус от его левого соседа. Командовал корпусом 52-летний генерал танковых войск Кунцен, впоследствии не блиставший, но на июнь 1941 г. – ветеран Западной кампании, получивший Рыцарский крест в качестве командира 8-й танковой дивизии.
Главной ударной силой корпуса Кунцена была 12-я танковая дивизия. Ее задачей был прорыв к Меркине через межозерные дефиле. Построение дивизии было достаточно своеобразным, в первом эшелоне был разведбат, 5-й стрелковый полк дивизии и приданный 109-й пехотный полк 35-й пд. Предполагался прорыв через советские укрепления силами этих двух полков с вводом в бой танкового полка только после захвата мостов в межозерных дефиле у Шалавантая и Вейсаяя. Во втором эшелоне также оставался 25-й стрелковый полк 12-й тд. Командир 12-й тд – Йозеф Гарпе, в последующем продвинувшийся до поста командующего армией, а затем и группой армий («Северная Украина», «А»). Для внезапного захвата озерных дефиле и моста у Мрекине дивизии Гарпе придавалась 10-я рота полка «Бранденбург».
Так же как и на других направлениях, советская оборона в полосе наступления 12-й тд носила очаговый характер. У Лаздня под удар Гарпе попадал один батальон состава 741-го сп 128-й сд, между Шлавантаем и Вейсяем находился батальон 89-го сп 23-й сд, у Петрошкая укрепления строил 148-й саперный батальон. Силы, прямо скажем, невеликие, даже с учетом благоприятной для обороны местности.
Наступление 12-й тд началось традиционно для Прибалтики в 3.05 22 июня. Первой жертвой немцев стали пограничные вышки. Для расстрела вышек даже была подтянута 210-мм мортира. В принятой для немецких танковых командиров стилистике Гарпе находился на передовой, в приданном ему 109-м полку, держа связь со штабом по радио. Уже в первый час вторжения самолет-разведчик докладывает: «Обнаружен отход противника на Меркине». Это, очевидно, был повсеместно наблюдавшийся в ПрибОВО спонтанный отход в тыл строителей укрепрайона.
В отчете командира 109-го полка начало войны на Востоке описывалось так:
«Наблюдательная вышка, которую ударная группа должна была захватить, была пустой. Приграничный лес был пройден без контакта с противником. При выходе из леса части батальона [2-го пб 109-го пп] были обстреляны ружейным огнем из района восточнее Бринай. […] Стремительным натиском при поддержке тяжелых минометов и ручных гранат полевые позиции были атакованы. Русские стреляли до последнего мгновения и отчаянно дрались. Они находились в хорошо построенных позициях, прикрытых сверху, с маленькими амбразурами и маленьким входом и были соединены друг с другом ходами сообщения».[117]
Сгоревший под Алитусом танк БТ. На заднем плане виден подбитый и сгоревший немецкий Pz.IV.
Вскоре наступающие столкнулись с первым серьезным сопротивлением, в ЖБД 12-й тд указывается: «Пленные и местные жители говорят, что позиции у Каймеляя [на советских картах Каймэле] и Юрчуная [Юрчуны] только накануне были построены местным населением по приказу красных. Войска докладывают, что русские в ряде случаев заняли позиции только с появлением немцев. Тем не менее противник сражается так умело, что быстрое продвижение невозможно».[118] Противником 5-го мотопехотного полка здесь был батальон 741-го сп и подразделения формирующегося 178-го пульбата Алитусского УРа. Надо сказать, что немцы подготовились для боя в озерной местности и использовали обход упорно обороняемых советских позиций штурмовыми лодками по озеру. Впрочем, это обернулось потерей времени. Как констатируется в ЖБД 12-й тд: «Задержка примерно 3 часа, поскольку штурмовые лодки медленно перевозили по плохим дорогам».[119] Переправившихся на штурмовых лодках пехотинцев сразу же направили на захват переправ у Шлаванты. Заняты они были только в полдень берлинского времени.
В свою очередь 109-й полк штурмовал «два еще не полностью готовых ДОТа, из которых северный упорно оборонялся». Скорее всего, обороняли его строители в лице 148-го саперного батальона. Позднее в отчете отдела Ic (разведки и контрразведки) LVII моторизованного корпуса за 22 июня указывалось: «Установленные воздушной разведкой агентурными сообщениями на отрезке границы между Кодзяем и Лаздияем укрепленные сооружения оказались, как уже сообщалось, недостроенными и весьма примитивной конструкции».[120] Это резко контрастирует с весьма высокой оценкой сооружений приграничных укрепрайонов в тех местах, где они были достроены, в первую очередь в Киевском особом округе. Преодолев зачатки укрепрайона, приданные дивизии Гарпе пехотинцы около 9.30 берлинского времени берут межозерное дефиле у Вейсеяя. Небезынтересно отметить, что здесь обошлось без «Бранденбурга» – диверсанты банально застряли на дороге.[121] Захват озерных дефиле позволил ввести в бой танковый полк и мотоциклетный батальон 12-й тд, наступление вперед должно было набрать темп настоящего «блицкрига». В затылок танковому полку был поставлен 25-й мотострелковый полк 12-й тд. Вся эта масса войск должна была протаранить советскую оборону и выйти к Меркине.
Однако в озерном дефиле у Сэрэе дивизия Гарпе неожиданно встретила достаточно серьезное сопротивление. Здесь находились батальон 533-го сп 128-й сд с дивизионом артполка, 119-й разведбат 128-й сд и штаб соединения во главе с командиром генерал-майором А. С. Зотовым. Эта сравнительно небольшая группа бойцов и командиров располагала связью с вышестоящими штабами, что было важным фактором организованного вступления в бой. У них было по крайней мере несколько часов для подготовки к отражению удара противника. В итоге, когда около 13.00 немцы подошли к озерному дефиле, им было оказано упорное сопротивление. Согласно отчету приданного 12-й тд 109-го полка, после неудачи первого натиска наступление было отложено до подтягивания танков. Небезынтересно отметить, что именно здесь немцы отмечали наличие «ворошиловских стрелков»: «При продвижении 1-я рота столкнулась с сопротивлением врага из отдельных усадеб, появились снайперы. Артогонь прогнал противника из домов, которые тотчас загорелись».
Время в данном случае работало на немцев: с запада, от Лаздияя подходили два пехотных полка 5-й пд. Таким образом, около 16.00 преимущество сил вторжения становилось 8-кратным, а дополнительно удар усиливали танки. Однако задержка в наступлении заставила командира корпуса Кунцена искать другие варианты. Как записано в ЖБД 12-й тд: «38-й мцб 18-й пд хорошо продвинулся по южной дороге и теперь использует ранее 22-го мцб предназначенную для 12-й тд дорогу на Меркине». Почему же «желтую майку лидера» отдали соседу?
Подбитый под Алитусом танк БТ-7.
На правый фланг LVII корпуса была поставлена 18-я моторизованная дивизия. Множество озер в полосе наступления корпуса Кунцена заставило направить это соединение вдоль единственной дороги, проходившей южнее озерной системы, практически по разграничительной линии с соседом, 9-й армией ГА «Центр». Другого варианта у немцев здесь не было – озера в полосе 18-й мд были вытянуты с севера на юг, продираться через них по проселочным дорогам с негарантированной сохранностью мостов было бы безумием. Это привело к тому, что локтевая связь в начале наступления между 12-й тд и 18-й мд отсутствовала. Поэтому 18-й мд была поставлена ограниченная задача: половиной сил (т. е. одной боевой группой) атаковать на Капчаместис, далее выйти к Неману южнее Меркине и форсировать реку. Командиром дивизии генерал-майором Херляйном была сформирована вокруг 30-го мотопехотного полка боевая группа «Герлиц». 30-й мп был усилен артиллерией, саперами и мотоциклетным батальоном. Боевая группа «Герлиц» в свою очередь была разбита на два отряда, Бергера и фон Эрмансдорфа. Оставшиеся подразделения 18-й мд составили группу «Лейзер», которую передали в резерв 9-й армии.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
