в новую веру. Апостол Павел сумел убедить церковь открыть двери прозелитам из неевреев и стал инициатором миссии к язычникам, трансформируя тем самым раннее христианство. Он также развил идею об отходе от еврейского закона. Следует признать, что его литературное наследие значительно обострило антиеврейские элементы в Новом Завете.
РАЗМЕЖЕВАНИЕ ПУТЕЙ
Раскол между иудаизмом и христианством не был легким и быстрым. Это был сложный процесс, занявший около ста лет (начиная с распятия), для которого в двух религиях были различные причины и следствия. Кроме того, вопрос правового статуса в глазах Рима также имел отношение к этому вопросу.
С точки зрения христианства раскол довольно просто проследить. В ранних евангельских текстах, описывающих споры между Иисусом и фарисеями по вопросам еврейского закона, не наблюдается острой враждебности. Распятие рассматривалось как дело рук римлян, которым помогала часть (вероятно, эллинизированных) священников. По мере развития традиции Нового Завета место споров с фарисеями, книжниками и первосвященником заняла полемика против евреев и иудаизма, а представление о некоторых евреях как о врагах Иисуса сменилось демонизацией еврейского народа в целом. В какой-то момент в I в. н.э. редакторы Нового Завета четко осознали, что они не являются больше частью этого народа, и стали описывать дискуссии Иисуса как споры со всеми евреями, а не с отдельными их течениями, чего можно было ожидать в случае внутриеврейских разногласий. После того как христиане начали воспринимать евреев как «чужих», оставался лишь один шаг до мысли о том, что все евреи повинны в отвержении Иисуса и, следовательно, в том, что его мессианская задача осталась невыполненной.
С еврейской точки зрения вопрос представляется более сложным. К этому времени иудаизм таннаев стал уже доминирующей формой иудаизма, так как в результате войны с Римом фарисеи превратились в наиболее влиятельную группу внутри еврейской общины. После разрушения Храма таннаям стала очевидной необходимость стандартизировать и объединить иудаизм. Одним из первых шагов явилась стандартизация Восемнадцати Благословений, которые наряду с чтением Шема составляли основу ежедневных молитв. В это время была расширена старая молитва, в которую включили проклятье против миним, евреев, придерживавшихся неправильных религиозных взглядов. Скорее всего, имелись в виду иудео-христиане, соблюдавшие законы иудаизма, но одновременно верившие в мессианство Иисуса. Несмотря на то что рабби продолжали считать ранних христиан евреями, они сформулировали молитву таким образом, чтобы сделать невозможным их пребывание в синагогах, как о том свидетельствуют Евангелие от Иоанна и Отцы церкви. В дополнение к этому таннаи ввели несколько законов, предназначенных еще сильнее отделить иудео-христиан от общины путем запрещения торговли и некоторых других контактов с ними.
Тенденция ко все более глубокому разделению прослеживается на протяжении всего периода с конца I в. н.э. и до восстания Бар Кохбы (132-135 гг. н.э.), когда таннаи объявили раннехристианские писания вне закона, решив, что свитки Торы или тексты, содержащие имена Бога и переписанные христианами, не являются священными. Это было явной полемикой с Евангелиями, которые в том или ином виде должны были уже находиться в обращении.
Во времена апостола Павла, около 60 г. н.э., было принято решение открыть христианство для язычников, и таннаи постепенно начали сталкиваться с церковью, чьи члены не были евреями с галахической точки зрения. Для рабби они являлись уже не евреями, исповедовавшими неправильные мессианские воззрения, а язычниками, утверждавшими, что именно они и представляют истинный Израиль. В результате таннаи стали воспринимать христиан как совершенно инородную общину, а не как заблуждающихся евреев. Этот процесс окончательно завершился в период Бар Кохбы. Иудео-христианство постепенно исчезло, в то время как нееврейское христианство продолжало набирать силу. Поскольку оно стало единственной формой христианства, с которой теперь встречались рабби, они начали именовать христиан ноцерим («назаряне»), рассматривая их как абсолютно отдельную и чуждую религиозную группу.
Можно также проследить точку зрения римлян. Изначально они рассматривали христиан как часть еврейского народа. По мере того как христианство начало распространяться и менять свою идентичность в глазах как евреев, так и христиан, римское правительство также изменило свой подход. Император Нерва (96-98 гг. н.э.) освободил христиан (возможно, включая иудео-христиан) от уплаты fiscus judaicus, еврейского налога, установленного как наказание после восстания 66-73 гг. н.э. Очевидно, что теперь римляне рассматривали христиан как отдельную группу, чем была подготовлена почва для признания христианства законной религией. Упадок древних языческих культов наряду с впечатляющими успехами христианства привели в итоге к превращению новой веры в официальную религию Римской империи в 324 г. н.э.
ИУДЕО-ХРИСТИАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В РАННИЙ ПЕРИОД
Каковы же были отношения между евреями и христианами после того, как между ними произошел окончательный разрыв? В нашем распоряжении имеются несколько видов источников, которые говорят об ухудшении этих отношений и росте взаимной враждебности. Первое время после раскола было отмечено взаимным интересом и спорами, о чем говорят свидетельства раввинистической литературы и Отцов церкви. Евреи и христиане обсуждали такие вопросы, как библейская интерпретация и степень авторитетности их традиций, но даже в этой литературе нетрудно заметить постоянно возрастающие трения, которым в итоге предстояло сыграть главную роль в отношениях между двумя общинами.
В то же время христиане начинали относиться к своим еврейским соседям все более неприязненно, что было наиболее заметно в Византийской Палестине и, вероятно, было связано с христианизацией империи в IV в. Как отдельные евреи, так и синагоги все чаще становились объектами прямых нападений. Если в более ранний период еще удавалось сохранять мирное сосуществование и относительную стабильность в отношениях друг с другом, то в V—VI вв. было издано большое число антиеврейских законов, согласно которым евреям запрещалось строить новые синагоги и даже изучать «устный закон». Образ еврея — убийцы Христа получал все большее распространение, а нападки на иудаизм стали нормой в христианских проповедях. В то же самое время внутри христианской церкви начались гонения против групп, обвиненных в «иудео-христианстве».
Последние являлись иудействующими христианами, язычниками, рассматривавшими соблюдение предписаний иудаизма как неотъемлемую часть христианства, что объяснялось их верой в непреходящий авторитет Ветхого Завета. Эта точка зрения, которую церковь объявила еретической, не должна рассматриваться как прямое продолжение ранней иудео-христианской церкви Иерусалима. Скорее мы имеем дело с представителями нового движения, старавшимися имитировать то, чем по их представлениям была ранняя церковь. С галахической точки зрения последователи этого направления не были евреями. Старая форма иудео-христианства исчезла задолго до этого.
К концу периода Мишны и Талмуда христианство приобрело набор антисемитских предрассудков, которым предстояло определять его отношения с евреями на протяжении всего средневековья. Евреи могли найти утешение лишь во внутреннем осознании своей правоты и
