Авторы считают, что обращение к проблеме причин экологических преступлений позволяет рассмотреть многие вопросы, входящие в круг интересов как криминологов, так и специалистов в области правовой охраны окружающей среды и имеющие прикладную направленность, т. е. способствующие повышению эффективности природоохранительной длительности в целом. В этом плане содержание работы, по-видимому, укладывается в рамки, предмет и традиции эколого-правовой и криминологической проблематики.
В основе исследования лежат следующие теоретические посылки. Причины экологических преступлений представляют собой элемент взаимодействия в системе «общество – природа», завершающий этап криминогенной детерминации преступного экологического поведения, в котором сливается действие различных связей негативной направленности, включая связи состояния, обусловливания и др. Как неотъемлемая в определенных исторических условиях часть социальной действительности причины экологических преступлений могут рассматриваться в статике, с позиций онтологического подхода, и в динамике, с позиций генетического подхода, причем их действительное познание возможно на основе марксистско-ленинской гносеологии, в рамках детерминистского подхода. Это позволяет полагать, что, будучи взятой в виде социального процесса, экологическая криминогенная причинность включает такие элементы, как источники и факторы причинного воздействия; предметная основа процесса причинности; причиняющие связи; переносимое воздействие; промежуточный криминогенный эффект; следствие и механизм превращения причиняющих связей в него. В состоянии функционирования причины экологических преступлений проявляются на различных уровнях и в различных ситуациях, не теряя своего единства и своей природы, но обладая способностью к саморегуляции на основе мимикрии. Вместе с тем принципиально важным является тезис об устранимости причин экологических преступлений поступательным движением социального прогресса, о возможности ограничить, уменьшить их действие уже в современный период на основе комплексного развития антикриминогенных процессов, включающих позитивные экономические, социальные, правовые, технические и иные меры.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Интервьюирование проводилось 19 июня 2004 г., г. Саратов.
Текст опубликован: Право и политика. 2012. № 5. С. 828–835.
Данный материал инициирован ходом круглого стола по теме «Какая криминология нужна сегодня?», состоявшегося на факультете права НИУ ВШЭ в 2011 г.
Здесь как будто нужны примеры. Но они могут быть почерпнуты едва ли не в любой работе систематизирующего характера. Во всяком случае, автор обязуется привести их по первому же требованию.
Следует признать, что в правовой науке утверждение о необходимости инструментализации порождает и позитивные, и негативные аллюзии. См. среди многих: Вайгенд Т. Об уголовном праве и духе времени // Российский криминологический взгляд. 1910. № 3. С. 26–33.
Негативные ассоциации возникают тогда, когда инструментальный подход связывается с социально-эгоистическим использованием и даже с искажением научного знания о праве, механизмах его действия и противопоставляется идеям справедливости и свободы. Разумеется, такое использование криминологии вполне реально, и его следует избегать.
Мейер Б.-Д. Криминология. Изд. 4-е. Мюнхен: Бек, 2010. С. 33–34 (на нем. яз.).
Это отмечается в криминологической литературе достаточно эмоционально. Профессор В.В. Лунеев пишет: «Криминология как наука об анализе, прогнозе и профилактике преступности в значительной мере развивается в теоретическом и абстрактном направлении. Теория формируется в отрыве от реальной практики на основе метода “умной головы”. А практика в подобных умозаключениях не нуждается». См.: Лунеев В.В. Курс мировой и российской криминологии: учебник. В 2 т. Т. 1. Общая часть. М.: Юрайт, 2011. С. 73.
Несколько иначе оценивает недостатки криминологических теорий немецкий профессор Ханс-Дитер Швинд. Он отмечает их односторонность, отсутствующую логическую структуру, недостаточное или отсутствующее эмпирическое обеспечение, неразвитость междисциплинарных подходов. См.: Криминология. Практическое ориентированное введение с примерами. Хайдельберг, 1997. С. 153 (на нем. яз.).
Такого рода оценки, например, были даны професором Е.Г. Самовичевым на круглом столе в НИУ ВШЭ (2011 г.).
Развитые Я.И. Гилинским соображения о преступности как социальном конструкте, разумеется, верны и полезны. Но дело в том, что общество живет в мире социальных конструктов, и их изготовление, в конечном счете, оценивается и корректируется обществом, а для этого необходимы проверяемые знания. Я.И. Гилинский совершенно прав, что убийство врага на войне не признается преступлением. Но преступление и описывается в уголовном законе иначе, образуя самостоятельную группу деяний. См.: Гилинский Я.И. Криминология: теория, история, эмпирическая база. Социальный контроль. 2-е изд. СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2009. С. 37.
Здесь достаточно указать на работы Я.И. Гилинского, серию работ профессора А.Д. Шестакова, работы немецких ученых Х.-Х. Ешека, Т. Вайгенда, Г. Кайзера и др.
См.: Гилинский Я.И. Криминология: теория, история, эмпирическая база. Социальный контроль. С. 8–9.
См.: Репутация России стоит слишком дорого // Русский Телеграф. 1998. 29 января.
Текст опубликован: Использование норм права в борьбе с преступностью. Труды Омской ВШ МВД. Вып. 12. 1972. С. 30–45.
Возникающие в процессе изучения практики предложения по совершенствованию действующих правовых норм или по принятию новых носят, как правило, сопутствующий характер и целевыми для криминалистики и криминологии не являются.
См.: Казимирчук В.П. Право и методы его изучения. М.: Юрид. лит-ра, 1965. С. 19.
Косолапов В.В., Щербань А.Н. Оптимизация научно-исследовательской деятельности. Киев: Наукова думка, 1971. С. 217.
В более широком плане вопрос о создании необходимого следователям информационного массива в машинной памяти поставлен К.Ф. Скворцовым на IV Всесоюзном симпозиуме по проблемам правовой кибернетики, состоявшемся в 1971 г. в Москве.
Здесь сознательно оставляются без рассмотрения многие весьма важные аспекты реализации внесенного предложения, например, методика классификации рекомендаций по объектам, выбор научных учреждений, призванных возглавить отбор определенных групп рекомендаций, и т. д. Думается, что при принятии предложения, в принципе, все подобные вопросы могут быть обсуждены и решены кругом соответствующих специалистов.
В качестве шага, предваряющего это мероприятие, можно установить обязательность указания рубрики публикации, отражающей ее характер. Это могут быть статьи-обзоры, статьи постановочного характера, статьи аналитического плана, статьи, содержащие изложение рекомендаций, и т. п. Такое решение вопроса не только облегчит ориентировку в многочисленном материале и поиск необходимой информации, но и обяжет авторов строже определять направление и содержание публикаций.
Шляпочников А.С., Серебрякова В.А., Бабаев М.М. О возможности изучения обстоятельств, способствовавших совершению преступлений, с помощью первичного статистического учета // Вопросы предупреждения преступности. Вып. 4. М.: Юрид. лит-ра, 1966. См. также: Звирбуль В.К. Деятельность прокуратуры по предупреждению преступлений (Научные основы). М.: Юрид. лит-ра, 1971. С. 87.
Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. М., 1970. С. 83.
Л.Е. Ароцкер правильно, с нашей точки зрения, подчеркивает необходимость соответствия криминалистических методов и приемов требованиям не только социалистической законности, но и судебной этики. (Правовые и этические гарантии применения криминалистических методов в уголовном судопроизводстве // Юридические гарантии применения советских правовых норм и укрепление социалистической законности. Тез. докл. и сообщений, 5–7 октября 1971 г. Пятая секция. Киев, 1971.)
