Райнхольфа и мальчик, вскочив, снова бросился на рыжего.
— Ну всё, гадёныши, вы нарвались!
— Эта чевой-то у вас тут происходит? — в окне вагона показалась огромная всклокоченная голова. Спутанные пряди грязных волос падали на лицо, и лишь маленькие чёрные глазки блестели, словно жуки. — Что за крики? Чевой-то не выходите, все собрались, только энтих первокурсников и не хватает.
— Он меня лапает, — заявила Изабель.
— Хьюго!!! — великан с возмущением уставился на рыжего. — Ты эта чево? Что мамка твоя скажет, госпожа министр? Да и папка твой будет недоволен, он себе такого никогда не позволял.
— Да врёт она! — возмутился рыжий Хьюго. — Хагрид, они хотят протащить в школу…
— ААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!!! — снова завизжала Белла, рассудив, что Хагрид вряд ли оценит книгу Рэндальфа Лестрейнджа.
— Ты эта… тихо, ты, — недовольно нахмурился Хагрид. — Выходите, в школу пора. Распределение у вас, а за ним и пир.
Он облизнулся.
— Пусть уйдёт, я его боюсь, — выкрикнула девочка, тыча пальцем в сторону Хьюго. — Пусть уйдёт-уйдёт-уйдёт!!!
— Хьюго, а ну в карету давай. Негоже тебе опаздывать. Смотри, узнает мамка, что ты тут творишь, взгреет тебя, не посмотрит, что староста.
Хьюго зло сплюнул на пол и вышел из купе. Гриффиндорцы поспешили за ним.
— Истинные Мародёры, — пробормотала Белла, выходя из вагона. — Рольф, книгу я уже в школе отдам, а то мало ли.
Райнхольф кивнул.
— Ты, наверное, уже не рад, что со мной связался, — вздохнула Изабель.
— Ты что?! — возмутился мальчик. — Я…я очень рад. Это всё ерунда, — храбро заявил он и с удивлением почувствовал, что разом свалившиеся неприятности действительно ерунда по сравнению с этим знакомством и с письмом самого Рэндальфа Лестрейнджа. — Сегодняшний день — лучший в моей жизни, — твёрдо заявил он и, немного смутившись, тихо добавил, — благодаря тебе.
Изабель с облегчением улыбнулась. Дети взялись за руки, проследовали за Хагридом и остальными первокурсниками к берегу огромного чёрного озера, где сели в лодки и, и проплыв через мрачный подземный туннель, высадились на подземной пристани. Затем школьники вслед за Хагридом поднялись по ступеням каменной лестницы и вошли в замок, где их встретил круглолицый рыхловатый мужчина, которого Хагрид назвал профессором Лонгботтомом.
Профессор отвёл первокурсников в небольшую комнатку, где рассказал им то, что большинство и так знало, — о предстоящей церемонии распределения, факультетах Хогвартса, системе добавления и вычитания баллов, потом выразил надежду, что каждый новый студент станет достойным членом своей факультетской семьи, порекомендовал собраться с мыслями и удалился, оставил оставив детей одних.
— Действуем как договорились? — не выпуская руки Беллы и не обращая внимания на насмешливые взгляды некоторых ребят, шёпотом спросил Рольф.
Девочка кивнула.
Вернулся профессор Лонгботтом, выстроил первокурсников в шеренгу и привёл в огромный зал, освещённый плавающими в воздухе свечами, бросавшими отблески света на четыре длинных стола, где разместились старшекурсники. Там он поставил перед детьми табурет, на котором возвышалась старая, грязная, потёртая, покрытая заплатками остроконечная Волшебная шляпа.
— Фу, — неслышно пробормотала девочка перед Райнхольфом. — Её вообще когда-нибудь стирали?
Шляпа дёрнулась, Рольфу показалось, что она лопнула по шву и в ней появилась дыра, но дыра задвигалась и Шляпа довольно хриплым и противным голосом запела.
Музыкально одарённый мальчик поморщился — Шляпа немилосердно фальшивила. Он пытался вслушаться в слова песни, но от волнения, от того, что кровь гулко стучала в ушах, не смог ничего разобрать.
Песня закончилась, дыра исчезла, профессор Логботтом подошёл к табурету, развернул свиток пергамента и начал вызывать первокурсников.
Один за другим дети подходили к нему, садились на табурет, а Шляпа выкрикивала название факультета, на котором им предстояло учиться.
Чаще всего звучало название Хаффлпаффа.
— Тупеет нация, — хмыкнул сероглазый мальчик с русыми волосами, расчёсанными на прямой пробор, и тут же заспешил к Шляпе.
— Райвенкло, — без промедления крикнула та.
Наконец.
— Констиг, Райнхольф, — произнёс профессор.
Рольф сжал пальцы Беллы, выпустил её руку, на негнущихся ногах подошёл к табурету и натянул Шляпу.
— Хм, — прозвучал в ушах скрипучий голос. — Какая неожиданная встреча. Всё тот же блестящий, пытливый ум, сосредоточенность и нелюбовь к шумным развлечениям, жажда знаний…
— Я должен попасть в Слизерин, — торопливо оборвал излияния Шляпы Райнхольф.
— В Слизерин? — мальчику показалось, что Шляпа разочарованно вздохнула. Но зачем он тебе сейчас? Или… О, Мерлин, снова! Нет, твоё место на…
— Я хочу учиться в Слизерине! — Райнхольф, напрягся, изо всех сил вцепившись в края табурета. — Когда ты… вы…когда Гарри Поттер отказался идти в Слизерин, его же можно было отправить в Гриффиндор? А я отказываюсь от Райвенкло! Я хочу в Слизерин и никуда больше! Там тоже учатся умные волшебники, а я к тому же чистокровный! То есть… это не главное, конечно, — Райнхольфу показалось, что этим аргументом он значительно урезает шансы Беллы. — Пожалуйста, — умоляюще пробормотал он. — Мне это важно. Важнее всего на свете.
— Ты так ничему и не научился, — снова вздохнула Шляпа. — Что ж, если это твой выбор,
— СЛИЗЕРИН.
Райнхольф с трудом разжал онемевшие пальцы. На глазах на секунду выступили слёзы облегчения, но мальчик быстро сморгнул, снял Шляпу, обернулся на уменьшившуюся шеренгу первокурсников, ещё не прошедших распределение, и нашёл глазами Беллу. Та подняла руку в победном жесте.
Райнхольф улыбнулся ей непослушными губами и поспешил за стол Слизерина, откуда ему уже нетерпеливо махали его новые однокурсники.
— Поздравляю с зачислением на лучший факультет Хогвартса, — приветливо улыбнулся ему невысокий курносый парень с резкими, грубоватыми чертами. — Я Пратар Паркинсон, староста. С любыми проблемами и вопросами обращайся ко мне.
— Спасибо, — пробормотал Райнхольф, опускаясь на стул и одним глазом следя за продолжающейся церемонией распределения. — Я Райнхольф. Ра… Рольф.
— Долго она тебя продержала, — вступил в беседу коренастый темноволосый парень с мощными, тяжёлыми челюстями. — Куда сватала?
— На Райвенкло, — признался Райнхольф.
— У нас лучше, — собеседник хлопнул его по плечу. — Ты…
— Ты кого-то ждёшь? — перебил его Пратар, проницательно глядя на Рольфа.
Тот кивнул и тут профессор Лонгботтом вызвал Изабель.
Пока девочка не торопясь шествовала к Шляпе, за столом Гриффиндора послышался неодобрительный гул. Профессор Лонгботтом недовольно взглянул на студентов, и те утихли.
— Что-то Мародёры возбудились, — заметила темнокожая девочка рядом с Паркинсоном.
— Да уж, нашли себе соперницу по зубам, — хмыкнул крепыш, — им как раз с первокурсницей связаться.
— Я слышала, Томас вопил про какую-то наглую малявку, которая…
Дальше Райнхольф не расслышал. Он впился взглядом в Шляпу на голове Изабель, тихо бормоча «в Слизерин, в Слизерин».
— СЛИЗЕРИН! — эхом откликнулась Шляпа, в голосе которой явственно слышались возмущённые нотки.
Изабель элегантно соскочила с табурета, вручила шляпу Каролине Пьюси и направилась к столу.
— Грязнокровка на Слизерине? — недовольно пробормотал парнишка немногим старше Райнхольфа.
— Она не грязнокровка, — возмутился Рольф. —
