Буду убивать много — еще чего доброго меня и обвинят в нападениях. А там дело и до Императора может дойти. Суд, может быть, и будет в мою пользу, но получать репутацию человека, от которого постоянно возникают проблемы, в верхах власти тоже не хочется.
А ведь это только один из вариантов. Эн может потребовать от купцов ничего мне не продавать. Может начать жечь мои сады, может много чего придумать. Конечно, он тоже будет осторожен. Маги не правят в Шумере только потому, что нам эта тягомотина не нужна. Мы вполне могли бы взять власть в любой точке мира. Но тут есть оговорка: «мы» — это маги в целом. А вот конкретно я не правлю в Шумере не только потому, что не хочу, но и потому что не могу. Чтобы «воевать» со мной, эну достаточно заручиться поддержкой кого-то из магистров. А они в Гуабе живут. Их восемнадцать великих чародеев — это мастера и магистры Гильдии. Они, конечно, эну не подчиняются, но уже точно в дружеских с ним отношениях. И вопрос лишь в том, кто его поддержит в открытую, сколько их будет и как далеко они готовы будут зайти.
— В общем так, лугаль… Убирайся и передай эну, что он не Император и здесь его власти нет. А захочет со своими «великими» чародеями, — я с сарказмом выделил это слово, — идти против меня, и Гуаба перестанет быть великим городом. Никто кроме Императора и Верховного не властен над магистрами Гильдии. Это все.
— Ты пожалеешь, абгаль.
— Я уже жалею. Жалею, что ответил тебе лишь словом, а не делом, — я фыркнул, после чего смерил его долгим взглядом. Можно было самому уйти. Вот только, коли я здесь хозяин, было бы глупо уходить от собеседника на своей же земле.
Мужчина стоял, борясь со мной глазами и меряясь серьезностью намерений. Видимо, в какой-то момент что-то такое промелькнуло в моем лице, что его все-таки испугало. Я уже готовился применить молнию, когда лугаль отступил на шаг, резко развернулся и махнул рукой своим людям. Отряд из шестнадцати человек, иногда оборачиваясь на меня, пошел к своим колесницам. Я вздохнул.
Все эти игры казались довольно забавными после встреч с архидемоном, войны на Иммертале, бункера на Парифате, сражений в подземельях иллитидов, столкновений с эмушитами или уже ставшей для меня давним воспоминанием Троянской Осады. Но последствия принятых решений здесь и сейчас вполне могли стать для меня той еще тратой нервов и сил.
Я провел на Земле уже больше месяца, успел посетить ученика, разыскать призрак Ксарнраадж, купить рабов в разных местах… Вышло дорого, но лучше брать потомственных, чем непонятно кого: проданные за долги, военнопленные или вообще какие-то посторонние, похищенные очередной бандой с дороги или из собственных домов люди, дикари и иной сброд работают не всегда хорошо, любят устраивать проблемы. Нужно ли мне такое? Да вот ни разу. Так что я набирал потомственных слуг, чьи родители были рабами, родители чьих родителей были рабами… В общем, не скупился, хотя за таких обычно брали втрое от кого-то с улицы. Не считая красивых наложниц, конечно.
Разговор с Менгске и Галивией был довольно долгим. Двум архимагам, один из которых глава твоей Гильдии, отказывать было как-то не с руки. Их интересовало, чему я учился на Парифате. Новые заклинания, практики. Я не скупился на слова. Отсекая «лишние» подробности. Возможность жертвы праны я даже не скрывал. Но, как и ожидалось, она мало кого заинтересовала. Большинство магов даже близко не умеет так пользоваться своим Вторым Началом, как я. Так что восстановление жизненной энергии всем только снится. В Шумере это и вовсе считается невозможным. Предсмертная же жертва и так довольно неплохо известна Гильдии. Случаи, когда даже слабые маги совершали что-то откровенно жуткое перед смертью, вполне себе нередки. Самый известный — это мощнейший удар Арзы. Самая мощная Длань Шамаша за последние лет сто как минимум, стершая армию полудемонов и низших демонов с едва ли не сотней колдунов.
А вот заклятие раздвоения всех заинтересовало в особенности. Его пришлось выписать с подробным описанием. Расстались мы тогда полюбовно. Старик даже вроде бы не был так злобен и вреден, как обычно.
Дальше было путешествие к Агасту и Ксарнраадж. Последняя в ультимативном порядке потребовала выполнить свое обещание. И я не смел отказать: с телом для Королевы мы слишком сильно затянули, но и Красная была весьма специфичных вкусов. Ей подходила только волшебница. Или обладательница необычной наследственности. Первой, кто пришла мне на ум, была племянница Императора: девушка еще крайне юна, но уже не девочка. И в её жилах маленькая доля, незначительная часть, но все же кровь бога Шамаша. Однако такие мысли я отогнал в сторону самым решительным образом. Оставалось еще несколько вариантов.
Первый и самый на мой взгляд подходящий — это Альфира. Но где же эту магессу теперь сыскать?.. Я попробовал несколько поисковых ритуалов — ничего не получилось.
Далее, всегда оставалась возможность игры «вдолгую». Взять ученицу-рабыню. Через лет десять она вполне освоится и разовьется достаточно. За раба никто не вступится. Однако тут мне на ум приходило мое детство. А еще искаженное лицо Гази, которого я бил молниями. Точнее, электрическим разрядом из ладони. В шею вроде бы… Плохо уже помню. В общем, вариант не из лучших.
Можно было отправиться в Храм. Вероятно, я бы смог выклянчить у Брафкасапа и Сварнрааджа себе джунуюдха. Только их делали преимущественно из мужчин. Женщина-джунуюдха… Такое чудо еще поди найди. Да и подходили они слабо.
Наконец, можно было попробовать поймать кого-то подходящего. В этом или ином мире. Но соваться в другие миры не слишком хотелось, а в этом магички тоже наперечет.
Еще один вариант — длинный вояж в Элладу. Тамошние Полисы мало контактируют с Шумером. Они достаточно далеки. И там есть маги. Не самые великие, как я теперь понимаю. Но мне и не нужна была вторая Галивия. С тем же успехом, кстати, можно было отправиться путешествовать в Куш или в какие-нибудь еще дикие земли. Или попробовать пересечь океан, чтобы дойти до великого Праквантеша.
Я рано или поздно кого-то отыщу, но Ксарнраадж ждать устала. Она требовала тело не через год, не через два. А до моего следующего ухода на Парифат по контракту. И вот это уже было сложнее всего.
Технически можно было бы взять просто девушку с хорошим потенциалом к магии, но это был крайний случай, мало чем отличавшийся от взятия ученицы: времени на восстановление у Королевы ушло бы даже больше.
Где его, тело, взять — я все еще думал. Но в любом случае перво-наперво следовало разобраться со своими проблемами в Шумере. Свой будущий дом, каким он будет, как и из чего построен, что будет внутри — всё это я прикидывал еще на Парифате. И для его постройки мне требовались особые рабочие. Ни мои нынешние двенадцать, ни даже сто двадцать рабов быстро мне дворец не возведут. А силу требовалось показывать прямо сейчас. Одно дело — бодаться с сидящим на голой земле магом, пусть даже магистром гильдии, а другое — с тем, кто возвел себе огромные хоромы по мановению руки. Тут уже, хочешь или нет, задумаешься. Так что лучше было бы не доводить до прямого противостояния с эном Гуабы.
И начать стоило со строительства. Но только не простого. Мне не нужен был долгий и упорный труд, которым строятся города за десятки лет. Не нужен мне был и застывший мираж, которым возводят свои дворцы и города на Кафе. Первым я не впечатлю эна. Вторым же не смутить умы магов. Да, чародеи Гуабы знают, что я магистр Гильдии. Знают они и то, что я не слаб. Но чтобы они по-настоящему задумались, стоит ли поддержать эна, следует произвести впечатление и на них.
Мне нужен был несотворенный дворец, искусный, прекрасный и величественный. Большой, но такой, который не был бы для меня чрезмерно велик. И воздвигнуться он должен был быстро. Настолько быстро, чтобы все иные наблюдающие за мной успели бы лишь ахнуть.
Старый Халай учил нас призывать демонов. На Парифате я узнал, что призывать можно не только их. Были существа, которые помогли бы мне с моим делом. Были те, кто дышит магией, кто живет ею, кто сам есть магия. Те, кто строил за одну ночь архитектурные шедевры, превосходящие весь Вавилон! Вот только договориться с ними будет непросто. Мне предстоит двенадцать призывов. А потом долгая тяжелая ночь. Стоит ли она того? А куда деваться. И первый будет самым сложным, самым опасным и самым важным.
