Борис Тролль
Чудовищная алхимия. Том 8
Глава 1
— Копьями! Копьями работайте! Не подходите близко, если не хотите принять участие! — заорал кто-то вдалеке.
Зефир, сидящий на холме, отвернулся — наблюдение за тем, что происходило на бывшем поле боя, вызывало у него желание опорожнить желудок.
— Кстати, они молодцы. Примотанный к заднице металлический щит — гениальное решение, — глубокомысленно заметил Леопольд, устроившийся рядом.
— Ага, — ответил командир, не имея ни малейшего желания вступать в полемику.
Зачистка тем временем продолжалась уже более часа: слишком мало было людей в распоряжении гетмана и слишком много целей.
К тому же дело это было нелегкое, и моревийцы понесли первые потери едва ли не сразу, стоило только приступить к добиванию врага.
— Ваше Высочество, ну, пожалуйста, уважьте старика, переберитесь на корабль, — раздался приближающийся голос пана Лукаша, в котором отчетливо слышались просительные нотки.
— Гетман, — строго проговорила Катарина. — Я сама знаю, что мне делать.
Зефир обернулся. Троица человек, включая черноволосого крепыша в доспехах — охранника принцессы, направлялась к товарищам, и юноша отчетливо понимал, о чем они будут спрашивать. Всё-таки его диалог с еретиком не слышал только глухой, и всех окружающих беспокоило то, что командир как-то с ним связан.
К примеру, те же Джасна и Владимир, оставшиеся на холме, постоянно бросали на парня задумчивые взгляды.
— Привет, Зефир, а где Брут? — раздался голос принцессы, стоило ей подойти.
Красноволосая девушка оглядывала сидящего перед ней командира с тревогой в глазах, уделяя особенное внимание его ране на боку. Хотя, может, это только так казалось.
— Не знаю, Ваше Высочество, — соврал юноша, не став подниматься. — Спрятался где-нибудь после того, что натворил.
Естественно, он знал в каком направлении пережидал опасные времена мохнатый, и выдавать его не планировал. Уверенности в том, что енота будут именно награждать за содеянное, не было никакой.
С одной стороны, Брут всех спас. С другой же — то, каким образом он это сделал.
— А ты случайно не в курсе, чем он вражескую армию… одурманил? Что это за дым такой сиреневый? — последовала новая череда вопросов от Катарины.
— Знаю, — после недолгого раздумья кивнул молодой человек. — Артефакт в виде ракушки, выпускает сиреневый дым. Если его вдохнуть, то… будет плохо. Последствия вы сами видите.
Зефир махнул рукой в сторону берега, и собеседники машинально посмотрели туда. Лев поморщился, как и пан Лукаш, а вот принцесса не подала виду, что её там хоть что-то смущает.
Вообще, говорить о том, что ты или кто-то из твоего клана владеет незарегистрированным проклятым артефактом, было не самым дальновидным решением. Но в данной ситуации выбора у командира не оставалось. Он и так оказался под подозрением в связях с противником, а если бы ещё и начал врать насчёт ракушки, то дела могли стать совсем мрачными для Бессовестного Енота.
— И где этот предмет сейчас? — поинтересовалась Катарина.
— Рассыпался, когда кончился заряд. Слишком уж Брут переусердствовал.
— Переусердствовал! — нервно хохотнул пан Лукаш и начал распаляться: — Я сорок лет в армии прослужил и впервые увидел нечто подобное. Это позорно! Это недостойно воина!
Мужчина ненадолго замолк, переводя дух, и вдруг выдал восторженно:
— Но это действенно! Нам нужна такая ракушка! Это стратегическое оружие! — он начал размахивать руками. — Сначала они того! Потом мы их того! И всё — победа!
— Она рассыпалась, — пожал плечами Зефир. — Если не верите мне, можете поспрашивать у солдат или клановых. Думаю, из нескольких сотен человек кто-то да видел этот момент и подтвердит мои слова.
Голос командира звучал несколько меланхолично. Он очень сильно вымотался морально за время битвы. Всё же убивать пришлось не только монстров, но и людей. Причём не одного или двух — сотни. И не каких-нибудь бандитов и головорезов, а обычных солдат.
— Жаль, — прямо на глазах сник гетман.
— Я верю. Держите это в секрете, — сказала серьёзным тоном Катарина и резко сменила тему: — А что ты скажешь по поводу того командующего из армии рюгенгордцев? Откуда он тебя знает?
Главный вопрос прозвучал буднично, однако все, кто его услышал, навострили уши, ожидая ответа.
— Без понятия, — со спокойным видом ответил молодой человек, добавив: — Он, похоже, обознался. И пока я пытался тянуть время, враг понял, что его обманывают, и напал.
Зефир решил придерживаться этой версии. И, в принципе, даже не соврал. Просто недоговорил.
Всё равно правда, к которой он потихоньку подбирался, была до того невероятной, что вряд ли ему кто-то поверит, помимо близких.
— Ладно. Мы с тобой ещё поговорим на эту тему, — смерила его непонятным взглядом девушка. — Как твоя рана, кстати?
— Пустяки. Я уже принял зелье.
— Это хорошо, — протянула она задумчиво и внезапно очень тепло улыбнулась. — Я рада, что ты жив.
— Спасибо, Ваше Высочество, — кивнул ей парень, улыбнувшись в ответ, и покосился на пана Лукаша. У гетмана от интонации и тона Катарины округлились глаза, и он стал похож на большую морщинистую сову.
— Отдыхайте, — сказала принцесса, и они со спутниками подались обратно на вершину холма, где расположился временный штаб и над которым в метре от земли висело судно. А командир мысленно выдохнул: он вроде бы отбился от неудобных вопросов. Во всяком случае, на время.
К тому же сам еретик в этом сильно помог: то, как у него менялось настроение и как он себя вёл, сразу же говорило окружающим о нестабильности Девяносто Седьмого. А кто в здравом уме будет прислушиваться к словам безумца?
Зефир мотнул головой и вернулся к тому, что он пытался делать до прихода принцессы: раскладывать по полочкам все кусочки знаний о своём прошлом, чтобы получить хотя бы какую-то более-менее цельную картину.
И выходило у него следующее:
Где-то и когда-то в прошлом существовало два сверхсущества, возможно, это были даже боги. И они враждовали. Первого звали Бейсин — старик с седыми волосами и рыбьими, ничего не выражающими глазами. Второго — Санду, красноволосая худощавая женщина с вертикальными зрачками.
Видения, которые ему показывали средоточия, подразумевали, что Санду победила в их противостоянии. Но что случилось с Бейсином — умер ли он или затаился где-то — было неясно.
Командир склонялся к мысли, что старик выжил. Забился в какую-то нору и оттуда осуществлял свои странные планы. На это, к примеру, указывали еретики.
Не считая Весельчака — сумасшедшего, женившегося на живой перчатке, который непонятно кем был, — уже второй высокопоставленный еретик признавал
