у меня сейчас был не самый дружелюбный – я был весь перепачкан в крови, на левом плече держалась отрубленная правая кисть одного из стражников, который сильно вцепился от боли в курточку Рубина, когда я резал ему живот бензопилой, а в волосах у меня запутался чей-то отрубленный палец, который я снял, и бросил под ноги стражникам, «мило» улыбнувшись. Страх и ужас вселился в сердца стражников, двое из которых, громко пропердевшись и обосравшись, бросились на утек, а остальные начали молиться не иначе как Великому Ктулху, ибо мне кажется, только он мог бы спасти бедных стражников от злого-презлого Кимуры Хидео.
- Ктулху Фтагн! – прошипел я, и не дожидаясь, пока они придут в себя, бросился на них, насадив первого животом на лезвия, и выстреливая ему в пах из бластера. Едрить… такого я точно не ожидал! У него тупо между ног оказалась горелая дырка, и чтобы не мучить бедолагу, я вытащил лезвия из его пузика, и перерезал ему глотку. А потом бросился на остальных, призвав Пусичку в виде кинжала. И вот с помощью лезвий и кинжала, и с поддержкой Рубина, чьи стрелы входили в цели, а этими целями были лица стражников, коих набежало сюда порядка двадцати, я начал рубить и кромсать, и медленно продвигаться в сторону борделя, благо что я догадался, куда нужно было идти по одному кораблю, который стоял на том же месте, что и вчера.
- Г-господин, простите, но… не заслужил ли я хотя бы небольшого поощрения? – с ухмылкой спросил Рубин, пуская стрелу за стрелу, а когда они кончились, он подхватил с земли меч одного из стражников, повесив лук на спину, и бросился в ближний бой. Но все же, я в какой-то момент сумел увидеть, как работает способность лука - когда Рубин выпустил, кажется, предпоследнюю стрелу, она, вместо того, чтобы лететь как положено, вдруг резко пошла вниз, и воткнулась стражнику в колено, причем проигнорировав доспехи, с невероятной силой пробив железные наколенники. А стражник, кажется, свалившись на землю, издал крик Вильгельма, не иначе, хех!
- Что, хочется? – усмехнулся я, резко приседая, уклоняясь тем самым от лезвия меча, и втыкая духовный кинжал стражнику в правую ляжку. Там у них тоже была не самая лучшая защита, видимо чтобы железо не натирало, хех!
- Хотя бы пощупать, - с легкой мольбой в голосе попросил Рубин.
- Ладно, хер с тобой! Если выживем, можешь хоть всех общупать. Но не более, ибо большего не заслужил!
- Спасибо, господин! – улыбнулся Рубин, отразив атаку, и ловко вывернувшись, рубанув мечом стражника по шее, и едва не попав под удар другого, но я успел ему на помощь, выстрелив из бластера, попав местному полицаю в башку, которая аж взорвалась разбрызгав мозги по набережной.
…Долго ли, коротко ли, но вскоре, мы с боем прорвались к борделю, и я с ноги вышибив дверь, чем напугал зверошлюшек, которые завизжав, бросились по углам, и оставив Рубина охранять выход, поднялся на второй этаж.
- Что за…? – удивился мужик, который трахал девушку-лисичку на кровати, когда я ворвался в ту самую комнату. Быстро оглядев комнату взглядом, услышав снизу лязг стали, я подлетел к креслу, и с ноги перевернул его.
- Сука! – злобно прошипел я, вылетая из комнаты, и тут натолкнулся на маман, пухлую бабищу, одетую в розовое пышное платье. Подпрыгнув к ней, я приставил лезвия к её горлу, и прошипел: - Где куртка, в которой я пришел вчера?
- Н-но… в-вы вчера сами порвали её на маленькие к-кусочки, во время вашего безумия, - испуганно произнесла она, и вдруг закатив глаза, свалилась в обморок. Немного поглядев на неё, не веря своим ушам, я бросился вниз, и прыгнув прямо с лестницы на стражника, который стоял ко мне боком, мастерски отражая удары Рубина, который уже явно выдыхался, вонзил «когти» ему в висок.
- Нужно съебывать отсюда! – крикнул я, трансформируя духовное оружие в бензопилу, и начиная прорубать нам путь на улицу.
- Что насчет куртки?
- Её больше нет… - фыркнул я, а затем отпрыгнув назад, вытянул левую руку, и жахнул в стражников максимальным выстрелом из бластера, потратив оставшиеся 79%. Выстрел был мощный, ничего не скажешь – меня отшвырнуло к лестнице, а вот стражников в дверях, и тех, что стояли позади них, просто разорвало на паленные кусочки мяса. А еще большая часть стены борделя разлетелась на маленькие камушки, и здание стало медленно обрушиваться.
- Звиздец… - пробормотал я, когда Рубин, протянув мне руку, помог встать, и мы с ним бросились на выход, прямо по кровавому фаршу под ногами. Помянем же бравых защитников города, и понадеемся, что котлетки из них получатся достойные! (Минута молчания)
Убегая по улице, на которой уже не осталось никого, кроме нескольких живых ещё стражников, которые уже даже не пытались нас с Рубином остановить, я в какой-то момент обернулся, услышав грохот, и увидел, что бордель рухнул, и судя по всему, стал могилой для маман, которую явно никто не спешил спасать, тогда как большая часть рабынь успела покинуть здание. А ещё я заметил, как с шей рабынь свалились ошейники, и некоторые из них, пощупав свои шейки, радостно завизжали, и бросились врассыпную.
- Слышь… Рубин… может мне… стать Спартаком? – усмехнувшись, на бегу спросил я, когда мы с Рубином вбежали в переулок между домами.
- Вы о чем?
- Освободить зверолюдей-рабов и поднять восстание! Только одно непонятно – против кого, если человеческого короля-пердуна я уже того… скррр! - я провел пальцем по горлу, и захихикал. – Ну, замочил в общем, ки-ки-ки!
Рубин удивленно поглядел на меня, и я бы даже сказал, как-то испуганно, но ничего не сказал. Но тем временем, мы бежали по улицам города, который, ещё только просыпался, так как солнце ещё всходило над стенами, и добежав до конюшен у восточных ворот, пугая прохожих, и рем от времени отбиваясь от стражников, запрыгнули с ним на Щуку и Мирну, которые не сразу позволили подойти к себе, ведь от нас несло кровищей, дерьмищем и еще черт пойми чем, и выскочили за стены. Хотелось бы добавить, что в ускакали в закат, но какой там… поскакали на север по дороге, немного уйдя в сторону.
***
Скакали мы долго, пару часов наверно, пока не решили, наконец, остановиться и передохнуть. Погони за нами уже не было, да и мы скрылись в лесах, что
