ребят. Славен отсекал случайных тварей, вздумавших подобраться сзади. Помимо этого, он изучал стены, высвечивая их факелом касаясь ладонями и осматривая каждый стык или трещину.
— Эти камни намного древнее построек наверху, — поделился друг во время короткой передышки. — Словно здесь был фундамент совершенно другого здания. Уже только это наводило на мысли, что с подземельями не все чисто. Удивляло количество тварей, которых после зачистки, вообще, не должно было остаться. Вдобавок, я чувствовала, как внутренний гнев усиливается по мере того, как мы углубляемся под землю. Он реагировал на что-то, чего я не могла понять или идентифицировать.
— Вам не кажется, что твари становятся злее? — заметил Годимир, когда мы достигли очередной развилки. — Чувствуете, как воздух искрит?
Андреас кивнул и настороженно огляделся. Я замерла, ощущая внутреннее беспокойство. Попыталась окунуться в пустоту, чтобы унять пульсирующий дрожь в теле, но этому состоянию было сопротивляться. Я будто снова услышала зов, захватывающий внимание и парализующий волю.
— Стойте! — Славен замер у глухой стены, внимательно изучая поверхность, покрытую вековой пылью. Парень провел рукой по неровностям, буто пытался что-то нащупать. — Здесь… — прошептал удивленно. — Камни слишком плотно подогнаны друг к другу, как будто их искусственно так сложили. А вот тут уже идет сплошная стена. Тут наверняка скрыт проход.
Мы все приблизились к участку тоннеля, ничем не отличающегося от других, на первый взгляд. Действительно, если присмотреться, видны следы стыков, забитых грязью. От самой перегородки веяло холодом, не похожим на привычную сырость подземелья.
— Проход? — Андреас переглянулся с Годимиром. — Открыть сможешь? Или будем ломать?
— Дайте немного времени, — друг продолжил изучение стены, тщательно ощупывая каждый сантиметр поверхности. — Вот! — ткнул пальцем в ничем не примечательное место. — Надо попробовать надавить посильнее…
Славен еще договорить не успел, как обережники уперлись руками в указанную часть, вкладывая силу и напор. Внезапно камень сдвинулся. Он ушел вглубь стены, которая с тихим скрежетом начала поворачиваться.
Перед нами открылся темный тоннель, уводящий в неизвестном направлении. Славен достал из подсумка карты, выискивая этот ход на старых чертежах.
— Его нет! — покачал головой. — Нигде не отмечен. Но судя по всему, тоннель ведет за пределы городища и купола.
Мы переглянулись. Покидать городище без разрешения Лютобора не стоило. Однако он точно знал, что мы наткнемся на что-то подобное. Другие чаростражи годами ходили мимо и не подозревали о наличии прохода. Так, что же за тайна скрывается на другом конце тоннеля?
— Идем туда? — аура Годимир полыхнула азартом.
— А вдруг там прячутся гневы? — прошептала Ирия, невольно поддаваясь страху.
Он витал в воздухе, как и напряжение, которое только выросло, едва мы открыли проход. За стенами городища можно было встретить кого угодно — от злыдней до могучих навов или даже чего-то более древнего и ужасного.
— Не стоит рисковать. Сперва доложим Лютобору…
— И он все равно пошлет нас узнать, что там находится, — перебил меня Андреас. — Мы идем. Наставник и направил нас сюда затем, чтобы мы обнаружили нечто подобное. Разве нет?
Возразить тут было нечего. Любопытство боролось с осторожностью и внутренним беспокойством. Но даже Ирия нашла в себе силы подавить страх и согласиться с решением командира. За парней и говорить нечего. Что Славен, жаждущий добраться до древней тайны, что Годимир, желающий подвигов, не собирались возвращаться на полпути.
— Будьте осторожны, — предупредила я, поежившись от пронизывающего до костей холода. — Возможно, мы подобрались близко к разлому.
— Если столкнемся с чем-то действительно опасным, то отступим, — принял решение боярич. — Славен, ты же сумеешь закрыть проход в случае необходимости?
Получив подтверждение от парня, мы медленно углубились в новый тоннель. Не успели пройти и десятка шагов, как навстречу выскочили злыдни. Две пары глаз мерцали тусклым красным цветом, а двигались твари дергано, агрессивно. Гневы сразу бросились в атаку, но напоролись на два чароимпульса, подкрепленных сталью. Две туши остались позади лежать на отсыревшем полу.
Узкое пространство не оставляло места для маневра и не нарушало наш строй. Однако и не мешало другим тварям стекаться на звуки схватки и запах смерти. Вслед за злыднями показались переруги. Трое. Сильные, матерые. С кожей, покрытой пеленой инея.
— Огненный удар! — скомандовал Андреас. — Годимир, бей в подбрюшье того, что слева. Правый — мой. Гаяна, притормози третьего. Один готов! Годимир! Ирия, нужен резерв и прикрытие.
Я направила волну спокойствия на среднюю тварь, выигрывая ребятам драгоценные секунды для атаки. Огненные чароимпульсы взметнулись до потолочного свода, опаляя сырые стены. Твари завизжали от боли и ярости. Переруги мощнее и сильнее злыдней, их не так просто убить.
Мы с Ирией прижались друг к другу, стараясь не мешать и не попадать под руку. Слабый щит защищал нас от случайных выпадов монстров, размахивающих лапами и хлестающих мощными хвостами. Один такой Славен отсек клинком чаростража, не давая переругу добраться до нас. Раненую тварь добил Годимир, воспользовавшись тем, что она отвлеклась. У третьего гнева не осталось шансов против двух обережников, действующих методично и хладнокровно.
Наше продвижение вперед замедлилось. Твари попадались на каждом повороте, выскакивали из темноты, рычали и набрасывались, распаляясь от вида крови и поверженных собратьев.
Мне приходилось прилагать усилия, чтобы поддерживать внутренний баланс и вовремя успокаивать тварей. Но, чем дальше мы продвигались, тем короче получались периоды замедления. Монстры замирали на считанные секунды, и тут же сбрасывали наваждение, яростно атакуя со свежими силами.
Ирия уже треть резерва израсходовала на поддержку, при том, что действовала она осторожно, не распыляя силу понапрасну.
На очередном повороте тоннель расширился, открывая перед нами старинное величественное святилище, высеченное в камне. Стены покрывали полустертые фрески, изображающие сцены поклонения Сварогу. Побитые плесенью и трещинами, они выглядели удручающе. Потолок вздымался так высоко, что терялся в темноте, не позволяя оценить истинные размеры. В центре под полуразрушенным куполом, опирающимся на старые колонны, лежала массивная плита, напоминающая алтарь. Ее поверхность испещряли рунические символы, светящиеся тусклым зловещим светом под толстым слоем инея. По центру плиты шла уродливая трещина, которая заканчивалась отколотой частью. Внутри нее зиял провал, источающий жуткий холод.
— Это она! — прошептал Славен, не решаясь приблизиться. — Печать, закрывающая малый разлом.
Мы не решались приблизиться, чтобы не столкнуться с вязкой черной субстанцией, сочащейся изнутри. От алтаря веяло могуществом, лютой злобой и невероятной опасностью, от которой стыли зубы и немело пальцы на ногах. Часть Изнанки просачивалась в
