Сила намерения - Kass2010

— Спасибо тебе, Кричер, за рассказ. Я могу уничтожить эту вещь прямо сейчас, но мне хотелось бы ее немного изучить. Ты ведь можешь подождать несколько дней? — сказал Дракон. — И еще, мы сходим с тобой в ту пещеру и найдем останки твоего хозяина и захороним их в земле, не дело магу оставаться без достойного упокоения.

Кричер, рыдая, упал на пол, обхватил колени Монтермара и запричитал:

— Спасибо! Спасибо! Все эльфы знают, что вы никогда не откажете в помощи! Если у хозяина Регулуса будет могила, Кричер сможет навещать его, и леди Блэк тоже, она же ничего не знает!

— Ну, полно, полно тебе, вставай, — велел Монтермар. — Вещь эта останется у меня, а Вальбурге пока ничего не говори, вот как сходим в пещеру, тогда и расскажем. А теперь иди, мне пора заняться другим делом.

Когда Кричер исчез, Дракон позвал Бехара и велел узнать, не спит ли Харри и готов ли он знакомиться со своей учительницей, и если готов, предупредить донну Анхелику, что он сопроводит её к сыну.

Через пару минут Бехар вернулся и сказал, что всех предупредил и можно идти. Монтермар отправился в сторону покоев сына, рядом с которыми была и комната Анхелики. Они с ней встретились у дверей. Дракон отметил, что в своем черном шнурованном корсете поверх белой блузки, в широкой черной же юбке с вышитой по низу каймой и большим количеством подъюбников она выглядит, как настоящая испанская донна, красного цветка в волосах не хватает, а так можно пригласить на фламенко. Он слегка поклонился ей, подал руку, и они вошли к Харри вместе. Свежеумытый и причесанный Харри сидел в кресле и болтал ногами в ожидании гостей, о которых его предупредили.

— Харальд, познакомься, это твоя учительница, донна Анхелика Мартина де Ирухо-и-Карлос. Донна Анхелика, это мой сын Харальд.

— Можно просто Харри, — сказал сын, спрыгнув с кресла и склонив голову в легком поклоне.

— Можно просто Анхелика, — произнесла донна и широко улыбнулась Харальду. — У меня предложение: давай твой отец пойдет погуляет, а мы пока с тобой тут немного познакомимся и посекретничаем.

Сын вопросительно посмотрел на отца.

— Я не возражаю, у меня как раз есть одно небольшое дело, — сказал Монтермар, — вернусь где-то через полчаса.

Когда Дракон вышел из комнаты Харри, он позвал Кричера и попросил узнать, может ли леди Блэк сейчас принять его для недолгого разговора. Через минуту Кричер вернулся, сказал, что хозяйка его ждет, и перенес Монтермара на террасу её комнаты, где Вальбурга пила кофе и смотрела на океан.

— Милорд, что привело вас ко мне? — сказала леди Блэк и собралась встать для приветствия.

— Сидите, не беспокойтесь ради меня, — проговорил Дракон, — хотел бы побеседовать с вами на одну тему.

— Слушаю вас, — произнесла Вальбурга, глядя на Монтермара.

— Тема достаточно деликатная, и надеюсь, я не обижу вас, высказав свои пожелания, — сказал Дракон и продолжил:

— Я думаю, что вы догадываетесь, что возраст мой измеряется не десятками лет и даже не сотнями. За долгие годы своей жизни я пришел к определенным выводам и сформировал собственные жизненные принципы, которым следую и которые предлагаю соблюдать моей семье, к которой теперь отношу и вас. Правила этикета древних родов — очень важная часть вашей культуры, они вырабатывались на протяжении веков и позволяют вам не только выглядеть достойно, но и передавать невысказанное определенными жестами, позами и действиями, а специальным образом построенными фразами дополнять это. Этим вы отличаетесь от остальных магов. Ваши манеры, речь, стиль одежды свидетельствуют другим о занимаемом положении в обществе и позволяют узнавать равных себе среди незнакомых. Все это правильно, но… Я считаю, что внутри узкого семейного круга строгое следование этикету не обязательно. Главное — знать все правила и уметь применять в соответствии с окружением, в котором вы в тот момент находитесь, местом, временем и обстоятельствами. Мне бы не хотелось, чтобы мой сын сидел за столом и старался выглядеть так, как будто перед завтраком он проглотил язык, а за шиворот рубашки ему засунули палку, которая не дает ему свободно двигаться. Это неправильно. В обычной обстановке мы все одеваемся проще и свободно общаемся, но это не значит, что мы не соблюдаем культуру общения и поведения. Гарантирую, что вас ничего не шокирует, и предлагаю попробовать отступить от строгого следования правилам этикета, пока мы не даем званый ужин или бал.

— Я поняла вас, — произнесла, немного помолчав, обдумывая слова Дракона, Вальбурга, — и готова попробовать. Не обещаю, что сразу к этому привыкну, но от замечаний постараюсь воздерживаться.

— Отлично! Я рад, что мы поняли друг друга, — сказал Монтермар, вставая. — В замок прибыла еще одна дама, и в восемь мы устраиваем приветственную вечеринку на пляже для вас и для нее. Вы должны быть обязательно — как наша гостья и бабушка Харри, иначе он очень расстроится.

— Я буду, — коротко пообещала Вальбурга. — Надеюсь, дама из приличной семьи?

— Вы неисправимы, — хохотнул Дракон и ответил: — Не волнуйтесь, из более чем приличной. А теперь мне нужно еще заглянуть к Харри, не прощаюсь, увидимся на вечеринке.

И Монтермар перенесся к дверям комнаты Харри. Они были открыты, и оттуда доносилось бойкое чириканье сына и мягкая речь Анхелики. Дракон решил пока не объявлять о своем присутствии и немного подслушать, о чем он говорят; это, конечно, было против этикета, но зато очень интересно.

— Вот эта книга, — сказал сын, показывая что-то Анхелике. — Северус обещал, что когда у нас будет лаборатория, он разрешит мне смотреть, как он варит зелья. А если я выучу вот по этим двум, — и Харри выложил перед учительницей еще книги, — все ин-гре-диен-ты, — тщательно проговорил сын, — то, возможно, он разрешит мне сварить что-то самому.

— Мне кажется, тебе нравятся не только зелья, но и сам Северус, — засмеялась Анхелика.

— Да, он мне нравится, он хороший, — сказал Харри, — только иногда делает такое лицо, как злодей. — Тут сын попытался изобразить «страшное» выражение на собственной мордашке, вышло достаточно комично. — Но я знаю, для чего. Он же внутри добрый и не сможет никому отказать в просьбе, а с таким лицом его просто побоятся просить о чем-то.

Анхелика рассматривала обложку книги Северуса и спросила:

— Фамилия Северуса — Снейп?

— Раньше он был профессор Снейп, а теперь стал лорд Принц. Я лично думаю, что Принц очень неудачная фамилия, — заметил Харри, — все будут думать, что