Феодал. Том 4 - Илья Рэд

— Сегодня вас бесплатно вылечит целитель барона, господин Склодский Леонид Борисович, — я передал Марине дальнейшие разъяснения, и девушка мигом расположила к себе собравшихся.

Если на меня они реагировали скорее как на угрозу или что-то с подвохом, как будто я хочу их где-то обмануть и обложить лишними податями, то Троекурскую восприняли тепло. Бабы задавали ей вопросы наперебой, рассказывали о своих хворях, показывали плачущих детишек и жаловались на жизнь. Я оставил с девушкой Фомича. Та посмотрела на меня, дав понять, что справится.

Как управляющая она должна каждый этап работы сначала пройти сама, прочувствовать на своей шкуре все нюансы и только потом наймёт себе помощников. А они ей, ох, как понадобятся. Владений будет всё больше, а с ними и проблем. Да и судебную практику никто не отменял.

Своим скрытым талантом «Искажение истины» она исподволь разворачивала на сто восемьдесят градусов враждебное отношение к Черноярскому-младшему, отделяя его образ от провинившегося родителя. Это было частью плана в нашей поездке. Девушка быстро усвоила демонстрационный урок в Ушкуйниково и даже сделала несколько полезных замечаний.

Я с Мефодием обошёл каждый двор и побывал на погосте, отдав дань уважения умершим, что не укрылось от внимания местных. Вечером гонцы привезли шестерых старост и мы, наскоро перекусив, продолжили сбор информации. Помимо еды, многим требовалась ещё и одежда, а также сани и прочий скарб. Расходы возросли. В Маковкино я вложил уже сорок с половиной тысяч рублей.

Во время решения всех этих организационных вопросов прилетел Иней с почтой. Виверн гордо прошёл мимо шарахнувшихся мужиков в сенях и головой толкнул дверь. За спиной у него висел привычный рюкзачок. Отдав груз, он отказался уходить кушать в другое место. Пришлось бросить ему кусок сырой говядины прямо в комнате беглого старосты.

Пока питомец смачно чавкал и урчал, я прочитал донесения Марича. Приказчик порадовал ускорившимися темпами строительства. Часть тяжёлой работы взяли на себя восемь глипт, высвободив рабочую силу на постройку моего терема. Дабы их лучше различать, решили повесить всем на грудь деревянные таблички с именами, потому как к следующему разу глипт станет уже шестнадцать и, как ни старайся, всё они на одно лицо. Однако, со слов приказчика, Лукична с одного взгляда определяла, кто есть кто.

Столовую почти закончили и параллельно шла стройка нескольких изб и моего терема. С последним не спешили, потому как всё делалось на века. Марич взял на себя смелость приобрести туда кое-какую мебель, но только самую необходимую. Пришлось писать ему, что плевать я хотел на интерьер, ничего выбирать не хочу, как будто мне заняться нечем? Пусть на свой вкус сделает, чтобы не стыдно было водить знатных гостей.

Гио докладывал, что, то самое место, о котором мы говорили, готово и что оттуда много чего вывезено.

«Наверное, Александр ему всю плешь проел с этим храмом», — подумал я, беря в руки следующий лист.

Также порадовала весть о первых доставленных в Ушкуйниково подводах.

— Что там? — спросил меня сидевший в углу Склодский, старосту мы на время выгнали.

— Да Марич пишет, деньги слишком быстро кончаются. По его подсчётам нам хватит только на треть всех деревень, ведь нужно ещё оставить что-то себе, — я бросил письмо и откинулся на спинку стула, держа согнутые в локтях руки за головой. — Хотелось бы сразу закрыть этот вопрос, а не прерываться, — задумчиво произнёс я.

— А сколько не хватает? — Леонид пробежался взглядом по письму. — Хм, полтора миллиона. Кругленькая сумма.

— Да и она мне нужна сразу, в том и беда. Мороз и голод не будут ждать, пока мы столько заработаем.

— А я тебе на что? — встал со стула Склодский и подошёл к печи, чтобы забросить ещё поленьев.

— В смысле?

— Возьми деньги у моей семьи. Мы будем рады помочь.

— Но это как-то…

— Для тебя они слишком грязные? — хмыкнул антилекарь, намекая на не совсем законные способы обогащения своего рода. — Не бойся, у нас есть и вполне приличные источники дохода, мы не только, — он провёл большим пальцем по горлу. — Ну ты понял.

— Не люблю быть кому-то должным.

— А как ты хотел, Владимир, думаешь герцоги или великие князья не берут денег взаймы у своих вассалов? Ха! Да даже император не гнушается иной раз обратиться к ним за помощью. Если ты хочешь строить своё… Своё, — с нажимом повторил он, — то ситуации с нехваткой средств должны стать для тебя привычной реальностью. Развитие, любой рост предполагает заёмные средства, иначе…

— Не надо мне объяснять очевидные вещи, хорошо? — раздражённо прервал я его. — Как быстро ты сможешь достать такую сумму?

— В течение недели, — подумав, ответил Склодский, а потом сел за стол, набросал письмо брату и передал мне. — Вот, пусть Анжей найдёт Харитона в «Оранжевом-5» в пятницу, я написал точный адрес и время. Никаких проблем — получишь свои деньги.

— За просто так? — уточнил я, пробежавшись взглядом по строчкам.

Склодский закатил глаза, а затем иронично развёл руками.

— За танец голышом. Ну конечно, за просто так, Владимир. Мы, кажется, это уже не раз обсуждали — у нас одна цель…

— Нет, так не пойдёт, — сразу же отказался я.

— Да ты издеваешься, ну ты слышала? — обратился он к Троекурской, показывая на меня пальцем. — Ещё чуть-чуть и я расценю это как оскорбление! Впервые вижу, чтобы кого-то приходилось уговаривать принять подарок в полтора миллиона рублей, нонсенс!

Мы затихли и упрямо старались друг на друга не смотреть.

— А что, если род Леонида даст тебе эту сумму в долг под 1%? — предложила Марина, сидевшая сбоку стола со своими записями.

— Такой ход мыслей мне больше нравится, — взбодрился я, потому как это уже была сделка, а не одолжение. — Что скажешь?

— Один процент, хмм… Раз барон так хочет, пусть так и будет — мне же лучше. По рукам.

Леонид лукавил. Он различал эти тонкости, но всё равно не оставлял попыток подцепить на крючок. За короткое время антилекарь успел меня внимательно изучить, понимая, что я не допущу фаворитизма. Кажется, что это мелочь — взять просто так деньги, но из таких мелких услуг потом складывался целый ком одолжений.

Как правило,