упоминания знакомого имени, – Он у меня за все ответит! За то, что сорвал мои планы! За то, что запер меня здесь! Запер?
Только сейчас обращаю внимание, что вдоль стены по правую руку от меня установлены толстые железные прутья. Они практически незаметны в темноте коридора и уж тем более, нельзя сказать что находится по ту сторону прутьев. Однако, в глубине меня появляется отвратительное предчувствие.
Тем временем, обладатель громкого голоса не на шутку расходится:
– У меня еще есть козырь! Так что, если он думает, что смог меня остановить, то сильно ошибается! – в голосе чувствуется неукротимая ярость, – Он меня не удержит!!!
В конце неизвестный срывается на такой дикий рев, что меня накрывает ужас, а дыхание перехватывает. Добавьте сюда еще и леденящий душу лязг цепей, который вторит этому яростному голосу и вы ощутите мое состояние.
Нет уж! Больше оставаться здесь я не намерена!
Чувствуя, как вся моя спина покрывается ледяном потом, я подхватываю чемодан, разворачиваюсь и так тихо, как только могу, крадусь обратно. Если так можно выразиться про девушку, с увесистым чемоданом в руках.
Единственное, что крутится у меня в голове, это: “Ни звука! Пожалуйста, не издавай ни звука!”
Голоса продолжают обсуждать какие-то порталы, но я стараюсь не вникать. Совершенно точно, это не мое дело. Как бы вообще не оказалось так, что я реально забралась на охраняемую территорию, за что положено какое-нибудь наказание. Например, заточение в соседней камере с тем буйным психопатом.
Нафиг, нафиг, нафиг! Я даже согласна бродить здесь сколько придется, лишь бы только убраться подальше от этого места.
Едва я оказываюсь за той самой мощной дверью, как опускаю чемодан на землю и пулей несусь обратно. Иногда край чемодана врезается мне в щиколотку, но я этого даже не замечаю.
Господи, лишь бы у них здесь камер не было. Ну… магических камер. Или чего-то похожего, по чему они там преступников ищут.
Выбегаю к развилке и наугад поворачиваю на право. Знала бы, хотя бы пометила развилки мелком. А то теперь приходится выбирать направление прославленным методом научного тыка.
Первые минуты мне упорно кажется, что я скоро услышу за своей спиной топот ног. Может, даже грубые голоса. Что-то вроде: “Она там, я ее вижу! Схватить ее!”
Но ничего этого нет и в помине. Более того, чем дальше я убегаю, тем больше отступает накативший в том странном месте ужас. Проблема лишь в том, что его подменяет мучительная тревога, что я на сто процентов заблудилась и фиг знает куда эти коридоры меня, в итоге, приведут.
Может, в место даже более жуткое, чем предыдущее.
Я выбегаю к очередной развилке, опять наугад выбираю направление и совершенно внезапно вылетаю к… лестнице наверх.
Да ладно?!
Подавляю в себе желание запрыгать от радости, подхватываю чемодан и осторожно поднимаюсь поднимаюсь по ступеням.
Пока радоваться рано. Совершенно точно это не та лестница, по которой я спускалась когда торопилась за девушкой в сиреневом. А, значит, я могу выйти на каком-нибудь местном колизее в разгар битвы на выживание.
Не, а что, с моим везением, это более чем реально.
Робко выглядываю из-за перил.
Вроде, ничего подозрительного. Больше похоже на то, что я вылезла в каком-то техническом помещении. Вдоль стен свалены перетянутые веревками железки, длинные рулоны, какой-то хлам.
Ну, допустим…
Аккуратно обхожу все это барахло и оказываюсь в узком коридорчике с каменным полом и стенами, выкрашенными в белый цвет. После гнетущего полумрака подземелья, здесь я хотя бы чувствуя себя более спокойно. Вдобавок, вдоль стен попадаются двери, а это значит, что я уже на шаг ближе к цивилизации. Не говоря уже о том, что здесь даже магические светильники будто бы ярче светят.
Воодушевленная этим, я иду дальше и едва не попадаю под распахнувшуюся перед самым моим носом дверь!
– Ай! – от неожиданности взвизгиваю и подпрыгиваю на месте.
Из-за двери высовывается мужская голова, которая кидает на меня заинтересованный взгляд:
– Хм, не знал, что здесь еще кто-то есть, – говорит голова глубоким уверенным голосом.
– Представьте себе, здесь люди ходят, – все еще под впечатлением от того, что меня чуть не зашибли дверью, выдаю я.
Сердце до сих пор бешено колотится, а кончики пальцев ледяные.
– А зачем они здесь ходят?
Мой собеседник выходит из-за двери и я обращаю внимание, что он оказывается примерно одного со мной возраста. У него средней длины светлые волосы, зачесанные назад, обжигающие холодом и высокомерием глаза небесно-голубого оттенка, смазливое личико и гнусная ухмылка.
Одежда на нем тоже заметно выбивается из общей массы. Пока я шла к общаге, которая оказалась не общагой, я обратила внимание на то, что большинство учеников носят похожую форму. Иногда форму заменяли одинаковые плащи, но все равно под плащами у большинства были такие же бесформенные туники, как у той троицы из приемной комиссии.
У этого же парня нет ни плаща с туникой, ни формы. Он одет в идеально сидящий по его фигуре костюм вроде того, что носит Виррал. Даже без знаний местной моды, я понимаю, что он, должно быть, стоит не дешево.
А раз так, то у меня, кажется, опять проблемы…
– Серьезно, что ты забыла в лабораторном корпусе? На препода не похожа. Тем более, в таком странном платье… – он похабно осматривает мои джинсы и черную блузку в обтяжку, так и норовя оценить меня со спины, – Хотя… оно мне нравится, заставляет фантазию работать на полную мощь.
Его гнусная ухмылка становится еще отвратительнее, а я ловлю себя на мысли, что хочу отпихнуть его в сторону и как можно быстрее убраться от него подальше. Меня останавливает только два факта.
Первый – я надеялась узнать у него хотя бы как выбраться из этого… как он там сказал?.. лабораторного корпуса.
А второй – то, что предчувствие меня не обмануло. Я уже сталкивалась с людьми, похожими на этого парня, в своем мире. Не знаю как здесь, но у нас их называют мажорами и проблем от них всегда выше крыши. Уровень их наглости и самоуверенности зашкаливает настолько, что в какой-то момент им начинает казаться, будто они – полноценные хозяева жизни.
Тогда как на самом деле, они лишь испорченные богатством и влиянием родителей капризные дети.
– Я заблудилась, – недовольно цежу я, поднимая на него полный раздражения взгляд.
– Так это не проблема, я могу помочь, – неожиданно предлагает парень.
– Правда? – спрашиваю
