Глава 1
— Вы должны отправиться со мной, чтобы раскрыть свой дар.
Голос звучит низко, с бархатными, вибрирующими нотками, от которых по спине невольно бегут мурашки.
Я замираю, так и не донеся руку до полки холодильника.
Откуда… телевизор я, вроде выключила. Больше никого в моей квартире быть не должно.
— Вы должны отправиться со мной... — снова повторяет тот же голос, и теперь я обращаю внимание, что он звучит... прямо за моей спиной.
Сердце пропускает удар и срывается в бешеный галоп.
Медленно, боясь даже дышать, я выглядываю из-за дверцы холодильника.
Ох ты ж...
Посреди моей крошечной кухни, занимая собой, кажется, все свободное пространство, стоит мужчина.
Первая реакция — запоздалая.
Я взвизгиваю, хватаю с полки первое, что попадается под руку, и со всей дури швыряю в незнакомца. Зеленое, твердое, как камень, яблоко летит ему прямо в голову.
Мужчина даже не моргает.
Его рука взметается вверх смазанной тенью — я не успеваю даже отследить это движение. Щелчок пальцев, и яблоко уже лежит в его широкой ладони.
Он медленно подносит фрукт к губам, не сводя с меня тяжелого, гипнотизирующего взгляда. С хрустом откусывает огромный кусок, перемалывая его мощными челюстями. В его глазах — расплавленное золото, а в движениях — грация смертельно опасного зверя.
Я вжимаюсь лопатками в холодный металл холодильника, лихорадочно соображая, как спастись.
Кто он? Грабитель? Маньяк? На обычного домушника он похож так же, как лев на дворового кота. Высокий, широкоплечий, с гривой густых волос бронзового оттенка, рассыпанных по плечам.
На нем странная одежда — длинный камзол из темно-зеленого бархата, который на любом другом смотрелся бы нелепо, но на нем выглядит как королевская мантия.
От него пахнет грозой и дорогими специями.
Боже, Вика, о чем ты думаешь?! У тебя в квартире какой-то маньяк, а ты нюхаешь его парфюм!
Надо бежать.
Или звать на помощь.
Я кошусь на дверь, и с удивлением замечаю, что она заперта. Но как тогда он сюда попал и как мне пробраться через него?
Я делаю осторожный шажок в сторону, стараясь не провоцировать вторженца.
Но он вдруг делает шаг навстречу. Всего один, но кухня мгновенно становится тесной.
Воздух вокруг него буквально искрит от напряжения.
— Я же не ошибся? — его голос обволакивает, заставляя колени предательски дрожать. — Вы Виктория Суханова?
Сердце ухает куда-то в пятки.
Откуда он знает мое имя?
— Да-а… — сипло выдыхаю я, не в силах оторвать взгляд от его лица. Оно красивое, но пугающей, хищной красотой. Резкие скулы, волевой подбородок и глаза, в которых можно утонуть. Или сгореть.
— Тогда все верно, — кивает он, и уголок его рта приподнимается в легкой, едва заметной ухмылке. — У вас есть редкий дар, Виктория. Дар, который способен спасти тысячи жизней. Но чтобы раскрыть его... вам придется пойти со мной.
— Э-э-э…
Мысли в голове мечутся.
Дар? Спасение жизней? О чем он вообще?!
Он говорит уверенно, спокойно, но смысл слов ускользает от меня.
Он что, из какой-то секты?
А что, очень даже похоже. Дорогая одежда, гипнотический голос, разговоры об избранности…
Наверняка сейчас начнет требовать переписать квартиру на их «Магистра».
Вот только облом вам, господин маньяк! Квартирка то у меня съемная.
Я заставляю себя растянуть губы в дрожащей улыбке. Главное — не злить его. Психи бывают буйными.
— А, я поняла… Спасибо, что объяснили. Я обязательно об этом подумаю. Но сейчас я, к сожалению, жутко занята. — я медленно, миллиметр за миллиметром, отодвигаюсь к выходу, надеясь, что он поймет намек. — Утюг не выключила, молоко убежало… Можете оставить визитку? Или буклет? Я изучу на досуге и наберу вам. Честно-честно.
— Боюсь, это невозможно.
Он не ведется. Даже не моргает.
Его взгляд, кажется, просвечивает меня насквозь, считывая страх, как открытую книгу.
— Портал в ваш мир требует колоссального количества энергии, — его голос становится жестче, в нем звенят стальные нотки. — Я не уверен, что у меня получится открыть его еще раз. Сейчас — единственный шанс попасть в Академию Роллейда.
Я судорожно втягиваю воздух.
Портал. Академия.
Господи, лучше бы это была секта.
Сектанты хотя бы люди. А передо мной, судя по горящему взору, настоящий психопат, возомнивший себя властелином миров.
И мы с ним заперты на пяти квадратных метрах кухни.
Мужчина медленно, с пугающей аккуратностью кладет недоеденное яблоко на край раковины.
Каждое его движение выверено, плавно и опасно.
Он делает шаг ко мне.
— Поэтому, если вы хотите раскрыть свой дар, идемте. Он протягивает руку. Ладонь широкая, пальцы длинные, сильные. Почему-то мелькает шальная мысль: эти руки могут как спасти, так и задушить.
Я шарахаюсь назад, врезаюсь спиной в стену.
Бежать некуда.
Паника накрывает с головой.
Адреналин бьет в виски, и я, не отдавая себе отчета, выпаливаю первое, что приходит в голову, лишь бы он не трогал меня:
— Не нужно мне ничего раскрывать! Я сама все уже давно раскрыла! Чтоб вы знали, я потомственная ведунья! Медиум в десятом поколении!
Мужчина замирает.
Его брови — темные, густые — ползут вверх. Во взгляде мелькает не то удивление, не то… уважение?
— То есть вы уже умеете управлять своим даром? — уточняет он вкрадчиво.
— Да! Да, конечно! — чувствуя, что он замешкался, я хватаюсь за эту ложь, как утопающий за соломинку. В памяти всплывают обрывки каких-то телешоу.
— Я снимаю порчу, венец безбрачия, гадаю по ауре, чищу карму и вижу будущее по кофейной гуще! Все могу! Он смотрит на меня с неподдельным интересом, склонив голову набок. Пряди падают ему на лицо. Он похож на кота, который обнаружил, что мышка умеет огрызаться.
— Могу даже проклясть! — добавляю я для убедительности, выставляя перед собой руки. — Прямо сейчас! До седьмого колена!
— Вот как… — протягивает он задумчиво.
Внезапно выражение его лица меняется. На секунду исчезает аура хищника, остается только серьезная, деловая сосредоточенность.
— В таком случае, прошу прощения за вторжение. Я явно недооценил уровень вашего развития в этом мире. Он делает шаг назад, увеличивая дистанцию. Я едва не сползаю по стене от облегчения.
Неужели сработало?
Господи, спасибо “Битве экстрасенсов”! Я выставила психа из дома одной наглой ложью, подсмотренной из телевизора!
— Но… позвольте один вопрос, — он опускает руку, но его взгляд снова
