дома или ночлег и способ добраться до него. Но зато в Берестье и Варшаву поезд придёт засветло, так что и этот вопрос, стоило ли нагонять, простого ответа не имеет. Хотя, для тех, у кого по маршруту пересадка запланирована, появляется шанс всё же успеть. Занимаясь такой вот гимнастикой для ума, подыскивая поочерёдно аргументы за и против того, чтобы гнать поезд с максимальной скоростью в погоне за расписанием, почти и не заметил, как доехали до дома. А там — сонное царство, разумеется. Никого будить, конечно же, не стали, быстренько ополоснулись с дороги, быстренько чаю выпили, и всё равно ложились уже после часу ночи, ближе к половине второго. И в эту ночь, как в поезде, к мне пришли обе супруги. И, снова как в поезде, с заявлением, что, мол, «без глупостей, мы просто спать».
А кто сказал, что это глупости-то⁈ Нет, ну почему сразу глупости⁈ Но это я так, для порядку ворчу, на самом деле и самому хочется только и исключительно спать.
Глава 6
Утром жёны поднялись до будильника, быстро оделись, переглядываясь и над чем-то хихикая, после чего обе сбежали. Хотел было тоже подняться, дел за время поездки в столицу накопилось более чем достаточно, но из принципа выключил будильник и лёг обратно. И даже заснул, несмотря на свежие воспоминания о переступающей через меня, словно нельзя кровать по полу обойти, заразе, если не сказать грубее. Зато выспался как следует.
За поздним завтраком поговорил с дедом. Нет, так-то мы почти постоянно общаемся, но спроси кто, о чём — не сразу и соображу, как ответить. То он всякие случаи из жизни, своей и знакомых, рассказывает, часть из которых так и хочется называть исключительно байками, то я ему про своё детство, да и просто на отвлечённые темы болтаем. Так вот, за завтраком я затеял разговор со смыслом, так сказать.
«Деда! Я вот тут подумал…»
«Полезная привычка, но тоже важно не злоупотреблять».
«Так вот, если у тебя найдётся не совсем свободная минутка, в удачный день… В божественно удачный и пушистый день…»
«Понял я, понял, хватит уже намёки вымучивать».
«Так вот, хотелось бы мне узнать, если взять то, что сделано, и прикрутить к нему чисто магическое улучшение, заменить технический узел на артефактный? Это не будет сочтено… мммм… нарушением договорённости?»
«Так, подожди, сейчас соображу. Ага, понял, поинтересуюсь при случае».
«Особо не форсируй — всё равно в ближайшее время не до того будет. Боюсь, все оставшиеся дни, которых уже вряд ли больше семи, уйдут на „светские условности“. Местное общество просто не поймёт, если я не отмечу должным образом своё возвышение».
А надо ещё в Минск съездить, обязательно. И в Дворянское собрание, отметиться там, в знак уважения, так сказать, и в Геральдическую палату. Причём во второй адрес и по формальному поводу, и к тому деду, за консультацией. Вопрос только, успею ли сегодня? Сейчас у нас четверть двенадцатого, пока позавтракаю, пока все соберутся — раньше полудня не выедем. В принципе, к двум часам дня можно быть на месте. Работают и те, и другие в теории по четырёх, должен успеть! А на обратном пути заеду к графу Сосновичу в Смолевичи, тоже отметиться. Заодно посоветуюсь о формате празднования, чтобы не выглядело ни вызывающим, ни излишне скромным, что даже хуже может оказаться. Жаль, погода нелётная, низкие тучи, время от времени выдающие порцию мороси. С другой стороны — тогда бы вряд ли получилось заглянуть к графу Сосновичу по дороге. Кстати, не забыть бы, что мне теперь титуловать его «его сиятельством» можно и нужно только при официальных взаимодействиях. А в личном общении — просто «граф» или по имени-отчеству.
Ха! А ещё опять к портному заехать надо — заказать новые погоны, поскольку в широкой продаже подходящих ещё нет, да и в любом случае на них нужно нашивать вензель Петра Алексеевича, который, помимо флигель-адъютантского наплечного шнура, покажет мою принадлежность к Свите Государя. Но то не беда, тем более, что капитанские тоже не пропадут, отдам их Нюськину. Ну, и мундиры запасные нужны, как показала практика, надо иметь в запасе ещё хотя бы два повседневных комплекта и один парадный, всего три и два соответственно. Иначе любая непредвиденная неприятность или просто досадная оплошность — и что? Голышом выходить? Многие офицеры, кстати, сочли бы такой вариант менее неприличным, чем появиться в обществе одетым в штатское. Так что заказать нужно обязательно, но — в очередь с офицерами гвардии, которые сейчас активно обшиваются.
И петлицы моторизованных частей тоже заказать нужно с запасом, и для парадной, и для повседневной формы. Положено теперь носить их, но с эмблемой гвардейского Корпуса военных инженеров для обозначения рода войск. Иногда мне кажется, что для каждого офицера в Империи можно найти такую трактовку его должности, которая потребует для него формы и знаков различия, отличных от сослуживцев. Но ателье открыто до семи, так что он — последний в списке адресов в Минске.
Перед выездом ещё успел связаться с уже упомянутым графом Сосновичем, предупредить о вечернем визите, иначе получилось бы до крайности невежливо. После обмена приветствиями, перешёл к краткому изложению своих намерений.
— Евгений Борисович, я сегодня вечером хотел бы ненадолго напроситься к вам в гости. Представиться по поводу некоторых изменений в моём статусе.
— Рад буду видеть. Давно уже жду.
Ага, значит, он уже знает, если не всё, то почти всё. Иначе с чего бы ему меня ждать? Становится понятно, почему граф старательно избегал каких-либо титулований в разговоре. Обратиться ко мне, как к барону — обидеть, как к графу раньше, чем представлюсь — тоже не соответствует нормам общения.
— Увы: вынужден был задержаться в столице, да и обратная дорога изобиловала приключениями, так что домой вчера приехал уже сегодня.
— Как-как⁈
— Около часа ночи дома были. Так что, хоть поезд прибыл на вокзал вчера за полчаса до полуночи, но дома был только сегодня.
— Понятно. Действительно, получается, вчера приехали сегодня.
— Да. Сейчас собираюсь в Минск, уладить кое-какие формальности, а на обратном пути — к вам.
— Добро. Буду ждать.
Да уж, до завтра с визитом тянуть явно не стоило. Пусть мы сейчас формально на одном социальном уровне, но фактически… Фактически — поселение, скорее даже хутор углежогов и смолокуров, который превратился со временем в Смолевичи, основал тогдашний уже граф Соснович. Их род носит этот титул дольше, чем
