посмотрел на меня с недоумением. — Но это же подозреваемая!
— Я знаю, кого оставляю. Выйдите.
Маги переглянулись, но спорить не посмели. Быстро собрали свои свитки и исчезли за дверью.
Рейнар повернулся ко мне.
— Работай. Я подожду.
— Ты будешь смотреть?
— Я буду следить, чтобы ты ничего не испортила и не сбежала.
Я усмехнулась.
— Если бы я хотела сбежать, я бы уже попыталась. Но мне самой интересно, кто убил моего "жениха".
Я подошла к столу и откинула простыню.
Ректор лежал передо мной. Бледный, застывший, с открытыми глазами. Я закрыла ему веки — машинально, как делала сотни раз в морге.
— Приступим, — сказала я.
Я начала осмотр.
Руки делали привычную работу, а мозг фиксировал каждую мелочь.
Кожа бледная, с синюшным оттенком — яд сделал своё дело. Зрачки расширены, не реагируют. Рот — чисто, никаких следов пены или рвоты. Яд быстрый, смерть наступила практически мгновенно.
Я осмотрела руки. Правую, левую. След от укола между пальцами — вот он, чёткий, красный.
— Это уже видели, — пробормотала я.
— Ищи дальше, — подсказал Корнелий.
Я перевернула руки, осмотрела запястья, локти. Ничего.
Потом взялась за шею.
Мантия ректора была с высоким воротником, закрывавшим горло. Я осторожно отогнула ткань.
И замерла.
Под воротником, сбоку на шее, был крошечный след. Не укол, нет. Ожог. Тонкий, как от иглы, но с характерным прижиганием кожи.
— Рейнар, — позвала я. — Подойди.
Он мгновенно оказался рядом.
— Смотри, — я показала на след. — Это не от яда. Это ожог. Кто-то коснулся его шеи чем-то горячим. Тонким, как игла. Но это не укол — это именно ожог.
Рейнар наклонился, всмотрелся.
— Магия, — сказал он тихо. — След от магии.
— Объясни.
— Есть артефакты, которые могут оставлять такие следы, — начал Рейнар. — Например, "игла забвения" — она впрыскивает яд прямо в кровь, не оставляя прокола. Но там не бывает ожога. А здесь — именно ожог.
— Что тогда?
Рейнар помолчал.
— Это магия высокого уровня. Очень высокого. Такое могут делать только сильные маги. Или драконы.
— Драконы? — переспросила я.
— Драконье пламя, сконцентрированное в точку, — пояснил он. — Если дракон умеет управлять огнём на таком уровне, он может оставить именно такой след. Тонкий ожог, как от иглы.
Я посмотрела на него.
— Ты умеешь?
Рейнар встретил мой взгляд.
— Умею, — сказал он спокойно.
У меня внутри всё похолодело.
— И многих драконов ты знаешь, кто так умеет?
— Не многих, — ответил он. — Единицы. Я, ректор умел, ещё пара старых драконов в совете. И всё.
— Ректор умел? — уточнила я. — То есть он сам себя мог убить.
— Исключено, — подтвердил Рейнар.
Я посмотрела на ожог, потом на Рейнара.
Мысль была неприятная, но от неё нельзя было отмахнуться: а если это он?
— Корнелий, — позвала я.
— Слышу, — отозвался лич. — Думаешь о том же?
— Да.
— Пока просто наблюдай. Не делай выводов.
Я кивнула и продолжила осмотр.
Я вернулась к рукам ректора.
Осмотрела пальцы, ногти. Внимательно, сантиметр за сантиметром.
И нашла.
Под ногтями правой руки, в самом уголке, застряла микроскопическая частица. Чёрная, похожая на ткань.
— Рейнар, — позвала я. — Смотри.
Он наклонился.
— Что это?
— Ткань, — сказала я. — Под ногтями. Он царапал кого-то. Перед смертью или в момент укола. Зацепил одежду.
— Значит, на убийце должны быть царапины, — медленно проговорил Рейнар.
— Именно. Еще успеем найти, пока не зажило.
Рейнар выпрямился. Лицо его стало ещё мрачнее.
— Хорошая работа, — сказал он. — Очень хорошая.
Я пожала плечами.
— Это моя работа. Я же говорила.
---
Осмотр закончился. Я сняла перчатки (местные, грубые, но хоть какие-то) и вымыла руки в каменной раковине.
— Ты помогла, — сказал Рейнар. — Спасибо.
— Это значит, я свободна? — с надеждой спросила я.
Он покачал головой.
— Нет. Ты всё ещё подозреваемая. Но теперь я знаю, убийца — маг или дракон. И на нём должны быть царапины.
— И что дальше?
— Дальше я буду искать, — ответил он. — А ты пока посидишь в камере.
— Надолго?
— Как пойдёт.
Он подошёл к двери и позвал стражу.
— Отведите её обратно.
Меня взяли под руки и повели.
У двери я обернулась.
— Рейнар, — сказала я.
Он поднял глаза.
— Будь осторожен. Если убийца узнает, что ты ищешь... ты можешь быть следующим.
Он усмехнулся. Горько.
— Я всегда следующий, Агата.
Меня увели.
---
Камера встретила меня холодом и запахом сырости.
Я плюхнулась на топчан и уставилась в потолок.
— Ну, — сказал Корнелий. — Ты молодец. Две детали за один осмотр. Рейнар теперь точно знает, что ты не убийца.
— Он сказал, что я всё ещё подозреваемая, — напомнила я.
— Он должен так говорить, — терпеливо объяснил лич. — Он глава тайной канцелярии. Если он снимет с тебя подозрения сразу, это вызовет вопросы. Но внутри он уже сомневается. Я чую.
— Ты чую? — усмехнулась я. — Ты же лич, у тебя носа нет.
— У меня есть магическое чутьё, — обиделся Корнелий. — И оно говорит: этот дракон тебе верит. Пока не до конца, но верит.
Я вздохнула.
— А если это он? — спросила я тихо.
— Рейнар?
— Да. Он умеет делать такие ожоги. У него был доступ. Он мог войти в кабинет в любое время. И никто бы не удивился.
Корнелий помолчал.
— Мог, — согласился он. — Но зачем? Какой у него мотив?
— Не знаю. Может, он хотел стать ректором?
— Если бы он хотел, он бы уже был, — возразил лич. — Рейнар — глава тайной канцелярии. Это почти та же власть. И даже больше, потому что он никому не подчиняется, кроме короля.
— Тогда зачем?
— Не знаю, — честно ответил Корнелий. — Но я видел его лицо, когда он смотрел на тело ректора. Там было... сожаление. Настоящее. Он не играл.
Я задумалась.
— Может, ты прав. А может, он хороший актёр.
— Может, — согласился лич. — Но пока у нас нет доказательств. Так что давай не будем гадать, а будем ждать.
— Ждать чего?
— Новостей. Убийца
