один из них не сумел нанести ему рану, которая осталась бы дольше, чем на секунду. Я сделал это дважды за минуту.
Кощей рухнул на колени, и земля под ним почернела, некротический домен сжался до нескольких метров, пульсируя слабо, как угли догоревшего костра. Его доспех рассыпался осколками, обнажая высохший торс, испещрённый серебристыми ожогами от моего клинка, и в каждом ожоге дрожал свет Кладенца, пожирая мертвеца изнутри.
— Ты… — голос Кощея потерял глубину и силу, превратившись в сухой шёпот, — ты забрал мою смерть. И обратил её против меня.
— Справедливость, — сказал я, поднимая Грань для последнего удара. — Поэтическая, чтоб ее.
Кощей поднял голову, зелёные огоньки в его глазницах догорали, и его разбитый рот скривился в подобии усмешки.
— Ты… умнее остальных, — прохрипел он. — Но Буян… это только начало. Есть вещи… древнее меня. Древнее этого острова. И они… просыпаются.
— Спасибо за предупреждение, — кивнул я. — Передам привет от тебя.
Грань Равновесия опустилась, серебристое лезвие вошло в череп Кощея, рассекая почерневшую корону надвое, и свет Кладенца хлынул внутрь, заполняя каждую трещину мёртвого тела. Кощей замер, зелёные огни в его глазницах вспыхнули в последний раз, ослепительно и яростно, а потом погасли.
Серая плоть обратилась прахом, кости раскрошились вместе с костяным доспехом, и ветер подхватил останки тысячелетнего тирана, развеивая их над поляной Лукоморья. Там, где секунду назад стоял Кощей Бессмертный, осталась только горсть серого пепла на почерневшей земле.
[Финальный босс Искажения «Остров Буян» уничтожен]
[Кощей Бессмертный повержен]
[Искажение закрывается. Время до схлопывания: 30 минут]
Некротический домен схлопнулся, и барьер из зеленовато-чёрного света, окружавший поляну, растворился в воздухе. Золотистый свет Буяна хлынул на опалённую землю, трава зашевелилась и полезла из почвы молодыми побегами, а ручьи с живой водой очистились и снова засияли. Дуб выпрямился, его ветви расправились, и из кроны посыпались золотые листья, кружащиеся в воздухе.
На месте, где лежал пепел Кощея, россыпью мерцали камни резонанса, сотни, от мелких, с ноготь, до нескольких громадных, размером с кулак, и несколько таких, какой я видел только в искажении Терракотовой Армии, S-ранговый, с императора. Я сгрёб всё в Арсенал одним движением, не считая, потому что считать буду потом, когда перестану пахнуть палёной нежитью.
Кот Учёный сидел на золотой цепи и смотрел на меня, и в его блестящих золотых глазах я увидел чистую, долгожданную свободу.
Цепь на стволе дуба звякнула, дрогнула и начала тускнеть. Звено за звеном золото теряло блеск, превращаясь в обычный металл, а потом в ржавчину, которая осыпалась хлопьями. За несколько секунд цепь, державшая Кота тысячу лет, рассыпалась в пыль.
Свободный от оков Кот спрыгнул на траву, и впервые за тысячелетие его лапы коснулись земли без тяжести золотых звеньев.
— Спасибо, путник, — произнёс он, и его бархатный голос дрогнул. — Сказка окончена.
— Рад был помочь, — я убрал Грань в Арсенал. — Ты теперь куда?
Кот обвёл взглядом золотистое бескрайнее небо Буяна, лес и море за поляной.
— Куда захочу, — сказал он, и впервые за весь наш разговор мурлыкнул. — Впервые за столько лет, куда захочу.
Он развернулся и неторопливо зашагал к лесу, его чёрный силуэт растворялся в золотистом свете между стволами. На границе опушки он обернулся.
— Ты хороший герой, Константин Громов. Сказки будут о тебе помнить.
Я поднял бровь, потому что своего настоящего имени я ему не называл, но Кот уже хмыкнул и растворился между золотистыми стволами, оставив после себя только тихое эхо мурлыканья.
* * *
Команда спустилась с дуба через десять минут, и к тому моменту я уже сидел на корнях, привалившись спиной к стволу и пожевывая травинку.
Роман спрыгнул первым, перекатился и тут же выставил барьер, ожидая атаки. Увидел пустую поляну, свежую траву, отсутствие Кощея и меня, с зеленой травинкой в зубах.
— Ты серьёзно? — он опустил барьер. — Мы там наверху дрались с целой стаей кощеевых воронов, Тали чуть с дерева не упала, Лиза получила когтем по рёбрам, а ты тут… отдыхаешь?
— Тяжёлый был день, — кивнул я. — Присаживайся.
Тали спрыгнула следом, огляделась, увидела пустую поляну без единого следа Кощея и громко выдохнула, хватаясь за сердце.
— Он его убил! Он реально его убил, один!
— Технически, вы достали иглу, — возразил я. — Командная работа.
— Технически, ты дерёшься с SS-ранговыми боссами в одиночку, пока мы гоняемся за зайцами и утками на дереве! — Тали всплеснула руками. — Это вообще нормально⁈
Лиза спустилась молча, придерживая раненый бок. Я встал, подошёл к ней и активировал вампиризм Грани, направив поглощённую энергию в лечебный импульс. Рана затянулась за несколько секунд.
— Ты теперь и так умеешь? — она посмотрела на меня, и в её зелёных глазах я увидел облегчение, смешанное с чем-то, что она пока не решалась назвать вслух.
Артём и Тамамо спустились последними. Кицунэ выглядела довольной, её девять хвостов покачивались в ленивом ритме. Артём был бледен, Нефритовое сердце пульсировало слабо, но он улыбался.
— Бросок был отличный, — сказал я Тамамо.
— Естественно, — она фыркнула. — Хочешь, в следующий раз попаду в муху на расстоянии километра?
— Ловлю тебя на слове.
Оповещение Искажения мигало на периферии зрения: двадцать минут до схлопывания. Я собрал команду и повёл их через лес к Истинному Алатырю, массивному валуну в центре острова, который пульсировал золотисто-зелёным светом. Стоило мне коснуться его поверхности, камень вспыхнул, и мир вокруг свернулся.
Белый свет, невесомость, запах хвои и мёда, а потом земля под ногами, пригородный лес, вечернее небо с первыми звёздами и далёкий гул автомобилей на шоссе. Реальность обрушилась на нас сразу всеми органами чувств: прохладный воздух с запахом бензина и мокрого асфальта после медового золота Буяна казался пресным и плоским, будто кто-то выкрутил насыщенность мира на минимум.
— Мы вышли, — выдохнул Роман и сел прямо на мокрую траву.
За нашими спинами Искажение схлопнулось беззвучной вспышкой, оставив после себя только примятую поляну.
* * *
Квартира встретила нас запахом пиццы, которую Тали заказала ещё из такси, набивая номер дрожащими от адреналина пальцами. Шесть коробок, четыре литра колы и пакет с пивом из круглосуточного магазина, куда Роман забежал по дороге. Празднование закрытия S-рангового Искажения выглядело скорее как вечеринка студентов после сессии, и это было правильно.
Я снял маску Локи, и иллюзия растворилась, обнажая моё лицо. Для Тали, Романа, Лизы
