Избранное - Кира Алиевна Измайлова

-Да, там чего угодно можно понаписать, а доказательная база где? - вздохнул я. - Спасибо, сэр! Мы можем идти?

-А котлы кто будет чистить? - с садистским удовольствием спросил он, и я уверился, что чувства юмора Снейп все-таки не лишен. Мелочь, а приятно!

Глава 7

Хлопот у нас хватало: дрессировка адептов - занятие не для слабонервных, и я начал отчасти понимать Снейпа. Иногда кое-кого хотелось убить. Чаще - всех сразу, чтобы не мучились. Правда, ощутив такой порыв, я объявлял пятиминутку боя всех со всеми и отводил душу... Главное было вовремя хватать себя за руку и не швыряться Авадами! Ну, за мной Гермиона присматривала, просто на всякий случай.

Погода испортилась до такой степени, что мы перенесли занятия в Выручай-комнату: она могла становиться хоть тренировочным залом, хоть лабиринтом, и уж тут-то я оторвался, вспомнив все стрелялки-бродилки, в которые мы с Дадли играли на приставке и компьютере! Ну... почти всем понравилось. Особенно Луне - она даже подсказала, как сделать локации еще более психоделическими, и мы с Гермионой постарались на славу... Из нашей тренажерки адепты выползали порой на карачках, стараясь не заблевать всё вокруг: это уже Невилл, одержимый мыслями о просторах Вселенной, вычитал, как тренируются космонавты. Центрифуги у нас не было, но эффект вращающихся стен мы изобразить могли, большинству и этого хватало. Вот поди ж ты, на метлах летают, а метаморфоз комнаты вынести не могут, зеленеют!

Тем временем на нашем факультете разворачивалась драма. МакГонаггал вытрясла из Дамблдора разрешение играть для квиддичной команды Гриффиндора (а то в свете последнего декрета надо было получать дозволение Амбридж на всяческие сборища), и матч таки состоялся. Ловцом в команде теперь была Джинни (Рон играл за вратаря), и ей удалось поймать снитч! Правда, победу омрачила безобразная драка после игры: обозленные проигрышем слизеринцы не удержались и спровоцировали Уизли оскорбительными замечаниями об их родовом гнезде и родителях. Ну, так выразилась МакГонаггал, явно опустив крепкие шотландские ругательства. (Разумеется, Драко принимал самое живое участие в сочинении этих дразнилок, куда ж без него!) Ну а в итоге выяснилось, что вышел новый декрет, уже не помню, за каким номером, гласивший: «Отныне генеральному инспектору принадлежит решающее слово в определении наказаний, санкций, а также лишении привилегий, данных ученикам Хогвартса, и право изменять таковые наказания, санкции и ограничения привилегий, определённые преподавателями». Амбридж и дисквалифицировала пожизненно всех Уизли, ополовинив команду. Еще и метлы у них отобрала, во избежание...

-Отлично, - сказала Гермиона, услышав рыдания Джинни и громкий мат близнецов, - теперь квиддич не будет отвлекать их от занятий!

Я только хмыкнул: ясное дело, она имела в виду не учебу, а наши тайные встречи. И то, адепты уже задолбали своим квиддичем: сегодня погода хорошая, поэтому они идут на стадион, а назавтра снег пошел, так что тренировка отменяется, и... «Давай, Гарри, соберемся вот прямо сейчас!» А у меня, вообще-то, свои планы имеются, и если я сказал, что занятия будут по средам, значит, по средам. А кто там что пропустил, меня не волновало: либо наверстает, либо я ему задницу поджарю! Гм... кажется, это я от Невилла заразился.

В бейсбол играть тоже не выходило: в такую погоду лишний раз высовывать нос на улицу вовсе не хотелось, так что мы решили подождать с этим делом. И без того было, чем заняться! А вот Луна, к слову, регулярно переписывалась с Крамом и показывала кое-что из его писем: Виктор сообщал, что наша идея заинтересовала тамошних спортсменов. Ну и, само собой, представитель спонсоров, мистер Фокс мигом устремился покорять Европу!

А время летело! Вот и февраль уж наступил, а вместе с ним - клятый Валентинов день... Хотя почему клятый? Я, по крайней мере, не страдал муками выбора, у меня Гермиона имелась, а я у неё. Ну а Невилл, помозговав, пригласил прогуляться в Хогсмид Луну - оба они переписывались с нашими континентальными приятелями, так что могли обсудить что-нибудь интересное. Например, этих самых приятелей, бейсбол, драконов или там... морщерогих кизляков.

Еще мы решили, наконец, использовать медийный ресурс в лице отца Луны Лавгуд, и я настрочил длиннющее интервью с самим собой. Гермиона помогала придумывать вопросы, разумеется, поэтому читатели ознакомились со многими любопытнейшими аспектами моей жизни, обучения в школе и моим мнением по поводу происходящего. В смысле, не происходящего: Волдеморта если и ловили, то как-то вяло, без огонька, да и вообще чуть ли не объявили произошедшее во время Турнира массовой галлюцинацией. Ничего себе галлюцинация!

Интервью вскоре вышло, и на меня в буквальном смысле посыпались письма: совы с крыльев сбились, таская эту корреспонденцию. Ну, многие писали, что я чокнутый, кто-то, пребывая в сомнениях, задавал уйму вопросов (видимо, хотел подловить меня на какой-нибудь мелочи или нестыковке), а некоторые - ура! - поверили моей истории. И это было здорово!

-Кто это прислал вам столько писем, мистер Эванс? - поинтересовалась Амбридж, подкравшись ко мне во время завтрака.

-Поклонники, - ответил я, распечатывая очередной конверт. - А вы что, не читаете «Придиру», мэм? У меня там интервью вышло на три разворота!

-Интервью? - повторила Амбридж ещё более тонким и мерзким голосом, чем обычно. - Что вы имеете в виду?

-А вы что, слова такого не знаете, профессор Амбридж? - удивилась Гермиона. - Посмотрите в словаре, на букву «И», на всякий случай уточняю. А то некоторые умудряются писать «энторвью», представляешь, Гарри?

Я заржал, вынул из сумки номер «Придиры», размашисто подписал свою фотку на обложке и протянул Амбридж, пояснив:

-Лично для вас, с автографом! В словаре - на букву «А», а то некоторые респонденты просят у меня «овтограв»...

Она побагровела и наказала нас с Гермионой двадцаточкой баллов, но на отработки опять-таки вызвать не рискнула. Правда, загнала к Филчу, доспехи полировать, но это разве наказание?

Ну и еще очередным декретом Амбридж запретила читать и хранить «Придиру» в школе под угрозой исключения, и теперь шныряла по школе и устраивала обыски. Ну да народ у нас не лыком шит, так что все успевали замаскировать журнал под какую-нибудь тетрадку (Гермиона охотно учила этому фокусу, если кто сам не умел).

Преподаватели тоже ознакомились с этим интервью, судя по тому, как они норовили накинуть Гриффиндору баллов за сущую ерунду. Не мне лично, это было бы слишком заметно, но факультет заметно воспрянул духом: из-за штрафов Амбридж