могут возникнуть из-за того, что Бригитта станет низшей дворянкой, и только когда Хенрик начал перечислять их одно за другим, он наконец то понял. Во-первых, ей придется вести себя при общении со своими друзьями, семьей и буквально со всеми остальными совершенно иначе, чем она привыкла. Ей также нужно будет изучить светские обычаи низших дворян, и это так же ожидало и её детей.
— Это, конечно, было бы невыносимо для неё… — пробормотала я, прикусив губу при мысли о том, что положение в обществе вбило клин между мной и моей собственной семьей, мешая нам относиться друг к другу как к равным. Им нужно было преклонять передо мной колени, говорить вежливо, как будто я была кем-то другим.
— Более того, бывший жених Бригитты воспользовался расторжением их помолвки, чтобы начать оскорблять её, а в то время почти не было низших дворян, поддерживающих Иллгнер. Я слышал, что Гибу Иллгнера приходилось самолично облетать свою провинцию, но я не понимал, что это значит.
Дамуэль не знал особенностей быта дворян землевладельцев, постоянно летая из общежития рыцарей в храм и обратно, никогда не посещая родовое поместье. Однако Хенрик был чиновником. Он хорошо знал ситуацию, поскольку это была популярная тема для разговоров, и считал очевидным, что Бригитта воспользуется своим замужеством, как возможностью вернуться в Иллгнер и поддержать своего старшего брата.
— Неужели Бригитта действительно могла бы жить в Квартале Аристократов, будучи низшей дворянкой, неспособной даже должным образом обратиться за помощью к своей семье, когда бы она в ней нуждалась…? — Продолжал Дамуэль. — Только когда мой брат рассказал мне, что я должен оставить свои обязанности рыцаря-стража, и что посредством брака я войду в её род, я понял, как мало я думал о том, как сильно изменится её жизнь со мной.
Служить рыцарем-стражем было почетно, и в обычной ситуации не достижимо для низшего дворянина наподобие Дамуэля. Оказалось, что он был объектом огромной зависти, потому что изучил мой метод сжатия маны и тем значительно увеличил объем маны. Многие говорили, что его следует заменить на среднего или высшего дворянина.
— Меня никогда не освободят от обязанностей стража, поскольку я знаю о вашем прошлом в храме, но лишь немногие знают об этом обстоятельстве моей службы. Ни мой брат, ни Бригитта не знают этого, и поэтому она тоже считала очевидным, что я войду в её род. Они не знали те факты, которые мы считаем само собой разумеющимися, — заключил он, опустив голову.
— Подумать только, что разница в положении создает такие невероятные трудности… Я полагала, что все наладится благодаря вашей взаимной любви.
— К моему стыду, я тоже так думал. Я предполагал, что главное соответствовать ей по мане и все будет хорошо. Я просто недостаточно хорошо все обдумал и, несмотря на то, что сам сделал ей предложение, в конце концов отказался на том основании, что не хочу уезжать в
Иллгнер.
Что за…?! Ты ей отказал? Прости! Я была уверена, что все было наоборот. Это было предубеждением с моей стороны.
— Дамуэль, я уверена, что ты скоро найдешь кого-нибудь, кто идеально подойдет тебе.
— А вы сможете повторить эти же слова, зная, что из-за того что мой запас маны вырос, практически нет женщин — низших дворянок подходящих мне по этому признаку? — Спросил он, пристально глядя на меня. Я быстро отвела взгляд.
— Гм, н-ну… По мере того как дети будут изучать этот метод, скоро появится много низших дворян с возможностями, соответствующими твоим. Скоро вокруг тебя будет много милых девушек. Н-Наверное.
— Они будут слишком молоды. К тому времени, когда ваши однокурсники достигнут брачного возраста, мне уже будет хорошо за двадцать, — сказал Дамуэль. Он был подавлен, но как я слышала, такая разница в возрасте не была особенно редкой среди дворян. С ним все будет в порядке, пока он будет продолжать заниматься саморазвитием.
— А до тех пор ты должен увеличить свою ману, накопить денег и развить чары взрослого мужчины. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать тебя.
— Вы же не собираетесь познакомить меня с кем-то, как леди Эльвира нашла жениха для Бригитты?! — Спросил он, глядя на меня с такой мольбой, что я почувствовала себя обязанной спросить, не хочет ли он, чтобы я поговорила с Эльвирой о том, чтобы найти кого-нибудь и для него. Тут же последовал его немедленный ответ:
— Да, будьте так добры.
В день моей встречи с Гибом Иллгнером я вошла в зал заседаний вместе с Фердинандом, моими слугами и рыцарями-стражами, включая Дамуэля. Внутри уже ждали Гиб Иллгнер с женой, а также Бригитта с мужем. Бригитта смотрелась и вела себя гораздо мягче и женственнее, чем раньше, возможно, потому, что теперь была замужем. Я с облегчением увидела, что спокойная улыбка на её лице была выражением удовлетворения.
Муж Бригитты, единственный человек, с которым я встречалась здесь впервые, шагнул вперед и опустился передо мной на колени.
— Леди Розмайн, могу ли я помолиться о благословении в знак благодарности за эту счастливую встречу, назначенную суровым судом Бога Жизни Эвигелибе? — Спросил он.
— Можешь.
— Я Виктор, муж Бригитты. Для меня большая честь познакомиться с вами.
Виктор обладал миролюбивым нравом, и по тому, как он держался, было сразу видно, что он чиновник. Его навыки, без сомнения, были необходимы в Иллгнере, где чиновники были крайне необходимы. Похоже, он подходил не только как муж Бригитте, но и был полезен Гибу Иллгнера, что делало его почти идеальным мужем.
Хорошая работа, Матушка, как я и ожидала.
Я кивнула сама себе, глядя на Виктора, и только тогда заметила знакомое лицо, стоящее за спиной Гиба Иллгнера с диптихом в руке. Держал и вел он себя сейчас по другому, но у меня не было никаких сомнений — это был Фольк, бывший серый жрец. Я никак не ожидала встретить его здесь, в замке. Мои глаза расширились от удивления, и он ответил теплой улыбкой, заметив мой взгляд. Однако разговаривать с ним здесь было бы неприлично, поэтому я переключила свое внимание на Бригитту.
