воды подать.
Догадливая девочка мигом притащила с кухни две чашки с компотом. Кот остался на кухне. Облизывая капли сметаны с усов, он готовился вступить в бой хитро, из укрытия. Если такая надобность возникнет, конечно.
Разглядывая повязку на Катиной стопе, гостья догадалась:
— Опять нога болит?
Старшина была тонка, изящна, и красива темными миндалевидными глазами. На вид узбечке можно было дать «слегка за тридцать», но этих восточных красавиц не поймешь. Форма выглядела чистенькой, подогнанной с иголочки. И на груди ее светился большой, размером с орден, знак «Отличный связист».
Катя кивнула, а старшина перешла к делу:
— Девочки просили меня узнать: а не продашь ли ты немного чудесного крема для лица?
— Да не вопрос, — усмехнулась Катя.
Такому заявлению связистки я не удивился. Уж кто-кто, а телефонные барышни новости узнают первыми. А что касается источника сплетен… Скорее всего, именно на узле связи все сплетни и рождаются.
— И еще одно дело, — гостья запнулась. — Капитан Карапетян вчера с велосипеда навернулся. Физкультурник хренов… Всю красоту свез: и нос, и лоб, и подбородок.
— Да, нос там знатный, — хмыкнула Катя. — А усы-то хоть остались?
— Не смешно, — строго возразила гостья. — Не дай бог, начальник гарнизона увидит. Представляешь, что Баба Яга подумает?
— А что она подумает?
— Видимо, ты не в курсе, Катя. У нас с ним сложные отношения, — хрупкая красавица потупила взор. — Иногда я его поколачиваю… За дело. А тут на тебе: велосипед. Зачем нам лишние разговоры?
Наша воспитательница посмотрела на нее новым, уважительным взглядом, а я же мысленно усмехнулся. В такой ситуации надо помочь, сам бог велел. Невидимая для гостьи кикимора Глафира принялась что-то нашептывать на ухо Кате, та транслировала эти указания девочке:
— Настя, принеси с кухни желтую баночку и зеленый пузырек, — дождавшись выполнения просьбы, наша воспитательница показала пальчиком: — Смотри, не перепутай, Гюльнара: вот этот крем для девочек. Умыться, наложить на ночь. А вот это заживляющая мазь для капитана. Намажешь на ссадину — будет чесаться. Пусть потерпит.
— Что я должна? — гостья полезла в карман.
— Перестань, — Катя махнула рукой. — Свои люди, сочтемся.
Старшина благодарно кивнула. Потом сняла телефонную трубку, чтобы властно бросить:
— Здесь Гюльнара! Пятая, соедини меня с Третьим. Петров? Скажи мне, друг мой, а что за антикварный аппарат ты водрузил в доме сержанта Суриковой? Никак из музея упер? Нет? Вы считаете, это нормально? Слушай сюда: берешь новый аппарат слоновой кости, что для полковника Гриб прислали, и дуешь с ним сюда. Ничего не знаю! Закажи еще. Что скажешь? Так и скажешь: этот поломался. Хватит болтать, выполняй!
Едва грозная старшина связистов вышла за калитку, как там появилась кладовщица Зина. И не одна, а с солдатиком, который тащил тачку на колесиках. Покрытая брезентом тележка двигалась тяжело, рикша пыхтел.
Настя выскочила навстречу, Зина просияла:
— Деточка, куда выгружать?
— А что это? — оторопела девочка.
— Так твой заказ! Или забыла?
Вместе с Настей я тоже прибалдел — консервов здесь был кубометр. Мы столько не заказывали! Кроме того, внизу оказался зеленый снарядный ящик, наполненный отрезами тканей и всякой всячиной. Изобилие фурнитуры и швейных инструментов поразило даже мой взыскательный вкус. Сюда запихнули те только то, что мы хотели, а гораздо больше!
Господи, как быстро жадная Зина преобразилась в добрую тетушку… За такое можно и наградить маленькими пузырьками. И подумать о следующем заказе: для кикимор и охраны домового. Мы скоро уедем в архангельский детдом, там обязательно накормят. А они здесь останутся. Как ни крути, но с запасами зимовать легче.
* * *
Продавщица Люба встретила Настю ласковой улыбкой. Прямо с порога, не дослушав приветствие, она сообщила тихим голосом:
— Только что привезли полуфабрикаты, котлеты разных видов.
— Котлеты? — задумалась девочка.
— Всякие, — продолжила нагнетать напряжение Люба. — Мясные котлеты трех видов. И рыбные: судак, щука, минтай. А еще панированное филе хека.
Настя заглянула в кошелек.
— Это здорово, — она не обрадовалась, а наоборот, опечалилась. — Но нам надо молоко, творог и сметану…
— И что?
Девочка повторила мою присказку:
— Денег в обрез, до первой звезды.
— Подумаешь, большая астрономия, — воскликнула продавщица. — Запишу в тетрадку, потом отдашь!
— А так можно?
— Свои люди, сочтемся, — Люба выжидательно уставилась на Настю. А потом шепнула: — Могу дать пару индюшиных котлет и полкило пельменей с осетриной. Себе отложила, ну да ладно. Пожаришь все вместе на сливочном масле — пальчики оближешь!
— Зарплата через три дня, — пробормотала девочка.
И хотя у меня не было сердца, оно заколотилось. Пришлось вмешиваться по внутренней связи:
— Эй, прочь печаль! На ловца и зверь бежит. Рыба сама лезет в сети. Будем брать! Давай-давай.
Настя вздохнула, и выложила на прилавок баночку:
— Крем от морщин, с функциями питания и увлажнения. Втирать на ночь, утром смыть.
Глаза Любы вспыхнули счастьем. Она птичкой запорхала по проходу между прилавками, а потом вручила девочке редкую конфету «Мишка косолапый»:
— Заходи завтра с утра, кролика привезут.
Все гениальное просто, и все придумано до нас. Первое рекламное агентство называлось «Волшебное зеркальце». На простой прямой вопрос «я ль на свете всех милее?» зеркальце давало честный ответ: «Ты, царица, спору нет». Нам же оставалось одно: следовать верной технологии.
На улице Настя взглянула на усы Кота. Активными локаторами они торчали из котомки.
— Вот только не говори, что сырая котлета вкуснее, — понятливо прищурилась девочка.
— Есть вещи, о которых не спорят, — философски заметил тот. — Их едят!
— Мясная или рыбная? — предложила она тяжелый выбор. И задала этот же вопрос Псу.
Овчарка подбежала ближе. Принюхалась к пакету в руках девочки, и сообщила через переводчика Федора:
— Свинина, телятина, индюшатина, хек и минтай. Еще щука… Отличный набор, хозяйка! Ни одной стрелы мимо, все в цель. Откуда деньги?
— Дали без денег, — честно призналась она.
— А что, так можно было? — поразился Пес.
Да уж, старую собаку новым трюкам не научишь.
— Учись, Жорик, — невнятно произнес домовой, смакуя краюшек конфеты. — Учись, пока мы живы. Так что ты будешь брать, мясную или рыбную?
— А можно половину той, а потом половину другой? — задумчиво произнес Кот.
Все гениальное просто, но от неожиданного решения Пес остановился. У него открылась пасть, и выпал язык.
— А что, так можно⁈
Тем временем домовой, облизывая конфету, завернутую в фантик, задал странный вопрос:
— Выходит, боярин, Зинкин склад обносить мы не будем?
— А смысл? — хмыкнул я. — Пока что нас не обманули. Более того, принесли сами, и с лихвой.
— А вот скажи, боярин, такую вещь, — домовой довольно щурился. — Мой Хозяин бросил имущество, когда уезжал. Велел мне беречь. А новая хозяйка чужое имущество
