Лора, плюхнувшись на кровать и раскинув руки. — Добро пожаловать в большую политику.
Я сел за письменный стол и достал телефон. Набрал Надю.
— Надя, я в Кремле. Завтра собрание. Вечером ужин. Мне нужна полная справка по каждому участнику, включая Австралию. Все, что у нас есть.
— Уже отправила, — ответила Надя. — Проверь почту. Кстати, Миша…
— Да?
— Рыцари звонили. Сказали, что если ты не привезешь из Кремля хотя бы один сувенир, они начнут одеваться как раньше… Кажется, они еще были без одежды…
— Передай, что я им обязательно привезу что-нибудь.
— Вот и славно, — и Надя отключилась.
Я положил телефон и посмотрел в окно. Над Москвой медленно проплывали серые облака. За ними белел след метеорита, которого тут быть не должно. Завтра семнадцать стран сядут за один стол. Половина хочет меня убить, четверть — дружить, а оставшиеся еще не определились.
А я сижу в золотой комнате и думаю о сувенирах.
— Лора.
— М?
— Предстоит очень длинный день.
— Миша, у нас каждый день длинный!
— Тоже верно.
Глава 12
Победа в 50 кусочков
Кремль.
Москва.
18:45.
Стук в дверь раздался без пятнадцати семь. Григорий стоял на пороге в безупречно отглаженном костюме и с папкой, которую, судя по всему, он носил с собой даже во сне.
— Ваше величество Михаил, через час начинается ужин. Георгиевский зал, второй этаж, левое крыло. Я провожу вас, когда будете готовы.
— Спасибо, Григорий, — ответил я. — Мне нужно минут двадцать.
Он поклонился и исчез за дверью так тихо, что я не услышал даже шагов. Вышколенный парень. Наверное, его с детства учили беззвучно дышать.
— Ну что, — Лора возникла на подлокотнике кресла. Сегодня на ней был строгий темно-синий костюм с большим вырезом на груди, юбкой-карандашом и очками в тонкой оправе. — Готов к светскому мероприятию?
— Морально нет. Физически почти.
Я провернул пространственное кольцо и достал из него костюм. Темно-серая тройка, белая рубашка, черные туфли. Надя заставила меня взять его еще перед отъездом, и я мысленно поблагодарил ее за предусмотрительность. Без этого костюма пришлось бы идти на ужин с шестнадцатью правителями в спортивной куртке и ботинках, в которых я лазил по антарктическим снегам. Да и вообще, сама мысль о том, что я буду на ужине с правителями стран, пока не укладывалось у меня в голове. Кто-то сказал бы, что уже можно привыкнуть, но честно… нет. Я до сих пор не привык.
— Галстук? — уточнила Лора.
— Нет.
— Правильно. Галстук на тебе выглядит как удавка. Вроде бы элегантно, но… короче, мне не нравится.
Я переоделся, проверил, что Ерх и родовой меч надежно закреплены в пространственном кольце, и подошел к зеркалу. Из отражения на меня смотрел молодой красивый парень. Круги под глазами Лора убрала и придала цвету кожи здоровый оттенок, но выражение лица все равно оставляло желать лучшего.
— Сойдет, — кивнул я.
— Для парня твоего калибра вполне приличное состояние. Может, все божества так выглядят.
Я, разумеется, так не думал.
Григорий ждал у двери. Мы прошли по коридору, спустились по лестнице и остановились у дубовых дверей с золотой резьбой. Из-за них доносился приглушенный гул голосов.
— Пожалуйте, — Григорий распахнул створки.
Георгиевский зал впечатлял. Высокие белые колонны подпирали расписной потолок, между ними висели тяжелые люстры с сотнями кристаллов, свет которых отражался в отполированном паркете. В центре зала стоял огромный круглый стол, за которым сидела часть делегатов. Другие прохаживались по залу, негромко переговариваясь. В дальнем конце был накрыт отдельный фуршетный стол для помощников и советников, там было куда оживленней.
Я вошел. Первый, кто меня заметил, был Блин Лол.
Император Китая шел ко мне через весь зал с таким энтузиазмом, будто встретил старого собутыльника на семейном празднике. Хотя, вспоминая, как мы сидели в каком-то старом баре на задворках Пекина, может, так и было. На императоре было роскошное золотое облачение с вышитыми драконами, застегнутое на все пуговицы. Верхнюю он уже успел расстегнуть, и из-под ворота торчал край хлопковой футболки.
— Михаил! — он схватил меня за плечи и крепко обнял. — Наконец-то! Я уже думал, что ты не придешь!
— Блин Лол, рад вас видеть, — я невольно улыбнулся.
— Какое «вас»? — и он шепнул мне на ухо: — Мы же с тобой вместе пиво пили! Забыл? Ты мне еще тогда рассказывал, как правильно употреблять алкоголь…
— Помню.
— Кстати, как там твои дети?
— Спасибо, надеюсь, они не разрушат дом до моего приезда…
— В смысле?
— Долгая история.
Блин Лол расхохотался и хлопнул меня по спине с такой силой, что любой обычный человек улетел бы к фуршетному столу. Я устоял, хотя спина неодобрительно хрустнула.
— Михаил, — раздался голос Петра Петровича.
Царь стоял чуть в стороне, в парадном черном мундире с серебряными эполетами. Выглядел он лучше, чем в прошлый раз, когда мы виделись, однако худоба еще присутствовала. Рядом маячил Рафик с блокнотом.
— Позвольте, я вас представлю, — Петр Петрович жестом предложил мне пройти к столу.
И начался парад знакомств.
Первым оказался высокий мужчина с обветренным загорелым лицом и руками, больше похожими на лопаты. Австралийский король Ричард VI. Рукопожатие крепкое, взгляд прямой. Рядом с ним стояло трое помощников, и один из них, невысокий мужчина с тонкими чертами лица, мгновенно привлек мое внимание. Пульс был ровным, однако Лора подсветила его красным: микромимика была какой-то чересчур дерганной. Мы взяли его на заметку.
— Наслышан о вас, — кивнул Ричард. — Говорят, у вас на Сахалине водится кое-что покрупнее кенгуру.
— У нас много чего интересного, — кивнул я. — Но и у вас тоже есть много уникальных растений и животных, куда больше, чем на моем холодном островке.
Ричард рассмеялся, решив, что я шучу.
Дальше пошли один за другим. Елизавета VIII, королева Англии, сухощавая женщина лет шестидесяти, пожала мне руку с таким видом, будто делала одолжение. У нас с ней были кое-какие стычки. У королевы много ко мне претензий, но озвучивать она их не стала.
Президент США Джонни Трейд — золотоволосый здоровяк с дурацкой прической-блинчиком — сидел ниже травы и тише воды, как бы странно это ни было. При моем приближении он крепко пожал мне руку, и хотел было похлопать по плечу, но в последний момент отдернул руку, поймав пристальный взгляд Петра Петровича. Улыбнулся и вернулся на свое место. Лора расхохоталась, но не стала комментировать данную ситуацию.
Ганзар, Великий хан Монголии, протянул мне руку и быстро ретировался. После всего случившегося мне тоже не шибко хотелось пересекаться с ним. Август XI, король Речи Посполитой, тоже не был особо словоохотлив.
