бывшим злым духом.
Стоило закончить пугающую процедуру с первым заключённым, как его глаза мгновенно прояснялись, а дух сразу же продолжил. Кто-то вздрагивал всем телом, кто-то хватался за голову обеими руками. Сержант из интендантства, крупный мужик с такими руками, что этими ковшами можно землю копать, вдруг побледнел и выговорил: «Я же сам… Я же рапорты подделывал… Зачем я это делал?..» — и сел на лавку, обхватив голову руками.
Я не утешал. Не моя работа. Моя работа — снять проклятье и передать человека тем, кто будет разбираться, совершал он всё сознательно или нет. Болдур для этого выделил отдельных следователей, и, по его словам, процедура будет долгой, но справедливой. Меня это устраивало.
К пятому часу после полудня основная работа была завершена. Шестнадцать человек из списка агента задержаны. Одиннадцать фиорцев арестованы, включая координатора ячейки. Семь тайников внутри города обнаружены и опечатаны. Болдурские офицеры работали без перерыва, и их рвение было понятно: каждый из них последние четыре года служил бок о бок с предателями и не заметил этого. Личная обида движет людьми не хуже приказов.
Мы с отрядом встретились у цитадели, когда солнце начало клониться к закату. Все устали, но настроение было приподнятым. Герда рассказывала Мэду, как один из задержанных попытался выпрыгнуть в окно второго этажа и приземлился прямо на патрульного внизу, после чего оба скатились в канаву и лежали там, пока стражники не вытащили обоих.
Вася демонстрировал Графу трофейный кинжал из тайника на старом рынке, покрытый рунами, назначение которых ни он, ни Граф определить не смогли, но оба сходились во мнениях, что это должна быть какая-то пакость, так как для эпического артефакта у него было слишком мало особенностей и фишек.
Маша стояла чуть в стороне и разглядывала конфискованные у фиорцев амулеты, литературу, предметы для ритуалов, а рядом с ней негромко переговаривался с одним из офицеров Болдура Ратмир.
Обычная послебоевая суета, знакомая каждому, кто хоть раз участвовал в серьёзной операции. Подведение итогов и скрепление братства между теми, кому довелось вместе сражаться за будущее города.
Я сел на каменную лавку у стены цитадели, прислонился спиной к тёплому от дневного солнца камню и закрыл глаза на несколько секунд. Двести капель Эфира — ощутимая потеря. Копить их придётся не один день. Но новая техника стоила каждой потраченной капли. Допрос душ — это оружие, о котором ни Лига, ни Фиор, ни кто-либо другой не знает и к которому нельзя подготовиться. У них нет защиты от того, чего не существовало ещё сегодня утром.
«Доволен?» — Алиса появилась рядом, присела на лавку, откинулась назад и вытянула ноги.
«Более чем. Тебе тоже большое спасибо. Ты очень помогла во время моей спонтанной импровизации… Без тебя я бы не справился».
«Естественно! Но, во-первых, ты быстро учишься. Во-вторых, не импровизацией. Ты уже видел это… Похожим образом меня боги драконидов пытались вытянуть из твоей души. Ты этого не осознавал до конца, но практически полностью повторил их технику. И даже слегка усовершенствовал, чтобы враг не сбежал в тень. В следующий раз, думаю, тебе понадобится куда меньше капель».
Я задумался над её словами. Неужели я попытался сделать то, что до меня старались провернуть боги, и даже справился… Эфир — очень уникальная и своеобразная энергия. Сила, что между двумя мирами: смертных и богов. Нужно больше Эфира…
— Командир! — голос Васи прервал мои размышления. Он, забравшись на стену, смотрел на горизонт, прикрывая глаза рукой от заходящего солнца. — Командир, там что-то летит! Большое! Кажется, гости!
Я поднялся и шагнул к стене, взбежал по лестнице. С севера в нашу сторону летел давно ожидаемый огромный левиаток.
— А вот и дракониды… — произнёс отец, вставая рядом.
— Они самые, — подтвердил я, чувствуя странную смесь облегчения и напряжения.
Мы ждали этого момента. Готовились к нему. Весь этот бардак с Лявонтом, Лигой, Фиором — всё это нужно было разгрести до их прибытия. И мы успели. Впритык, но успели.
Болдуру доложили через несколько минут. Он также поднялся на городскую стену и уставился на стремительно приближающийся воздушный корабль.
— Впечатляет… Нам бы такой…
Я посмотрел на Графа, покачал головой, чтобы он не мучил зазря Архонта, занятого крайне масштабным и важным проектом. Есть и другие достойные кандидаты, которым можно вручить копии этих чертежей.
Ветер трепал плащи и знамёна на башнях. Левиаток приближался, и вот его контуры стали чётче. Широкий корпус, четыре двигательные платформы, длинный киль, на носу — знамя Дракории, которое я узнал бы из тысячи.
— Знамя императора… — прокомментировал я стоящему рядом Хранителю Севера.
Болдур сложил руки на груди и с вызовом посмотрел в сторону приближающегося судна.
— Ну что же, пора встретить гостей и определить, какое место в этом мире займёт наш маленький, но очень зубастый Домен. — Он положил руку мне на плечо и потряс меня с хищным оскалом на лице: — Особенно с такими избранными.
Дорогие друзья, уважаемые читатели. Завтра выходной. Простите, но шашлыки сами себя не пожарят, борщ сам себя не съест. Ваш изголодавшийся Акулыч.
Глава 16
Левиаток заходил на посадку медленно, по большой дуге, словно его капитан давал зрителям возможность как следует рассмотреть имперский флаг и оценить, кто именно к ним пожаловал. Что ж, это работает. Народ на стенах застыл, задрав головы, кто-то крестился, кто-то невольно отступал на шаг назад.
У имперского судна корпус был раза в полтора больше, чем у «Стрелы Ветра». На борту резная пасть дракона, золочёные накладки, четыре двигательные платформы с выдвинутыми стабилизаторами. Дракония умеет производить впечатление, этого у неё не отнять.
Болдур стоял рядом, сложив руки на груди, и наблюдал за манёвром молча. Отец — чуть позади, ближе к парапету. С другой стороны — четверо старших офицеров крепости, призванных Архонтом для организации встречи. Им, судя по встревоженным лицам, было бы неплохо провести хотя бы короткий ликбез. Без этого после приземления имперского корабля могут начаться проблемки…
— Архонт, разрешите на минуту отвлечь ваших офицеров? — обратился я к Болдуру.
Он повернул голову и кивнул.
— Господа офицеры, — начал я. Говорил коротко и быстро. — Через несколько минут на нашу землю сойдут дракониды. Не торговцы, не одиночные путешественники, а имперская делегация. Это значит, что у них будут определённые ожидания относительно того, как их положено встречать. Я провёл в Дракории достаточно времени, чтобы успеть набить шишки на их этикете. Объясню коротко, чтобы вы случайно не оскорбили гостей и не подвели Архонта.
Один из офицеров, седой мужик с
