время немного потрудиться.
«С тобой поспишь», — съязвила нейронка, но тут же принялась выполнять поступившие от меня команды.
Объект: Алекс
Статус трансформации первого перерождения: 38,65%
трансформация тела — 33,28%
трансформация духа — 38,65%
трансформация разума — 21,89%
Я утробно зарычал от удовольствия, видя новый статус трансформации своего тела. Пусть пока неизвестно, чем мне поможет новая матрица, но для достижения основной цели — приведения системы в баланс — она зашла на все сто. Причём абсолютно без побочных эффектов.
«Тебе просто повезло, — Мия вступила в диалог, легко распознав вектор моих мыслей. — По правительственной базе матрица признана абсолютно бесполезной».
— Это почему это? — удивился я и, не удержавшись, шутливо упрекнул нейронку: — Так ты всё-таки плохо старалась и подсунула мне бесполезную матрицу?
Мия упрёк проигнорировала, а на вопрос выдала сухую статистику:
«Около тысячи прогонов на сотнях цифровых слепков различных носителей выдали результат синхронизации не более двух процентов».
Да, если бы не приспичило, я бы тоже не обратил на эту матрицу внимания. Пользы практически никакой, а смертность почти стопроцентная. Даже внедрение репарирующего гена могло не помочь. Но если довериться модели, для моего, как ни странно, она подходила идеально. А я своим программам доверяю. И вот, — все центры теперь в балансе. Я улыбнулся и перешёл к следующему кластеру своего статуса.
Импринтированные матрицы:
Матрица регенерации: (3 грейд)
— адаптация: 56 %
Матрица управления электричеством: (2 грейд)
— адаптация: 22 %
Матрица энергополя: (??? грейд)
— адаптация:??? %
NAVY и тут предложили более интересный подход к оцифровке способностей. Под понятием адаптации тут понималось раскрытие потенциала матрицы. Мия методом корреляции с момента внедрения соответствующих Т-скриптов построила адаптационную модель, и полученные цифры меня очень удивили.
«Система грейдов NAVY, — пояснила нейронка, — родилась не на пустом месте. Она показывает не столько редкость внедряемой матрицы, а сколько её потенциал развития и влияние на трансформацию организма в целом».
— Судя по твоим вычислениям, — задумчиво пробубнил я, — я уже наполовину раскрыл потенциал ветки регенерации, а электричеством еле-еле умею управлять.
«Потенциал Алекс, потенциал! — Мия, состроив важную рожицу, подняла вверх пальчик. — Как только наберём достаточно данных по третьей матрице, я сразу дополню информацию».
В принципе, на сегодня было достаточно. Можно, конечно, сразу начать экспериментировать с полями, но меня беспокоило, что ни полковник, ни Вика никак себя не проявили за последние четыре часа, пока я занимался «научными» изысканиями. Видимо, действительно были заняты чем-то важным. И, возможно, очень интересным.
Любопытство взяло верх и я послал запрос Вике.
— Привет, как ты? — лицо Вики выглядело ещё более осунувшимся, чем в недавнем видеопослании.
— Спасибо, что интересуешься, — улыбнулся я. — А если бы окочурился уже? Всё-таки третья матрица.
— Угу, конечно, — покачала головой Вика. — За твоими показателями следит отдельный человек и, поверь, они лучше, чем у многих. Так что перестань паясничать и помоги мне, если закончил со своими делами.
— А это обязательно? — состроил я кислую мину.
— Нет, не особо.
Вика отключилась, а я почувствовал себя тупым придурком. Ладно, ошибки надо исправлять.
— Мия, где маркер нашей амазонки от науки?
«Сектор „П“, закрытая часть лаборатории. Написать ей, что ты скоро будешь?» — предложила нейронка.
— Обойдётся. Будет сюрприз.
Жилой отсек, в котором меня поселили, находился на минус четвёртом уровне. Всего на три уровня выше сектора «П,» где проходили все секретные исследования. Метров сто по глухо ухающему в такт шагам металлическому настилу и я буду у лифта в закрытый сектор.
Прикоснувшись пальцем к панели, я заблокировал дверь, поправил казённую рубашку и направился к лаборатории. Пустой коридор был освещён тускло и создавал тягостное ощущение. А если вот так? Улыбнувшись собственной ребяческой мысли, я запитал линию основного освещения. Лёгкое гудение трансформаторов — и вмиг стало светлее. Продолжая улыбаться, я ощутил всё ту же лазурную ауру, проступающую вокруг светильников. Любуясь её переливами и запоминания ощущения, я не заметил, как дошёл до поста охраны у лифта, ведущего в сектор «П».
— Лейтенант Марьин?
Я сначала не понял, что сделавший шаг вперёд офицер, обращается ко мне.
— Что?
— Лейтенант Марьин, — повторил он. — Вас нет в списках. Прошу покинуть данную зону.
Во как! Не знаю, что меня больше ввело в ступор: запрет на доступ в лабораторию, странное обращение ко мне… или едва заметный просвет ауры у всех трёх бойцов, бдевших на посту. Замешкавшись, я наблюдал лёгкие эманации бледно-голубого цвета, которые словно кокон окутывали офицеров. Еле заметные, порядка на два слабее, чем от светильников, но всё же. Да и ощущения сильно отличаются… Интересно…
— Пять минут.
Я примирительно поднял руки, развернулся и, отойдя в коридор, вызвал полковника.
— Вижу, что пришёл в себя, — без приветствия начал Гарин. — Почему сразу не сообщил?
— А, вы про это? — придурковатой улыбкой ответил я и слегка откашлялся. — Эм-м… лейтенант Марьин докладывает: адаптация прошла успешно. Чем могу служить?
— Прекрати паясничать, — устало выдохнул полковник, вероятно, заметив искры веселья у меня в глазах. — Звание тебе присвоили, чтобы облегчить взаимодействие в нашей структуре. А нужен был ты мне по одному важному вопросу. Скажи сразу, вирус в нашей сети — это твоих рук дело?
— Неужели нашли? — искренне удивился я, но злой взгляд полковника говорил, что клоунаду надо заканчивать. — Да, моих. Тогда мы ещё не были так близки, если помните.
— Помню, — недовольно бросил Гарин. — Короче, дашь все исходники моим людям.
— Договорились, — кивнул я. И правда, когда я посылал вирус в файле для профессора, было непонятно, как настроены военные. Сейчас, когда мы нашли общий язык, подобное было действительно слегка неуместно. И уж тем более для новоиспечённого лейтенанта.
Мия уже успела покопаться в базах и вывела на дополнительный виджет мою карточку.
— И это… — неожиданно Гарин слегка смутился. — Можешь провести аудит безопасности нашей сети?
— Без проблем, полковник, — ответил я, выбрав самую милую улыбку из своего арсенала. — Тем более, теперь это и в моих интересах.
— Хорошо, — Гарин тут же напустил на себя довольный вид. — Сейчас тебя добавят в подсеть наших безопасников. Главный там полковник Ларин. Всё можно обсудить с ним, он уже предупреждён.
— Полковник! — почти крикнул я, понимая, что через секунду он отключится. — Вике в лаборатории нужна помощь. А бойцы меня не пускают. Ну как так можно с лейтенантом службы безопасности, приписанным к некоему проекту «П»?
— Сейчас дам команду, — строго зыркнул на меня Гарин, покачал головой и отключился.
Спускаясь на лифте в лабораторию, я всё гадал, что за хрень мне привиделась. Может, это экспериментальная броня на бойцах, которая подпитывается каким-то источником, или сбой у меня в
