соответствующие возрасту и культуре. Ты смотрел на метрическую линейку Древних и не удивился цифрам, мастер Тун. Ты удивился тому, что они здесь, но не самим цифрам. Ты их узнал. Маркус сразу мне отписал, когда увидел твою реакцию. — Третий палец. — Двойное сознание. Более взрослая личность, скорее всего убила молодого, но это логично, так все поступают. Кроме того, ты видишь внутренний текст. Таблица, которые дают тебе информацию о твоих умениях и возможностях. Эта штука есть только у таких как ты.
Я молчал. Что тут скажешь? Он говорил почти то же самое что и в нашу первую встречу. Вот только у меня давно уже нет двойного сознания. Я един. Всё же сведения практика, сидящего напротив меня, не были ультимативны и с этим можно бороться.
— Хватит? — Корнелиус опустил руку. — Ты ведь, действительно не отсюда. Не из этого мира. Твоя душа, сознание, называй как хочешь, пришла извне. Из места, которое Древние Создатели называли Внешним. Из того, что вне Сферы.
И опять он не прав! Он и его предок, нихрена не поняли! Я понял, а они нет, и это ведь уже козырь.
— Допустим, — сказал я. — Просто допустим. Что это меняет?
— Всё, — ответил Корнелиус просто. — Потому что Сфера умирает, мастер Тун. И починить её могут только те, кто понимает, как она устроена. Не знаю почему, но вы, пришедшие извне, получили этот щедрый дар, понимать, как работает мир, который построили Древние Создатели.
Он встал. Подошёл к карте на стене. Провёл пальцем по линии, уходящей от поверхности вниз, через пронумерованные слои, Этажи, первый, пятый, десятый, двадцатый, и глубже, туда, где цифры кончались и начинались знаки вопроса.
— Мой дед основал Общество Наследия с одной целью, — сказал Корнелиус, не поворачиваясь. — Найти Управляющий Центр Сферы. Место, откуда Древние контролировали все системы. Этер, гравитацию, вращение вокруг Ока, Звездный Дождь. Всё. Он верил, и я верю, что Центр существует. Что он физически находится где-то на самом дне, или в самой толще стены, между внутренней поверхностью и внешней оболочкой.
Чжоу Линь. Книга. Круглая камера с пустым постаментом. «Пульт управления», по словам Киану. Они ищут то же самое, что нашёл картограф сто с лишним лет назад. Только они не знают, что он это нашёл. Или знают?
— Вы знаете о записках Чжоу Линя, — сказал я. Не вопрос. Утверждение.
Корнелиус обернулся.
— Его записки откровенная ерунда. Первая экспедиция вернулась с половиной людей и без результата. Вторая не вернулась вообще. Третья дошла до одиннадцатого Этажа и повернула назад, когда потеряла проводника. В других местах мы спускались гораздо ниже, особенно когда в составе были сильные практики. По-настоящему сильные. Но есть нечто, чего не хватает даже самой сильной команде. Спроси.
— Чего же вам не хватает?
— Ключа, — ответил Корнелиус. Он вернулся к столу, но не сел. Стоял, упираясь костяшками в дерево, и смотрел на меня сверху вниз. — Линь описал камеру. Но он не описал, как Киану открыл дверь. Написал только, что тот произнёс одно слово, и люк открылся. Одно Слово.
— И вы считаете, что это слово из внешнего мира. Из моего мира.
— Я считаю, что система Древних реагирует на определённый тип сознания. — Корнелиус заговорил быстрее, и я впервые увидел в нём не расчётливого практика, а человека, одержимого идеей. Огонь был настоящий, не показной. — Замки, которые мы нашли на нижних Этажах, ключевые узлы рунных формаций, двери, которые не открываются никакой силой, они не проверяют пароль. Они не проверяют этер. Они проверяют того, кто стоит перед ними. Его сознание и его способ мышления. И пропускают только тех, кто мыслит, как Создатели. Что говорит о том, что сами Создатели, были извне. С мира, откуда приходят Помеченные.
Мне оставалось только слушать и молчать.
— У нас, — Корнелиус продолжал, — был такой как ты. Почти двадцать лет назад. Хороший человек. Умный. Он смог открыть три из семи замков, которые мы нашли на глубине. Три! За пять лет работы. Но седьмой, самый глубокий, его убил. Защитная формация, которую он не смог обойти. Потому что его знаний не хватило. Потому что, — Корнелиус стиснул челюсть, — потому что мы слишком торопились.
Дальше, говори дальше.
— Был ещё один, — сказал Корнелиус тише. — Моложе. Примерно твоего возраста. Пару лет назад мы его нашли в одном из портовых городов. Перспективный. Но… не сложилось. Обстоятельства не позволили.
Он произнёс это ровно, без эмоции, как человек, констатирующий факт. Обстоятельства не позволили. Красиво сказано. Я посмотрел на его лицо, пытаясь разглядеть за этой маской хоть что-нибудь. Узнавание. Подсказку. Намёк на то, что он помнит мальчишку и его дядю.
Ничего. Он не помнил или не связывал. Впрочем, неудивительно, потому что я сильно изменился. И сейчас, Корнелиус Вейран, судя по всему, видел перед собой молодого рунмастера из Шэньлуна, а не беглого подростка, которого пытался запихнуть в клетку отняв от дяди. Он видел то меня давным давно, а изменившийся цвет волос, разные глаза, да и общее взросление, прошедшее через горнило войны сделали своё дело. Для него тот мальчишка сгинул, растворился в Великой Степи, как тысячи других. И это было логично, я сам в зеркале видел совершенно другого человека, не того пухлощёкого парнишку, каким был ранее.
И слава всем духам.
— Что именно вы хотите от меня? — спросил я, хотя уже знал ответ.
— Спуститься с нами, — ответил Корнелиус. — Через полгода, когда мы соберём экспедицию. Мы пройдем настоящим маршрутом, который разведан до Одиннадцатого Этажа. А с тобой мы спустимся дальше, минуем Нижний план и выйдем к настоящей основе основ, без сказок, которые ты прочитал из записок картографа.
— Вы думаете, что там есть что-то дальше? Как по мне, картограф не врал. Дальше ничего нет.
— Я знаю, что есть. — Корнелиус обошёл стол и открыл один из ящиков. Достал предмет и положил передо мной.
Это был небольшой свиток, засунутый между двух стёкол.
— Нашли на десятом Этаже в закрытом помещении, тридцать восемь лет назад, — сказал Корнелиус. — Наш Помеченный открыл его. Внутри был вот этот свиток с координатами. Точными координатами маршрута к чему-то, что в свитке называлось «Узлом Обслуживания номер семнадцать». Как мы понимаем, это некое важное помещение. Место, где Древние проводили ремонт и диагностику. Если мы доберёмся
