провести чистку и убрать «пятую колонну». Но методы больно уж ужасные. У меня есть свой план, не менее кровожадный, но зато с более чистыми руками у советских спецслужб. Все эти процессы — дело лишнее. Евреи сами себя закопают. Только пусть это сделают не в СССР и своими руками. К сожалению, время показало, что они прежде всего ощущают себя чуждым для Союза народом. И от этой констатации никуда не денешься. Хотя вопрос всё равно невероятно сложный и запутанный. Потому подхожу к нему крайно осторожно.
В этом деле особенно показателен опыт, полученный мной в бытность Брежневым. В течение пяти лет шла потоком разрешённая властями еврейская эмиграция. Мы убрали препоны, но не сказали уезжающим, что из Израиля будет нельзя сразу рвануть в Америку. На самом деле большая их часть, особенно из творческой интеллигенции, рвалась именно туда. Вышел полный «абзац». Сначала израильтяне кормили эмигрантов завтраками, потом до самых умных начало доходить. И к тому же всем мужчинам пришлось служить в армии, кому-то воевать и погибнуть. Через пять лет в Израиль пошёл мелкий ручеёк инженеров и конструкторов, у кого вышел срок секретности. Только вот в Израиле их никто с распростёртыми объятиями не ждал. Рынок труда там узкий, потому приходилось хвататься за самое малое. Руководители целых проектов становились рядовыми работниками. Вот тебе и рост! В итоге эта часть общества таки почуяла обман и затаилась. Зато богему мы тогда почистили знатно! Опустели полки «юмористов», и пришли свежие люди.
Но вернёмся к нашим баранам. Обсуждение вопроса о создании еврейской республики в рамках Советского Союза можно рассматривать как своего рода зондирование Запада, с тем чтобы выяснить, насколько далеко идут их планы предоставления нам экономической помощи после окончания войны. Однако решение вопроса о создании еврейской республики отложили до окончания войны, и письмо лежало без движения четыре года. О его содержании ходили самые разные слухи. Затем, уже в 1948 году, Маленков воспользовался им для проведения кампании против членов ЕАК, а позднее и против старой гвардии в руководстве страной. Молотов, Микоян, Ворошилов, Вознесенский и, наконец, сам Берия, причастные к обсуждению создания еврейской республики на территории Крыма, сами из-за того, что у них имелись родственники-евреи, оказались уязвимы в ходе этой кампании.
План по привлечению американского капитала связали с идеей создания еврейской республики в Крыму — так называемой «крымской Калифорнии». Эта идея широко обсуждалась в кругах американских евреев, о чём рассказывал Хейфец. По его словам, проектом особенно интересовался президент американской торговой палаты Эрик Джонстон. В июне 1944 года его вместе с американским послом Авереллом Гарриманом принял Сталин для обсуждения проблем возрождения областей, бывших главными еврейскими поселениями в Белоруссии, и переселения евреев в Крым. Джонстон нарисовал перед Сталиным весьма радужную картину, говоря, что для этой цели Советскому Союзу после войны предоставят долгосрочные американские кредиты. Мысль о создании еврейской социалистической республики в Крыму открыто обсуждалась в Москве не только среди еврейского населения, но и в высших эшелонах власти. Известно, что Михоэлс как председатель Еврейского антифашистского комитета в своей деятельности в значительной степени полагался на Фефера — крупного агента НКВД, которого «вёл» комиссар госбезопасности Райхман. Случалось, что Фефера принимал на явочной квартире сам Берия для обсуждения вопроса о создании еврейской республики в Крыму.
До июня 1945 года этот проект, казалось, оставался в силе и должен уже реализоваться. Во время подготовки Ялтинской конференции Гарриман спрашивал помощника Молотова Новикова, как идут дела с образованием еврейской республики в связи с будущими американскими кредитами под этот проект. Сталин сразу же после войны обсуждал с делегацией американских сенаторов план создания еврейской республики в Крыму и возрождения Гомельской области — места компактного проживания евреев в Белоруссии. Он просил их не ограничивать кредиты и техническую помощь этими двумя регионами, а предоставить её без привязки к конкретным проектам.
Затем, в июне 1945 года, после Ялты и победы над гитлеровской Германией, Президиум Верховного Совета СССР принял указ: Крым стал административной областью в составе РСФСР. Между тем перед войной Крым являлся автономной республикой со значительным представительством татарского населения во всех управленческих структурах. В ноябре 1945 года, когда Гарриман попытался связаться со Сталиным через Молотова, чтобы обсудить вопросы экономического сотрудничества, его просьбу о личной встрече отклонили по указанию Сталина.
После войны Сталин предпочёл вести другую линию: усилились попытки проникновения наших агентов в ряды сионистского движения. До 1948 года Великобритания имела от Лиги Наций мандат на управление территорией Палестины. Сталин и Молотов надеялись успокоить англичан, опасавшихся быть вышвырнутыми из Палестины после создания там еврейского государства. Проект еврейской автономии в Крыму должен отвлечь внимание лидеров мирового еврейства от Палестины как единственного варианта для решения еврейской проблемы. Когда в конце 1945 года стало ясно, что Сталин не считает себя связанным прежним неофициальным зондажем, англичане и американцы организовали Англо-американский комитет по Палестине без участия Советского Союза. Это противоречило ранее достигнутому соглашению о совместных консультациях военных союзников по палестинской проблеме.
И вот в апреле 1946 года заместители министра иностранных дел Деканозов и Вышинский направили служебную записку правительству, где подчеркивали, что интересы Советского Союза игнорируются: палестинский вопрос будут решать без участия нашего государства. В этом документе они предлагали проводить политику благоприятного отношения к созданию еврейского государства в Палестине. С согласия Молотова Вышинский публикует под псевдонимом статью в журнале «Новое время», в которой говорит о необходимости создания демократического еврейского государства на подмандатной территории Палестины. Расчёт заключался в том, чтобы усилить советскую позицию на Ближнем Востоке и вместе с тем подорвать британское влияние в арабских странах, противившихся появлению нового государства. Показать, что англичане не способны остановить евреев в их стремлении создать своё государство.
Одновременно с предпринимавшимися политическими шагами получили указание в 1946 году забросить наших агентов в Палестину через Румынию. Они должны создать в Палестине нелегальную агентурную сеть, которую можно использовать в боевых и диверсионных операциях против англичан. Для этой цели выделили трёх офицеров: Гарбуза, Семенова (настоящее имя Таубман — он являлся помощником Григулевича по литовскому подполью и помогал ликвидировать в Париже в 1938 году Рудольфа Клемента) и Колесникова. У Гарбуза и Колесникова имелся опыт партизанской войны на Украине и в Белоруссии, где они участвовали в операциях против немецких оккупационных властей. Семенов и Колесников обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и противотанковых гранат,
