Мастер Рун. Книга 6 - Артем Сластин

Я прикинул в уме рыночную стоимость всего этого, опираясь на цены, которые видел в лавках на третьем ярусе. Фонари, если продавать по шесть-семь серебряных, это двадцать. Барьеры, по три серебряных за штуку, что было вдвое дешевле гильдейских, но с сопоставимым качеством, тридцать. Стрелы, если считать по медяку за штуку, это всего полсеребряной, но пятьдесят штук, это двадцать пять, если продавать партией охотничьей группе. Нагревательные камни, по пять-шесть серебряных, это сорок-пятьдесят. Итого где-то сто двадцать, может сто тридцать серебряных в розничных ценах. Охренеть!

Из которых мне достанется процентов шестьдесят-семьдесят, потому что Аньсян заберёт свою долю за посредничество и предоставленный материал. Но даже семьдесят-восемьдесят серебряных за сутки работы, это было, мягко говоря, неплохо. Да какое там! Это прекрасно! И совершенно безопасно. Не надо таскать тяжёлые мешки и драться с пауками.

Я помедитировал пару часов, восстановив этер до приемлемого уровня, поспал немного, а когда проснулся, позавтракал, умылся, упаковал всё в ящики, и пошёл к Аньсян. Делать вид что я работал дольше, я не собирался, у меня на эту неделю были серьезные планы. По настоящему серьезные.

Она приняла товар молча, осматривая каждое изделие с профессиональной дотошностью, которая, впрочем, не удивляла, потому что я уже понял, что за её кокетливой манерой прячется очень цепкий, расчётливый ум, привыкший оценивать вещи не по красоте, а по функциональности.

Фонари она одобрила быстро, повертев каждый и проверив контур лёгким прикосновением этера. Барьеры осмотрела дольше, взвешивая на ладони, проверяя заряд. Стрелы вызвали у неё поднятую бровь, и она взяла один наконечник, разглядывая рунные линии на гранях.

— Это точно то, что нужно? — спросила она, весьма удивленно.

— Да, как было написано, — подтвердил я. — Одноразовые. Тройная связка, укрепление, заточка, триггер на удар. Железо не держит руну дольше нескольких дней, но стреле больше и не надо. Сработает в момент прикосновения металла к цели, мгновенное действие.

Она кивнула, положила наконечник обратно. Потом взяла нагревательный камень, и я заметил, как её пальцы задержались на нём чуть дольше, чем на остальных предметах, ощущая ровное тепло, идущее из глубины гранита.

— Сколько ты спал за эти сутки? — спросила она, не отрывая взгляда от камня.

— Достаточно.

— Врёшь Тун Мин. У тебя глаза красные. Ты же практик, должен же понимать, что дисциплина это всё. На этом строится твоя жизнь и твоё развитие.

— Я знаю. — ответил я недовольно. — Всё знаю, не надо меня учить.

— Не учу, — она отставила камень и посмотрела на меня с тем самым выражением, которое я уже начинал узнавать, смесь насмешки и чего-то похожего на заботу, хотя называть это заботой было бы, наверное, слишком громко. — Просто напоминаю. Потому что, если ты свалишься от истощения посреди работы, мне придётся искать другого мастера, а я не люблю искать, когда уже нашла.

Я промолчал, потому что спорить было бессмысленно, она была права, и мы оба это знали.

Она отошла к столу, достала небольшую записную книжку и начала что-то подсчитывать, водя пальцем по строчкам и шевеля губами, считая про себя.

— Материалы, — начала она деловито, словно говорила не со мной, а сама с собой, подводя итог вычислениям. — Жилка, десять штук по десять медных, это серебряная монета. Гранит речной, восемь штук по два серебра, шестнадцать. Наконечники железные, пятьдесят штук, это ещё два серебра за партию, потому что я покупала оптом у кузнецов. Краска, бумага для упаковки, посыльные, это ещё половина серебрянного, округлим до одного. Итого девятнадцать серебряных на материалы, которые ушли в работу.

Я кивнул, следя за её подсчётами и понимая, что моя прикидка про семьдесят-восемьдесят серебряных чистой прибыли была слишком оптимистичной, потому что я, конечно, учитывал долю за посредничество, но не учитывал стоимость самих материалов, которые, как оказалось, были не такими уж дешёвыми, особенно гранит, который тянул на две трети всех расходов. Хотя возмущаться за жилку хотелось, ее под ногами тут валяется тоннами, ну и пусть она обработана.

— Фонари двадцать четыре, барьеры тридцать пять, камни сорок восемь, стрелы один, итого сто восемь серебряных монет за весь товар. Минус девятнадцать на материалы, остаётся восемьдесят девять. Делим пополам, потому что я беру на себя продажу, поиск покупателей, риски и всё остальное, что с этим связано. Тебе сорок четыре с половиной серебра.

— Выглядит это так же, как твоя продажа с скидкой. — откровенно признался я что не слишком доволен.

— Милый, — улыбнулась девушка. — Я предложила тебе возможность заработать, сидя в безопасном месте на заднице и делая достаточно простые вещи. Всё остальное тоже занимает приличное количество времени. Если бы я не знала людей, которые возьмут этот заказ, мы могли бы искать канал сбыта несколько дней. А так, ты потратил меньше суток времени, чтобы его закрыть, хотя сроки не горели, мог бы спокойно растянуть на пару дней, вышло бы так же и без проблем. А сейчас тебе нужно спать, медитировать и восстанавливаться. Это гораздо дороже. Так что, работаем дальше?

— Я не считаю, что это честно, но у меня есть контрпредложение. — ответил я. — Ты хорошо заработала на мне сегодня. А я хочу завтра поглотить ядро духовного зверя. И мне нужны твои пилюли, и всё, что поможет мне переварить его быстро. Как насчет такой сделки? Мы продолжаем работать, если ты даешь мне возможность сделать то, что я хочу.

— Хитрый. — нахмурилась Лю. — Но я помогу. Пилюля Костного перехода будет стоить для тебя сотню серебра. Это минимальная цена, на которой я почти не заработаю. Дешевле продать я не могу. Но дальше мы продолжаем работать. И уже ты выполнишь кое-что для меня.

Мой разум лихорадочно взвешивал риски. Сто серебра — огромная сумма, но это повиснет на мне очередным долгом. Тем более, там же не только пилюля, там нужны ещё и отвары и прочее, так что итоговая сумма будет значительно выше. Не люблю быть должным. А особый заказ — это всегда или очень опасно, или очень сложно, или и то, и другое вместе. Но возможность сделать рывок вперёд, усилить себя здесь и сейчас, не теряя недели на сборы… Эта возможность манила.

Этот мир уже не раз показывал мне свой оскал. Без личной силы я обречён прозябать на задворках, ожидая момента, когда за мной придёт кто-нибудь