испытывала восторг, он угасал по мере того, как росло беспокойство по поводу предстоящей задачи. Есть у нее степень или нет, маловероятно, что в Королевскую коллегию хирургов ее примут просто так.
– О чем ты думаешь? – Дэниел поднял глаза от пергамента, встретился с ней взглядом и добавил: – Доктор Биди.
– Мне нравится, как это звучит. – Она подошла ближе.
Сзади раздался кашель, больше похожий на грохот колес почтовой кареты на плохой дороге. Нора обернулась. Гарри прислонился к дверному косяку, ухмыляясь, как пятилетний ребенок.
– А Хорас знает, что вы пользуетесь его лабораторией, чтобы потискаться?
Дэниел поморщился.
– Что это вообще значит?
– Ты же умный человек. Сообрази. Я это словечко у вашего американского студента Джефферса позаимствовал. – Шотландец подмигнул. – Точно подмечено, не правда ли?
Нора закатила глаза.
– Я советуюсь с Дэниелом по поводу стратегии. К тому же где и с кем тискаться – это мое личное дело, а не Хораса.
– И не твое, – добавил Дэниел.
– Что не мое дело? – Крофт, чей слух явно не пострадал от апоплексического удара, протопал по коридору и пропихнулся мимо Гарри, одарив всех свирепым взглядом. Хоть профессор и смирился с необходимостью принять Тримбла в дом, но, утешая самолюбие, все равно делал вид, будто злится. Трость, которую Нора навязала наставнику, он просто держал в слабой левой руке, правой рубя воздух и повторяя свой вопрос. М-да, тихая беседа один на один с любимым явно не задалась.
– Полагаю, теперь нашу встречу можно назвать заседанием комитета. – Нора вздохнула. – Входите оба.
Гибсон поймал ее взгляд и усадил Хораса в кресло.
– Сейчас речь не о практике или леди Вудбайн, – начала Нора. – По крайней мере, не напрямую. Мне нужно продумать, как подать заявление на получение английской лицензии. Я могу вручить его архивариусу коллегии, но боюсь, как бы он не вспомнил мое имя и обстоятельства, которые вынудили меня уехать из Лондона.
– Почему бы тебе тогда не подать сначала заявление в одном из графств? – предложил Крофт. – Может, в Хартфордшире? У них штат невелик.
Лондонские хирурги весьма жестко отказывали врачам из провинции, хотя сами позволяли себе широко практиковать за пределами своей юрисдикции; тот же Хорас, например, разъезжал по богатым пациентам, не задумываясь о географии.
– Если уже есть лицензия в каком‐нибудь графстве, зарегистрироваться в Лондоне будет проще, – согласился Тримбл.
– Я не могу работать в графствах, – заявила Нора. – Я нужна здесь.
– Тогда, значит, только Лондон. – Гарри пожал плечами. – Мы не узнаем, что будет, пока не попробуем. Дэниел, Хорас или я можем дать тебе рекомендацию. Если откажут в коллегии хирургов, попробуй обратиться в Гильдию аптекарей.
Нора постучала пальцем по пергаменту.
– Если меня порекомендует кто‐то из вас, архивариус точно вспомнит, кто я такая.
Крофт нахмурился.
– Полагаю, есть и другие доктора. Томпсон, например. Кажется, ты ему очень нравишься, но…
– Но на самом деле их отзывы не имеют значения, – перебил Гарри. – А разве не подойдет, если врача по имени Элеонора Биди продвинет сама королева?
Нора видела, что шотландцу этот вариант не нравится, но остальные даже не решились его предложить.
– Именно к такому выводу я и пришла. У меня ведь есть рекомендация от профессора Перры. – Здесь, в светлой лаборатории с латунным микроскопом и полированными столешницами из мыльного камня, Перра вспоминался скорее плодом воображения, чем реальностью. – Я прежде никогда не думала об этом, но… – Нора огладила юбку и подняла глаза на Дэниела. – Он ведь так и не написал мое имя полностью. Даже в дипломе. Там указано просто «Э. Биди».
Гибсон подошел ближе и, нахмурившись, снова принялся изучать бумагу.
– Странно. Почему…
– Умно, – хмыкнул Хорас, не вставая со стула.
– Понимаете теперь? – спросила Нора. – Ни в одной здешней гильдии не ждут, что женщина получит в Италии медицинскую лицензию и подаст заявление. Может…
– Хитрый трюк, – злобно ухмыльнулся Гарри. – Лучше просто некуда.
– А сработает? – спросил у него Гибсон. – У нее же могут отозвать лицензию, когда узнают.
– На разбирательства уйдет много времени, – возразил Тримбл. – Гильдии и коллегии постоянно выясняют отношения друг с другом. Если я напишу еще одно гневное письмо, осуждающее шарлатанов и призывающее ужесточить контроль управления или принять новый парламентский акт…
– Зато, когда нужно оштрафовать или наказать тех, у кого нет квалификации, у руководства всегда находится время, – заметил Дэниел.
– Но у Норы‐то есть квалификация, – пожал плечами Гарри.
– Ей все равно нужна рекомендация, – заявил Хорас. – И дать ее должен ты, Тримбл. – Глаза у старика засверкали. – Никому и в голову не придет, что ты помогаешь женщине, которую сам же злонамеренно подвел в порыве эгоистичной трусости.
От такого неожиданного пинка Тримбл закатил глаза, но Нора успокоила его мягкой улыбкой.
– Есть и другие гильдии. Аптекарские, наверное, будут менее строгими. Подай заявления в несколько таких гильдий, а не только в коллегию хирургов, – предложил Дэниел.
Нора задумалась. Действительно, существовали и другие гильдии по различным медицинским специальностям (которые, как отметил Тримбл, постоянно ссорились между собой), где не всех кандидатов проверяли так тщательно, как у хирургов. Гораздо проще зарегистрироваться обычным врачом или аптекарем, что, по крайней мере, даст ей возможность практиковать.
– Если выберешь другую специальность, не уверен, что у тебя не попытаются отобрать лицензию хирурга, но тогда руководители коллегии выставят себя дураками, а в газетах всякие женские группы станут клеймить их позором, – заявил Крофт.
– Итак, решено? – спросил Дэниел. – Пытаемся разыграть карту троянского коня: принимают доктора Э. Биди, а получают Элеонору.
Нора кивнула, чувствуя, как у нее сжимается сердце и кружится голова.
– Сейчас напишу рекомендательное письмо, – заявил Гарри, вставая.
Нора принялась собирать свои драгоценные бумаги, а Дэниел присматривал за Хорасом, который пока еще двигался неуклюже.
– Пусть Гибсон напишет твое заявление, – продолжил Тримбл, добавив с ухмылкой: – Оно должно быть написано мужской рукой, но сойдет и почерк Дэниела.
Нора рассмеялась. После нее у Дэниела был лучший почерк из всех присутствующих.
– У меня он, по крайней мере, разборчивый, Гарри. Может, Джулии тоже стоит переписать твою рекомендацию? – отбил шутку Гибсон.
– Превосходная идея, – согласился Гарри и сделал вид, что диктует вслух: – Доктор Биди человек странной наружности, но прилежный.
Нора велела бы ему прекратить, если бы не сложилась пополам от хохота.
– Просто заставь их меня принять, а написать можешь что угодно.
– Пожалуй, такая рекомендация от Перры – весьма удачный ход. Или изрядная доля предусмотрительности с его стороны, – заметил Дэниел, когда Гарри и Джулия отправились относить рекомендацию в контору архивариуса, а Хораса с невероятным трудом уговорили отдохнуть наверху. Нора беспокойно пальцами барабанила по столу. Гибсон взял девушку за руку и пальцами в чернильных пятнах провел по ее костяшкам.
– Я удивилась, что он дал мне рекомендацию, – призналась она почти
