Н.Г. Кузнецова на совещании 13 июля не заканчиваются. Дело в том, что в своих посмертных мемуарах «Крутые повороты» Н.Г. Кузнецов неожиданно начинает вспоминать о том, чего с ним не было...
Из книги мемуаров «Крутые повороты»: «Новый очередной крутой поворот совершился летом именно этого года. Мне пришлось лететь из Владивостока в Москву на доклад министру ВМФ И.С. Юмашеву. Едва вернувшись, снова был вызван на военный совет ВМФ, и вылетая из Владивостока, гадал о причинах срочного и вторичного вызова. Как всегда, делая одну ночную остановку в Новосибирске, я около 11 часов по московскому времени, кажется 13 июня, приземлился на флотском Измайловском аэродроме. Уже в гостинице от москвичей узнал, что что-то готовится относительно И.С. Юмашева. Через несколько дней в маленьком зале Кремля, где обычно проходили не очень многолюдные совещания старших руководителей, было собрано Политбюро ЦК под руководством Сталина. На этом совещании моряков Сталин сидел в стороне. Председательствовал Маленков. Предложили всем командующим флотами высказаться о делах в ВМФ. Я понимал, что мне, бывшему наркому, надлежит серьезно подготовиться и продумать свое выступление, и потому записался для выступления только на следующий день. Выступил. Ни слова по адресу И.С. Юмашева, что считал при всех обстоятельствах неприличным, а ограничился общими флотскими недостатками, требующими помощи Сталина. Сталин, не проронивший ни слова, что-то писал на бумаге, не прерывал меня. Нас отпустили. Сталин только сказал, что «Юмашев пьет», и предложил подумать о его замене. Все ждали указаний свыше. На следующий день собрались уже в другом помещении (кажется, в кабинете Маленкова), и на вопрос, что мы надумали, естественно, никто не ответил. Тогда председатель взял слово и сказал, что они на Политбюро обменивались мнениями и решили «вернуть Кузнецова». Признаться, этого я никак не ожидал! Возражений не было.»
В данном отрывке речь однозначно идет о совещании 13-16 июля (в мемуарах указано 13 июня), так как других подобных совещаний, с участием и членов Политбюро, и руководства ВМФ в 1951 году просто не было. Дальше все еще более странного. Если в протоколе совещания значится, что его вел И.С. Юмашев, а выступал больше всех Сталин, который, при этом (по словам Н.Д. Сергеева) все время ходил и ни разу не присел, то у Кузнецова Сталин «сидел в стороне», а всем заправлял Маленков, который (если судить по протоколу) вообще за две ночи заседаний не проронил ни слова. И как быть с заявлением Н.Д. Сергеева, что Н.Г. Кузнецова на совещании не было, а свои тезисы он передал военной почтой? Значит кто-то из двух откровенно врет? Но Сергеев не может врать, т. к. именно он протоколировал все совещание, затем его оформлял и подписывал. К тому же документальн ым подтверждением его слов является сам протокол. Получается, что обманывал Кузнецов? Но зачем?
Что касается автора, то у него есть своя версия произошедшей нестыковки. Как мы уже говорили, относительно посмертных мемуаров всегда есть определенные сомнения, что их пишут некие посторонние люди, в лучшем случае наследники, присваивая номинальному автору свои мысли. Скорее всего именно так получилось и в нашем случае. Будучи на пенсии, Н.Г. Кузнецов что-то рассказывал домашним о совещании 13 июля 1951 года, не посвящая, однако, в детали. А так как сыновья Кузнецова ничего не знали о «красной папке» и не удосужились выяснить обстоятельства совещания 13 июля 1951 году у еще живого Н.Д. Сергеева, то и сочинили совершенно фантастическую историю с присутствием отца на совещании. Отсюда и выдумка о Маленкове и о «сидящем в стороне» Сталине и то, что совещание проходило днем, а не ночью и то, что собирались всего два раза, а не три, как написано в мемуарах. После этого возникает законный вопрос, а можно ли вообще после этого верить мемуарам «Крутые повороты» и всему тому, что написано там от имени Н.Г. Кузнецова о И.В. Сталине?
И еще один нюанс, о котором поведал мне адмирал флота Н.Д. Сергеев. Уже под конец совещания Сталин остановился и, показав жестом Сергееву, чтобы тот ничего не записывал, в нескольких словах поведал участникам совещания, что в скором времени у СССР появятся подводные корабли с принципиально новыми двигателями небывалой мощности. По словам Сергеева, именно тогда он впервые услышал о будущих атомных подводных лодках... В протокол совещания данная информация Сталина, в силу своей строжайшей секретности, разумеется, не вошла.
Итак, перед нами та самая неизвестная «красная папка», которую я буду цитировать с некоторыми отступлениями и разъяснениями.
* * *
Экз. № единствен.
Военно-морское министерство СССР
Протокол № 5 заседания Главного Военно-Морского Совета
13 июля 1951 года г. Москва
23 час. 00 мин. Кремль. Зал заседаний Политбюро ЦК ВКП/б/.
Присутствуют: товарищ Сталин, товарищ Молотов В.М., товарищ Маленков Г.М., товарищ Берия Л.П., товарищ Булганин И.А., товарищ Каганович Л.М., товарищ Микоян А.И., товарищ Хрущев Н.С. и товарищ Пономаренко П.К.
Адмиралы - Юмашев И.С., Головко А.Г., Захаров С.Е., Абанькин П.С., Андреев В.А., Басистый Н.Е., Левченко Г.И., Платонов В.И., Харламов Н.М.; вице-адмиралы - Кузнецов Н.Г. (заочно - В.Ш.) и Байков И.Н. Маршалы Советского Союза - Василевский А.М. и Соколовский В.Д., генерал армии Штеменко С.М., генерал-полковник Москаленко М.И., вице-адмирал Виноградов Н.И., инженер-генерал-лейтенант Комаров Г.П., генерал-полковник авиации Преображенский Е.Н., контр-адмирал Сергеев Н.Д.
Председатель - адмирал Юмашев И.С. Секретарь - контр-адмирал Сергеев Н.Д.
Заседание Главного Военного Совета Военно-морского министерства СССР в документе обозначено, почему-то, как Главный Военно-Морской Совет. Оно отличалось от других, прежде всего, составом участников и обсуждаемыми вопросами. Кроме членов Политбюро ЦК ВКП(б) на нем по решению И.В. Сталина присутствовали руководители Военноморского и Военного министерств, командующие флотами. ВМФ представляли: И.С. Юмашев (военно-морской министр СССР), А.Г. Головко (первый заместитель военно-морского министра, начальник Морского ГШ), С.Е. Захаров (начальник Главного политического управления, член Главного военного совета Военно-морского министерства), П.С. Абанькин (заместитель военно-морского министра по кораблестроению и вооружению), В.А. Андреев (командующий 4-м Военно-морским флотом на Балтийском море), Н.Е. Басистый (командующий Черноморским флотом), Г.И. Левченко (заместитель военно-морского министра, главный инспектор ВМС), В.И. Платонов (командующий Северным флотом), Н.М. Харламов (командующий 8-м Военно-морским флотом на Балтийском море), И.И. Байков (командующий 7-м Военно-морским флотом на Тихом океане).
Как рассказывал адмирал флота Н.Д. Сергеев, И.В. Сталин решил начать заседание в 23 часа 13 июля 1951 года в зале заседаний Политбюро ЦК ВКП(б) в Кремле. Председателем на нем должен был быть военно-морской министр адмирал И.С. Юмашев, а секретарем - вице-адмирал В.А. Фокин, но по состоянию здоровья он не смог присутствовать на совещании. Поэтому Н.Д. Сергеев, как заместитель В.А.
