же был её шок, когда Елена узнала, что Александр в больнице. Не медля ни минуты, она побежала к нему. На сестринском посту девушка узнала, что парень очень и очень плох, и что ему осталось совсем немного времени жить — сердце отказывало! Единственное, что могло его спасти — это срочная пересадка жизненно-важного органа. Но на донорское сердце была большая очередь. Как оказалось, такая операция была очень многим нужна. Но разве о других думала в этот момент девушка? Её любовь, её жизнь могла умереть со дня на день.
Елена провела не один час в больнице, насмотрелась на больных, на плачущих родственников. Решение было принято почти сразу. Она понимала, что её любовь была только её, что Саша никогда не признавался ей в своих чувствах, что постоянно использовал её, что играл с ней, как с собачкой. Но она-то любила его всем сердцем, всей душой! Она не могла представить себе жизни без него. Да и для чего ей жить? А так, хоть поможет.
Елена попросила у медсестры два чистых листа бумаги и ручку. Два письма двум разным людям. Пальцы дрожали, слёзы застилали видимость, но она писала. Писала то, что считала очень важным, необходимым и срочным. Сложив оба письма так, чтобы не было видно содержание, девушка сверху указала имена, кому они были адресованы. Первое она отнесла медсестре и дрожащей рукой положила на стол, а второе забрала с собой. Сидя на лестничной площадке под самой крышей, там, где никто не ходит, Елена ещё раз перечитала своё послание и беззвучно зарыдала.
* * *
— Твою ж мать! Какого ты молчала, дура?! — набросился на перепуганную медсестру лечащий врач Фролова.
Он со скоростью спринта побежал в указанное на письме место. По пути он костерил на чём свет стоит безмозглую медсестру, которая отдала такую важную информацию строго в указанное время. Врач молил Бога, чтобы успеть, но… опоздал.
Девушка была ещё тёплая, хотя пульс уже не прощупывался. Он прямо там, на месте, пытался вернуть дурёху к жизни, но всё тщетно. Девушка была мертва. Увы. С неимоверной горечью врач готовился к срочной операции. Как профессионал он обязан был спасти пациента, но как же желал, чтобы донор была жива.
* * *
Фролов очнулся в больничной палате, совершенно не понимая, как сюда попал. Он вообще плохо помнил, что с ним творилось последнее время. Взгляду предстали ещё три койки с такими же пациентами, как и он. Двое спали, а один, тоже молодой парень, с интересом листал страницы в сенсорном телефоне.
— Привет, — сказал Александр парню.
— Привет. Очнулся? Как себя чувствуешь? — поинтересовался тот, откладывая телефон и обувая тапочки.
— Да хрен знает как. Пока не понял, — искренне ответил прооперированный.
— А-а, ну это ничего. Ещё сообразишь, — усмехнулся парень и пошёл на выход из палаты. — Кстати, для тебя там письмо на тумбочке.
Александр повернул голову и увидел аккуратно сложенный лист с его именем крупными буквами. Протянув руку и раскрыв его, Фролов не сразу смог прочитать до конца. Комок подступил к горлу, слёзы душили. Он ударил сжатыми кулаками о постель и завыл, проклиная себя. Белый лист с потёкшими местами буквами упал на пол. Ленка, эта глупенькая дурёха Ленка, в этом письме просила его ценить жизнь, просила одуматься и начать новую жизнь без наркотиков. Она просила прощения, что не смогла вовремя помочь ему, но оставила напоследок самый дорогой подарок. Она смогла отдать свою жизнь за него.
Она подарила своё сердце — любви бесценный дар.
Примечание
Рассказ написан под впечатлением песни, строки из которой приведены курсивом — Светлана Копылова "Сердце".
Конец.
