за квартиру платить, то за газ-свет, а нынче одно выпускное платье стоит, как моя месячная зарплата на заводе…
В кабинет входят доверенные лица в сопровождении членов избирательной комиссии Утрускиной и Котовой. Увидев их, Сволокова быстро ретируется.
Костромина пытается что-то сказать ей вдогонку, но та не обращает на ее жест никакого внимания…
Костромина: Заходите, господа. Присаживайтесь, попейте чайку с вареньем. Отдохните…
Пустовато: Мы вам не господа, Виктория Сергеевна! Мы все товарищи. Товарищи по несчастью. Это дерь-мократы господа! Рыжий Чубайс да Гайдар с Ельциным…. Жопа голая, а туда же, в господа!
Глушко: А что, только чай? На улице прохладно…может, кто рюмочку нальет?
У тру скина: Конечно, конечно, а как же. Сейчас и нальём. Хватит вам ругаться, Захар Сергеевич. Нам ещё весь день друг возле друга сидеть. Давайте не портить настроение друг другу.
Сидягина: Действительно! Ну, чего сразу заводиться! Понятно, что Чубайс – это сволочь, страну распродал олигархам, но столько лет уже прошло. Пора привыкнуть.
Пустовато: Я давно привык. Только вот мой карман никак привыкнуть не может…
Утрускина: Давайте сменим тему разговора. Надоела политика. Мы люди простые. Нам бы хлеб был на столе да кусок колбасы в холодильнике. И ладно… (Наливает принесенную Костроминой водку в маленькие стаканчики). Лучше садитесь ближе к столу и давайте выпьем. Для сугрева, так сказать.
Наблюдатели, все как один, потянулись за стопками. Взяли в руки рюмки, улыбаясь друг другу, чокнулись и выпили.
Утрускина: Другое дело, а как нас называть, господа или товарищи, так это кому как удобно. По мне, так уж лучше женщину сударыней называть. Очень слово нравится. Русское слово, красивое.
Сидягина: Вот за что я Вольфовича уважаю? За его прямоту. Скажет, как отрежет…
Пустовато: В карман тащит тоже не криво. Орет, как белый медведь в теплую погоду. Слушать тошно, а Кремлю все одно прислуживает. Холуй! Сколько вам дали сегодня за работу? Молчите? Небось по пятихатке отвалили, а наша коммунистическая партия – она партия бедных! Мы бесплатно работаем. За идею. Чтобы власть в стране выборы не сфальсифицировала.
Глушко: Да ладно вам, Захар Сергеевич. Мне, например, дали сто рублей и сказали, что на избирательном участке накормят и напоят. Есть такая установка. Вот и вся премия. Да разве для денег мы собрались в этот день? Впервые в стране преемственность вертикали власти просматривается, а вы, как западные спецслужбы рассуждаете. Или хуже того: как нанятые Вашингтоном общественные правозащитные организации. Мы наблюдаем…
Пустовато: Всю страну пропьете, таким-то вот образом наблюдая.
Глушко: Эх, Ирина Даниловна! Да не сердитесь вы на него. Он пенсионер. Его песенка спета. Вот он и ворчит. Какая разница, кто победит на выборах? Не вижу разницы. Чем чаще выборы, тем власть больше народу помогает, а будет там сидеть Жириновский, допустим, иди Зюганов, ничего не изменится. Для всех не хватит. Власть она для того и власть, чтобы в свои карманы класть. Пенсии и зарплату регулярно повышают? Повышают! Нам дают манёха приворовывать? Дают! И ладно. Давайте выпьем ещё по рюмочке, а то что-то чайку захотелось.
Колоткин: Долго молчал, но как правящая партия могу сказать, что не правы вы! Путин страну поднял с колен, а Медведев его помощник. Вместе они сделают нашу страну великой державой! С нами будет считаться весь мир!
Сидягина: Вот уж здесь не стерплю! Скажу, что ерунда это все. Некому страну великой делать. Поздно, батенька, очухались. Народец-то русский не жалели. Думали, бабы будут рожать детей, как при Столыпине? Ну, уж дудки! Народ не обманешь. Сколько ни кричи «Халва!», во рту слаще не станет. Это ж надо – 6 миллионов бомжей по стране бродит. Из них полтора миллиона – дети. Тьфу! Алкаши, бомжи, наркоманы и отмороженная молодежь. Нефть кончится, и улетим в трубу…Великая Россия. Бред…
Колоткин: Пораженческие настроения у вас, Ольга Александровна. В страну надо верить!
Варенье подайте, пожалуйста. Говорят, клубничное…
Действие четвертое
11.45. Зал для голосования. Играет музыка радио «Ретро». Кроме членов избирательной комиссии и представителя администрации района никого нет.
Сволокова: Виктория Сергеевна, доложите. Время у нас с вами есть. Наблюдатели за столом чай пьют. Твоя Утрускина просто красавица. Заговорила коммуниста напрочь. Представляешь, спросила про внуков. И поплыл наблюдатель. Час рассказывает о своем внуке. Забыл, куда пришел. Остальным того и надо. В зале голосования холодно и скучно. Народ идет в час по чайной ложке, а перед самоваром да за хорошей беседой, чего не сидеть. Эх, сама бы расслабилась, кабы не долг перед родиной.
Костромина: Заготовленные списки с паспортными данными я, Нина Петровна, для скорости обработки распределила поровну между членами избирательной комиссии. Они за час внесли их в список для голосования и расписались за получение бюллетеней. Ямщиков обещал засунуть в ящик ещё сто пятьдесят голосов за Медведева…. Ямщиков! Виталий Петрович! Засунули!
Ямщиков: Запихнул практически. Ящик полный. Пришлось попотеть! А как же! Мы свою работу помним. Нам напоминать не надо. Рабочие люди, они ответственные, Виктория Сергеевна. Надеюсь, заслужили в обед по рюмахе!
Сволокова: Обед – да! Рюмаху – нет! Я распорядилась, чтобы в случае выполнения плана голосования вам привезли десять бутылок водки, женщинам – красного вина и три шампанского. Все после подсчета голосов. Смотрите у меня! (Оборачивается к Костроминой). Под вашу ответственность, Виктория Сергеевна! Я на доклад к главе района и пулей назад. Заодно и перекушу в столовой администрации. С утра маковой росинки во рту не было.
Сволокова торопливо собирает со стола исписанные листы бумаги и уходит, покачивая крутыми бедрами.
Чугаева: Ишь, как вышагивает! Словно на подиуме модель. Наберут же в администрацию баб. Ни ума, ни мозгов, а жопой крутит, и смотри – работает. Командует нами.
Костромина: Ты, Эльвира Набиуловна, прекрати районную власть критиковать. Не ровен час, услышит кто!
Чугаева: Так ведь все свои?
Костромина: Мне, может, тоже много чего не нравится, а только власть нынче такая, что не поспоришь. Как сказали, так и сделай. Хоть застрелись, а сделай. Капризы одни. Раньше были скромнее, а теперь ничего не боятся. Хотя нет! Боятся – выборы провалить. Для них это самое главное. Я была на инструктаже в ЦИКе области. Так там с нами не церемонились. Открыто сказали, что области и республики нашей страны соревнуются в процентах, кто больше за Медведева проголосует. От результатов, мол, и деньги области пойдут соответствующие. Вот чего руководство области боится. На остальное наплевать. Я, дурра, спросила, как быть с законом о
