Нина Искренко - 151 стихотворение

мы пели танцевали
и кто-то траванул
пришел милиционер
кого-то там забрали
мы к Пушкину пошли
а по дороге ветер
и кто-то там не вытер
слезу — и гул земли
как чайник или птица
не вытерпел в кустах
а по дороге — ах
пришла пора прощаться
пришла пора прощаться
и на дороге — ах
мы стали угощаться
и уронили двух
мы уронили где-то
достоинство и честь
и остальную часть
и ум и где-то совесть
и легкие и пульс
и семена и завязь
и легкие на зависть
взлетели до небес
по миру разошлись
рассыпались
распались

в каком из пяти любимейших мной положений
вы желаете нюхать розы? в девятом? отлично
тогда отпустите горничную — скажите что все оплачено
и предадимся скорее труду не оскорбляющему скрижалей

мы будем нюхать сначала только в отдельных точках
не стачивая резцов и циркулем пренебрегая
медля — почти не дыша — почти вслепую
приберегая волнение допустимое лишь на скачках

от качества вздоха зависит и концентрация неги
в каждой отдельной струйке или лучше сказать флюиде
и то как покалыванье ощущаешь сквозь платье
еще и не видя ни роз ни шипов а только босые ноги

пещерные своды стоп замыкающих вздорное яблоко
которой из трех небожительниц от ревности безутешных
впору оно придется? и сколько сынов желтушных
вытошнит на обломках крепости шлемоблещущего гемофилика

лики — алый и белый — хронический антагонизм подобья
вздыбленный бархат хриплый фолликулярный ангел
бутон набухает в горле карлик выдаивает фурункул
реки сливаются в термос герметично хранящий торжественное безрыбье

раз уж пришли так пойте — нюхайте эту копоть
роза была землею пока слово было у Бога
и за свою убогость и за никчемность бега
в благоуханье зигзага — за это нельзя не выпить

раз уж пришли так пейте — нюхайте землю ибо
розы вымерли ночью еще в позапрошлом столетье
на этой планете остались только криптон да литий
имитирующие трение мягких тканей за дверями ночного клуба

Что-то ужасное льет из пакета
дева прекрасная с сыром в руке
смотрит потупленно как напрягаясь к прыжку
мраморный кот караулит в кустах голубиное стадо
Мраморный лев караулит у портика стадо эстетов
Дева прекрасная с тазом округлым потупленно жаждет
Пьяный философ пытаясь нашарить под тогой
промазывает уже трижды
Тучная жаба погано дыша еле тащит бурдюк
изнемогший от родов и ядов
Мальчик кудрявый кормя на лету голубей из рогатки
звонко смеется пока не уступит в потемках сатиру
Дева прекрасная вдаль понесет свою полную бремени тару
Пьяный философ все шарит под тогой
не в силах осмыслить дурацкой Приаповой шутки
Шатким ступеням не вынести жадности всех содроганий
всех резонансных явлений в пружинно-заряженном теле
Так разрывает скалу раскалившихся недр клокотанье
если конечно не лупит по ней молотком
какой-никакой до предела отвязанный гений
Гибельный знак привлекает ворон и натурщиц
Дева прекрасная сыром смутилась тугим и вспотевшим
Что-то ужасное льет на траву молодой жизнелюбец
нежные тонкие руки свои на себя наложивший

первая жена
была у него одна
вторая жена
выбила ему два окна
и вставила три зуба
после чего чмокнула его в лоб
сказала — не скучай голуба
и отчалила едва жива
на курильско-японские острова
третья была обыкновенная баба
отличница красавица-каторжанка из песни
прикованная золотой цепью
к свинцовой авоське
четвертая все требовала виски
а выпив денатурату
требовала вернуть ее в Саратов в Сорренто
а потом
в Монте Карло и на инаугурацию в Белый Дом
с большим трудом
в качестве компенсации
он въехал с ней вместо белого дома в желтый
где и нашел-таки
возможность обменять ее на пятую жену
из персонала
через которую чуть сам не отошел ко сну
от чрезмерной дозы интернационал-глюкозы
которую та забацала ему от избытка чувств
в общем проснулся — ни кола ни двора
и от жены один начес остался
ну хорошо думает погодите суки
и тут же взял шестую — на поруки
а у той шестой уже были три ходки
в Тулу и в Воронеж
и два привода в Париж
друзья как увидели
ну говорят с этой ты погоришь
и точно
лишь утро осветило его синюю верхушку
она немотивированно подожгла подушку
а через некоторое время выпрыгнула с балкона
но в последний момент была поймана за руку
своим семидесятидвухлетним сыном
и без видимых повреждений
приземлилась на пятый этаж
он вспоминал впоследствии этот абордаж
как ровный шум на ровной ноте
трясясь в прокуренной карете
сквозь полуветер полушквал
когда карет на страшном склоне
копыта на фиг оторвал
от твердой почвы и нечаянно устремился
в манящую и полную загадок вышину
он вдруг увидел свою седьмую жену
на какую-то долю секунды мелькнул
ее интригующий профиль
на эскалаторе метро
и тут же что-то эксклюзивно острое
вонзилось ему в ребро
скорее надфиль чем бес
но и без
какого бы то ни было оперативного вмешательства
он уже буквально сваливался с небес
в помойную яму собственного воображения
съежившись как от холодного душа
или шуршащего под ногами инея
онемев от понимания
того очевидного факта
что никакая жена
ему в сущности не нужна
а нужна ему только легенда и мировая слава
легенда вздохнул он и провалился с головой
в вечный покой
и проваливаясь
случайно взглянул на свою соседку справа
и случайно взглянув на свою соседку справа
он не удержался и снова женился
а женившись продолжал проваливаться
и вертеть как метроном головой по сторонам
вздыхать и думать про себя
Господи прошу тебя
ты только ничего не говори
мне ублюдку
а просто возьми да и отвори — ну
отвори
потихоньку
калитку

одна девочка ушла из дома в лес
в лесу она заблудилась
и стала искать дорогу домой
да не нашла
а пришла в лес к домику
а в этом домике
никто-никто не жил никогда
а жила в нем только Синяя Борода
она увидела девочку и закричала
стой ты куда
иди ко мне — садись на стульчик
ложись на кроватку
я расскажу тебе сказку про короля и колбаску
и потрепала девочку по подбородку
и так протрепались что-то около года
благо была хорошая погода
дожди да ураганы — вьюги да морозы
так что никакой всесоюзный розыск
не собрал ни костей
ни других обнадеживающих новостей
только ранней весной
когда в лесу появляются первые проталинки
и робкие подснежники
подставляют свои еще не затраханные
истинными любителями природы белые головки
долгожданным солнечным лучам
почудилось лейтенанту дежурной части Булавкину
что вроде как кто-то закричал
причем не так как кричат лесные твари
дезертиры или рецидивисты
или иные выразители народного протеста
а так как кричит огородное пугало
без имени и отчества
перед тем как обогатить свою память
знанием всех богатств
которые выработало человечество
лейтенант Рогаткин не знал еще тогда
природы этого необычайного явления
взбудоражившего не одно молодое поколение
но как-то интуитивно понял раз и навсегда
что это кричит с и н я я б о р о д а
и ушибленный этой страшной догадкой
лейтенант Саперлопаткин
стал ощупывать как дыню
лицо свое
все вдруг как-то посиневшее
и залохматившееся в ладонях
не по уставу обильно и буйно
спокойно — сказал себе лейтенант
спокойно Штырьков —
добавил он преодолевая
внезапный и беспричинный страх
кажется противник у тебя в руках
и как бы ни было тебе от этого противно
пойди и загляни
в зеркало заднего обзора на своем мотоцикле
оставленном в зарослях дикой малины
и он пошел и увидел блин
вместо зеркала какое-то объявление
текст которого был настолько мелкий
что его невозможно было разобрать
в отчаянии лейтенант Новометелкин стал его отдирать
и отдирал до самого ужина
пока не обнаружил под ним замочную скважину
к которой и прильнул чисто рефлекторно
хотя это и противоречит правилам
хорошего ментовского тона
но к такому количеству противоречий
полагался еще и окровавленный ключик
вставленный естественно с противоположной стороны
так что лейтенант Буравчиков
у которого от нервного напряжения
отчасти лопнули фирменные форменные штаны
напрасно ожидал увидеть внутри
памятную с детских лет
камеру следственного изолятора
и сидящего в ней в неприглядном виде
кого бы вы думали?
вот-вот — Самого
самого несчастного автора
всей этой допотопной истории
напрасно ибо он увы
отнюдь не выглядел таким уж несчастным
сидя в это время в пиццерии
в компании своих очаровательных персонажей
обоего пола
постоянно поддерживающих его боевой дух
и кренящееся стропило
сидел и балдел — балда балдой
со своей синей бородой
красным носом
желтым билетом
под черным пистолетом
и зеленым огоньком
сидел и рассказывал знакомым и незнакомым
в 1991-й раз
о том как одна девочка
. .
(вышла из рядов КПСС)