дешёвый блеск глядим.
За копейку ум и душу каждый тут продать бы рад.
Дух грязнится наш, а совесть почитается за бред.
Почему ж для тела – баня, а для духа бани нет?
Жениться – много думать не годится
(Из Иванова-Классика)
– Друг, посоветуй от души и честно:
Я нынче присмотрел себе невесту.
Что скажешь ты, когда бы мне жениться,
Устроиться как все, остепениться?
– Конечно, друг, женись без муки лишней,
Да ниспошлёт тебе любовь Всевышний!
– Так думаешь? Оно, быть может, так, конечно,
Когда бы дело обошлось успешно.
Жениться – ведь хлопот не оберёшься,
Как с ней потом, шайтаном, разведёшься?
Навеки связан по рукам-ногам. Напрасно
И глупо это: нецелесообразно.
– Так не женись, когда так глупо это,
И не проси ни у кого совета!
– Да так-то оно так, но, к горести великой,
Не быть бы ей такою луноликой!
Как ангел, улыбаясь пред тобою,
В объятия твои бросается стрелою.
Как можно всё стерпеть и не жениться?
Женюсь, смогу, быть может, насладиться.
– Тогда женись без робости и страха,
Да будет милость над тобой Аллаха.
– Так думаешь? Оно, быть может, так, конечно,
Когда бы дело справилось успешно.
Но если женолюб, красавец первый,
Мою дорогу перейдёт соперник,
Которого моя жена полюбит,
И в месяц все труды мои погубит?
– Так не женись, когда опасно это,
И не проси ты у меня совета!
– Нет, не женюсь. Слова прекрасны эти,
Но холостому трудно жить на свете.
Лежишь один, как льдина, на перине,
На этом свете, словно на чужбине,
Не отвлекаясь даже хоть отчасти.
Нет, это очень далеко от счастья!
Вот, если нынче сватов к ней заслать, я
Уже смогу попасть в её объятья.
В тепле её объятья молодого
Не надо больше счастья никакого!
– Тогда женись, друг, без мороки лишней,
Пусть даст тебе Аллах красивой жизни!
– А если, наподобие индюшки,
Окажется спесивой и бездушной
Она, достатку моему не рада,
Моих подарков будет ей не надо?
Нарядов дорогих ей будет мало,
И будет в том причина для скандала,
Одно имея на уме, и хуже –
Причиной станет разоренья мужа!
– Так не женись, когда так страшно это,
И не проси ни у кого совета!
– Да так-то оно так, но хочется мне просто
Родительского счастья и отцовства.
Когда дитя – какое умиленье! –
Бегом взбегает на твои колени
И лепетанием твой слух и дух ласкает,
Ах, выше, слаще счастья не бывает!
– Ну и женись, и не терзайся лишне,
Пошлёт отцовство, может быть, Всевышний.
– Оно, конечно, но когда пять-шесть их
По лавкам и углам – как прокормить всех?
Пот проливай, всю жизнь на них гни спину,
Час неровён, от этой жизни сгину.
– Так не женись, когда так трудно это,
И не проси ни у кого совета.
– Да так-то оно так, а если все поспеют,
Как земляника, вырастут, созреют,
На ум и силы опираясь, каждый
Сподобится хороших дел однажды.
Разбогатеют, может быть, и сладок
Присмотр их будет мне во дней остаток.
– Тогда женись, не сомневаясь лишне,
Покоя в старости пусть даст Всевышний.
– Да так-то оно так, а если всё напротив:
Умрёт жена, детишек малых бросив.
Пять или шесть их на руки и душу,
Ни дня ни ночи, затыкай хоть уши!
Вот и дрожу я, и боюсь, товарищ,
Когда подумаешь и это всё представишь.
– Так чёрта ли жениться? Зная это,
Зачем ты просишь у меня совета?!
Одно скажу и добавлять не буду:
Женись, так мяса надо в день по пуду.
1911
Нос
В годы дальние, глухие, говорят, давным-давно
Некто жил с лицом огромным и широким, как гумно.
А промеж его багровых, вислых и дебелых щёк
Нос, торчавший будто свёкла, был величествен и строг.
И на всё, что было ниже, он презрительно глядел,
Ног особенно упорно признавать он не хотел.
Дескать, им дано судьбою пыль взметать, в грязи тонуть.
Но в дождливый день пустился обладатель носа в путь.
Поскользнулся, оступился, и большой чванливый нос
В лужу плюхнулся с размаха, крепко в грязь густую врос.
K…
Когда на жизненном пути вдруг, ошибившись, упадёшь,
Когда на чистый лист души наложат пятна грязь и ложь,
Когда «беспутным», «подлецом» ты, горемыка, прослывёшь,
Когда, отверженный людьми, свой одинокий путь начнёшь, –
Знай, что средь каменных сердец поддержку ты во мне найдёшь.
Не засмеюсь и не скажу: «Он на злосчастного похож».
Я разделю твою печаль, всё горе, каждый вздох беды,
Увидев счастья черноту не проявлю к тебе вражды.
А люди, знай, не подают тому, кто падаёт, руки,
Они верёвку не швырнут тому, кто тонет средь реки.
Но
