друг для друга маяком
А чёрный лес шуршал железною листвой
Но алкоголь дарил нам злость
И мы взошли на этот мост
И одомашнили свой космос красотой
Кругом железный карантин
Змеился, словно серпантин,
Передавая всем свой дьявольский привет
Но каждый сантиметр земли
Нам отдавал свои рубли
И, взявшись за руки, мы видели рассвет
Железный занавес мешает нашей встрече
Железный занавес по имени любовь
Неповторимая весна поймёт, конечно
Что ей придётся повторяться вновь и вновь
НЕПОВТОРИМАЯ ВЕСНА
Когда я стану стариком
Я буду ползать червяком
И позабуду тот аспект, что я – солдат
Что жизнь моя – водоворот
Что бить жида – нормальный ход
И кто богаче – тот и станет виноват
Со всех сторон клубок огня
Россия, выбери меня
И будь, как мудрая подруга, мне верна
Сжигай своих бумажных змей
Я слышал, что для всех людей
Одна-единственная истина – стена
Я вижу кровь на ускользающих причалах
Я вижу в небе обесцвеченных ворон
Любовь возможна на общественных началах
При абсолютном равнодушии сторон
НЕПОВТОРИМАЯ БАНДИТСКАЯ ВЕСНА.
Первоклаssник
Город шкурников и жирных подлиз
Зажигает голубые огни
Город хитрый, словно «киндер-сюрприз»
С разъярёнными зверями внутри
Наше детство – это жирный хомяк,
Пожирающий всю совесть и честь
И поэтому для нас – отходняк
Всё, что было – всё, что будет – и есть
Ягода-малина радости и злости
Солнышка и вечной мерзлоты
Что я говорю, придя к буржуям в гости:
Здравствуйте, спесивые скоты
Я ВСЕГО ЛИШЬ ПЕРВОКЛАssНИК
Школьный двор шипит, как жареный гусь
И я сжимаю свой кулак оттого
Что, наверно, никогда не дождусь
Выпускного вечера своего
А при виде расфуфыренных баб
Я смеюсь над ними, злобно урча
Ну а ежели кто беден и слаб —
Отломлю тому кусок калача
Послезавтра ухмыльнусь, словно бес
И продам своего родного отца
Чтобы вечно жил мой сказочный лес,
Чтоб каникулам не стало конца
Ведь я напрасно ждал тебя до утра,
Разлюбезная судьба-карамель
Ты – свинья, а я – удар топора
В предпоследнюю кремлёвскую ель
Горькая рябина радости и злости
Мне везёт, ведь всё вокруг – моё
Что я говорю, придя к буржуям в гости:
Здравствуй, разодетое зверьё
Я ВСЕГО ЛИШЬ ПЕРВОКЛАssНИК.
Сан-Лоренцо[10]
Вагоном электрички
Разрезана реальность
В окошке веселятся огороды
В число моих привычек
Не входит атональность
Созвучная лишь смене времён года
Дорогу негодяя
Жестоко обозначил
Любви непроходимый частокол
А ты стреляй своею
Роскошной модной дачей
В российский коронованный престол
Не надо брать примера с беспомощных младенцев
Они солдатской службы испугались
Я в армию уйду. Ты свалишь в Сан-Лоренцо
Я рад, что мы с тобою повстречались
Иду тропой кленовой
Она свободна, словно
Воздушный коридор над эстакадой
Меня не остановит
Твой разговор любовный
Своей претенциозной баррикадой
Я был восточным бризом
Я ждал своей субботы
Как будто дикий камышовый кот
Но вот весенний призыв
И я в составе роты
На пару лет избавлен от хлопот
Не надо брать примера с продажных иждивенцев
Они солдатской службы испугались
Я в армию уйду. Ты свалишь в Сан-Лоренцо
Как жаль, что мы с тобою повстречались
Я в институт уйду, а ты в свою путягу
Как жаль, что мы с тобою повстречались
Как жаль.
Старость[11]
К девяноста годам я растерял
Всех соратников и друзей
И квартиру любимой девчонки
Переделали в дом-музей
И пусть неплохая пенсия
Согревает мой кошелёк
Но она не спасает от времени
Сердца гаснущий уголёк
Ведь теперь – старость
Все ребята, с которыми я привык пить
Нашли свой последний приют
А теперь и ко мне тоже хочет приплыть
Смерти холодный спрут
Смерть, ты – фашистская гадина
Но сражаться с тобою нет сил
А когда-то я так презирал тебя,
Что белый свет был не мил
А теперь – старость
А иногда мне, придурку, кажется,
Что я снова стал быстрым, как рысь
И мы вновь улетаем, обнявшись
В запрещённую кем-то высь
Но я один, как правитель Рима,
Пропивший свой Колизей
К девяноста годам я растерял
Всех соратников и друзей
И теперь наступила старость.
Третья мировая
Третья мировая началась внезапно
Мы попрощались просто, без затей
Была бутылка водки, и репродуктор на вокзале
Кричал толпе, что, дескать, всё О.К.
Новобранцы пели, веселились, танцевали,
Мечтая защитить слепую Русь
Ты сказала: «Жизнь теперь наладится едва ли»
Прибавив: «Обязательно дождусь»
Тронулись вагоны. Ты осталась на перроне
По рельсам пролетел тревожный гул
За окнами смеялись перекрашенные клёны
Я выпил ещё децел и заснул…
И вот: кругом казармы да воинские части
В регламенте простых армейских схем
Первый месяц письма приходили очень часто
Потом не стали приходить совсем
Вокруг меня лишь ёлки в треугольных платьях
Да на снегу следы спесивых лис
И некому молиться и посылать проклятья,
Поскольку звёзды смотрят точно вниз
А потом случилось: роту бросили в атаку
Был страшный бой среди кромешной тьмы
Меня шальная пуля отыскала, как собаку,
На первой же минуте кутерьмы
