Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
Я осторожно положил руку на кушак.
– Еще один? – спросил я.
– И скоро, – ответила Тайра.
Она родила уже троих детей, из которых один мальчик все еще был жив.
– Такова воля Господа, – серьезно проговорила Тайра.
Ее чувство юмора, запомнившееся мне по детским годам, испарилось, когда она приняла христианство… Хотя, по правде сказать, чувство юмора, вероятно, покинуло ее во время пребывания в Дунхолме, в рабстве у врагов ее брата. Те, кто захватил ее в плен, насиловали ее, избивали и свели с ума. Мы с Рагнаром пробились в Дунхолм, чтобы ее вызволить, но именно христианство освободило Тайру от безумия и превратило в спокойную женщину, так серьезно глядевшую на меня.
– Как поживает твой муж? – спросил я.
– Хорошо, спасибо. – Ее лицо слегка прояснилось.
Тайра нашла любовь, но любовь не только бога, но и хорошего человека, за что я был благодарен.
– И ты, конечно, назовешь ребенка Утредом, если родится мальчик, – серьезно проговорил я.
– Если король разрешит, – ответила Тайра, – мы наречем его Альфредом, а если будет девочка, назовем ее Хильдой.
Это заставило Хильду заплакать, а Гизела сообщила, что тоже беременна, после чего все три женщины погрузились в бесконечные разговоры о детях.
Я удрал и нашел Стеапу, чьи плечи и голова возвышались над всеми собравшимися.
– Ты знаешь, что я должен вышвырнуть из Лундена Зигфрида и Эрика? – спросил я его.
– Мне сказали об этом, – ответил он медленно и осторожно.
– Ты со мной пойдешь?
Он быстро улыбнулся, и я принял это за знак согласия.
У Стеапы было устрашающее лицо, его кожа так туго обтягивала череп, что он словно непрерывно гримасничал. В битве он вселял ужас: огромный воин, вооруженный мечом, боевым искусством и дикостью. Стеапа родился рабом, но рост и воинская сноровка возвысили его до нынешнего положения.
Он служил в гвардии Альфреда, сам теперь владел рабами и имел широкую полосу прекрасной земли в Уэссексе. Люди вели себя осторожно рядом со Стеапой, потому что лицо его всегда выглядело гневным, но я знал, что он добрый человек. Он не был умен. Стеапа никогда не был мыслителем, но был добрым и верным.
– Я попрошу короля тебя отпустить, – сказал я.
– Альфред захочет, чтобы я отправился с Этельредом, – отозвался Стеапа.
– Но ты бы предпочел быть рядом с человеком, который сражается, верно? – спросил я.
Стеапа заморгал, глядя на меня. Ему не хватало смекалки, чтобы понять, какое оскорбление я только что бросил в адрес кузена.
– Я буду сражаться, – сказал он и положил огромную руку на плечи своей жены, крошечного создания с тревожным лицом и маленькими глазками.
Я никак не мог запомнить ее имени, поэтому, вежливо поздоровавшись, стал протискиваться через толпу.
Меня нашел Этельвольд. Племянник Альфреда снова начал пить, и глаза его были налиты кровью. Раньше он был красивым молодым человеком, но теперь его лицо опухло, а под кожей появились красные прожилки. Он оттащил меня в дальний конец церкви и встал под знаменем, на котором красной шерстью было вышито длинное увещевание.
«Все, что просите у Господа, – гласило увещевание, – дастся вам, если вы веруете. Когда просит хороший молящийся, кроткая вера вознаграждается».
Я решил, что эту вышивку сделали жена Альфреда и ее дамы, но изречение походило на изречение самого Альфреда.
Этельвольд крепко, до боли вцепился в мой локоть и укоризненно прошипел:
– Я думал, ты на моей стороне.
– Так оно и есть, – сказал я.
Он подозрительно уставился на меня.
– Ты встречался с Бьорном?
– Я встречался с человеком, который притворялся мертвецом.
Этельвольд не обратил внимания на мои слова, и это меня удивило. Я вспомнил, как сильно на него подействовала встреча с Бьорном, так сильно, что племянник короля на время даже перестал пить. Но теперь я отрицал, что труп и вправду вставал из могилы, а Этельвольд отнесся к этому как к чему-то не важному.
– Ты не понимаешь, – сказал он, все еще стискивая мой локоть, – это наш самый крупный шанс!
– Шанс на что? – терпеливо спросил я.
– Избавиться от него, – неистово проговорил Этельвольд, и некоторые люди, стоявшие неподалеку, повернулись и посмотрели на нас.
Я ничего не сказал.
Конечно, Этельвольд хотел избавиться от дяди, но у него не хватало храбрости самому нанести удар, поэтому он постоянно искал союзников вроде меня. Он посмотрел мне в лицо и, очевидно, не нашел там обещания поддержки, потому что выпустил мою руку.
– Они хотят знать, попросил ли ты Рагнара прийти, – тихо сказал он.
Итак, Этельвольд все еще поддерживал связь с Зигфридом? Это было интересно, но не слишком удивительно.
– Нет, – ответил я. – Не попросил.
– Ради Господа, почему?
– Потому что Бьорн солгал, – ответил я, – и мне не суждено стать королем Мерсии.
– Если я когда-нибудь стану королем Уэссекса, – горько проговорил Этельвольд, – тогда тебе лучше бежать, спасая свою жизнь.
Я улыбнулся и молча посмотрел ему в глаза немигающим взглядом. Спустя некоторое время он отвернулся и что-то неразборчиво пробормотал – наверное, извинения. Потом с мрачным лицом уставился на другой конец церкви и яростно сказал:
– Та датская шлюха!
– Какая датская шлюха? – спросил я.
На одно биение сердца я подумал, что он имеет в виду Гизелу.
– Та шлюха. – Он мотнул головой в сторону Тайры. – Которая замужем за идиотом. Набожная шлюха. У которой надут живот.
– Тайра?
– Она красивая, – все так же неистово сказал Этельвольд.
– Да, красивая.
– И она замужем за старым идиотом!
Этельвольд глядел на Тайру с вожделением.
– Когда она разродится щенком, которого носит в брюхе, я собираюсь ее завалить и показать ей, как вспахивает поле настоящий мужчина.
– Ты знаешь, что она моя подруга? – спросил я.
Этельвольд явно встревожился. Он понятия не имел, что я давно привязан к Тайре, и теперь попытался дать задний ход.
– Я просто думаю, что она красивая, – угрюмо проговорил он, – только и всего.
Я улыбнулся и наклонился к его уху.
– Только тронь ее, – прошептал я, – и я воткну меч тебе в задницу и вспорю тебя от промежности до глотки, а потом скормлю твои внутренности моим свиньям. Тронь ее хоть разок, Этельвольд, всего один разок, и ты – мертвец.
И я ушел от него. Он был дурак, пьяница и развратник, и я отмахнулся от него, как от безвредного дурака. Потом оказалось, что я ошибался. В конце концов, Этельвольд имел права на трон Уэссекса, но только он сам да несколько других дураков верили, что он и впрямь станет королем вместо Альфреда.
Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
