Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 152
Этот поход продолжался три года. Его участники жили по обычаям племен, которые разнились между собой в зависимости от географического района их обитания: когда протяженность страны из конца в конец превосходит три тысячи километров, неизбежны различия и в климате, и в природных богатствах. Понятно, что во время этого паломничества Расмуссен пытался, поелику возможно, раздуть угасающее пламя эскимосской культуры. Перед тем как пересечь Берингов пролив, он облек обуревавшие его мысли в следующие слова: «Скала, на которой я стою, чистый воздух, который окружает меня, позволяют мне заглянуть в даль и увидеть следы моей упряжки на белом снегу, уходящие за горизонт. Здесь, на севере, я вижу тысячи яранг, которые наполнили смыслом мое путешествие. И я от всего сердца благодарю судьбу, давшую мне шанс родиться в эпоху, когда собачьи упряжки еще не стали достоянием прошлого».
Наблюдения, сделанные Расмуссеном во время этого путешествия, позволили датскому правительству принять меры и, насколько возможно, реально сохранить моральную целостность эскимосской культуры перед необратимым наступлением западной цивилизации, несущей просвещение и воинственной одновременно. Но тщетность этих усилий сегодня видна любому.
Через восемнадцать лет после смерти Расмуссена основанное им Туле стало одной из первых стратегических полярных баз. А вблизи Туле появились авиабазы для самолетов и метеорологической службы.
14 августа 1946 года один из таких самолетов летел в густом тумане над самой северной точкой Аляски – мысом Барроу. Вдруг на экране радара, там, где не значилось никакой суши, появился остров размером 32 на 24 километра.
Штурман доложил об острове, вернувшись на базу, и в последующие дни на разведку послали другие самолеты. Остров действительно существовал, но находился в нескольких милях от указанных координат.
– Местоположение рассчитано неверно, – сказал начальник базы. – Флетчер, займитесь этим делом сами.
Подполковник Флетчер слетал к острову и провел новые наблюдения. Остров медленно двигался. Оказалось, что это громадное светло-голубое ледовое поле – осколок пресноводных ледников. Островок, получивший наименование Т-1 (от английского слова «target» – «мишень»), продолжал смещаться, двигаясь по часовой стрелке в части Северного Ледовитого океана между Северной Америкой и полюсом, и прошел 2600 километров. Его потеряли в 1949 году и вновь отыскали в 1951-м. Американцы нашли еще несколько таких островов (Т-2, Т-3, Т-4 и т. д.). Выяснилось, что эти гигантские айсберги отрывались от ледников острова Элсмир и начинали бесконечный путь по маршруту Элсмир – окрестности полюса – Элсмир. Процесс отделения некоторых из них от материнских ледников длился десятилетия, а иногда и целые столетия.
С 1952 года на этих «островах» располагаются наблюдательные станции. Во льду были обнаружены окаменелости – ветви, рыбьи кости, карибу. Самолетами на острова Т доставлялось и доставляется все необходимое для жизни исследователей. Взлетно-посадочные полосы во время полярной ночи освещаются.
На островах или на дрейфующих льдах располагаются и русские научные станции СП-2, СП-3 и т. д.
Французский специалист-полярник Жак Сорбе приводит выдержки из отчета директора Института океанологии В. Г. Корта после посещения станции СП-3:
«Станция расположена на ледовом поле площадью несколько квадратных километров и толщиной 2–3 метра. Два типа жилых строений – разборные дома на полозьях и палатки. Несколько дней я жил в такой палатке и нашел ее столь же комфортной, как и московская квартира. В каждой палатке 2–3 койки, складной стол и стулья. Их обитатели имеют все, чем пользуется сейчас любой городской житель, – отопление, электрическое освещение, радио, а кое-кто и телефон. В палатке тепло, даже если снаружи –40 °C. Стенки палатки состоят из нескольких слоев ткани, один из которых теплоизолирующий. Разборные дома тоже очень удобны. Два из них служат кают-компанией: днем – столовая, вечером – клуб. Там имеются пианино, радиоприемник, магнитофон, игры, библиотека из 300 томов и киноустановка. Два раза в неделю русские полярники смотрят фильмы, доставленные с континента. Они получают „говорящие письма“ от семей и записывают на пленку свои ответы, которые переправляются их родным».
Еще одно свидетельство, на этот раз ветерана СП-3:
«Когда нет срочной работы, собираемся в кают-компании. Начальник станции А. Трёшников, пилот А. Бабенко, доктор В. Волович и гидролог А. Дмитриев „рубятся“ в домино. Аэролог В. Канаки и кинооператор Е. Яцун раздумывают над шахматной доской – они участвуют в радиоматче против шахматистов станции СП-4 и корабля „Ленинград“, который совершает плавание где-то в Южном полушарии. Геофизик А. Змагинский и аэролог И. Цигельницкий готовят очередной номер стенгазеты. Отсутствуют только радисты К. Курко и Л. Розбаш. Они пытаются установить связь с радиолюбителями. Позывные СП-3 известны многим радиолюбителям, работающим на коротких волнах. Стоит полярная ночь. На горизонте вырисовываются причудливые силуэты торосов. Радио доносит дорогой и знакомый бой кремлевских курантов… Через несколько секунд над ледяными просторами разносятся величавые звуки Гимна Советского Союза». Иными словами, райский уголок, но закрытый для туристов.
Советская дрейфующая полярная станция «Северный полюс – 3». Быт полярников. Фото Якова Рюмкина. 1954 © Я. И. Рюмкин (наследник), фотография, 1954
А ведь туристы облюбовали Арктику давно. В 1871 году на судне компании «Хаммерфест» на Шпицберген прибыли пассажиры, которыми двигало только любопытство. Туристы – норвежцы, немцы и англичане – посещали Шпицберген в 1890, 1894 и 1896 годах. Путешествия совершались в летний сезон. Выражение «полярный круиз» впервые появилось в проспекте журнала «Ревю женераль де сьянс», в котором пассажирам специально зафрахтованного судна – пакетбота «Иль-де-Франс» водоизмещением 3487 тонн – предлагается «охота на китов, диких оленей, голубого песца, тюленей, гагар и других арктических птиц. Вместимость 214 пассажиров, на борту имеется 7 ванных комнат».
Но на следующий год Северный Ледовитый океан, по-видимому разгневанный сим праздным любопытством, высылает свои льды далеко к югу, и туристские суда в районе Медвежьего острова вынуждены повернуть обратно. Такая же неудача постигла в 1910 году лайнер «Блюхер» фирмы «Гамбург – Америка».
Прошли годы. Корабли стали крупнее и быстроходнее, налажено распространение информации о погоде, лайнеры отплывают в край полуночного солнца без особых опасений. В 1936 году на борту «Лафайетта» путешествуют пятьсот туристов. Маршрут удлинен: Фарерские острова, Исландия, остров Ян-Майен, Лофотенские острова. Путешествие к мысу Нордкап и на Шпицберген стало в то время модным, и каждый сноб считал своим долгом совершить его. Но чартерные рейсы самолетов к «антиподам» в Новый Свет нанесли смертельный удар полярному туризму. Может, пора поставить точку и завершить рассказ о великих тайнах полярных морей Северного полушария? Нет, нам кажется, что последний эпизод относится к 1958 году.
Глава восьмая
Последнее приключение
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 152
