Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 77
– Конечно же, мы восславим богов, как вы могли подумать иначе?
Услышав такие слова, воины явно повеселели – вот это совсем другое дело, а то ведь выдумал: оставить богов без жертв! А они ведь весьма мстительны, эти коварные и жестокие боги – Тескатлипока, Тлалок, Уицилопочтли и все прочие. Как слабый человек может идти против них? Никак.
Асотль и не шел.
Снова скривил губы в улыбке:
– У нас сейчас – особый случай, которого никогда не было. Мы победили в битве цветов. Значит, и богов следует восславить цветами, а их ведь у нас много! О, великие боги, несомненно, будут довольны столь щедрым даром. Так не стойте же – устройте им и себе праздник!
Слова сотника потонули в радостном крике воинов. Простые индейские парни… Не много-то и потребовалось, чтобы переубедить их.
С веселыми воплями парни потащили к жертвенникам цветы, подбирая их с поля битвы. Разноцветные – ярко-желтые, синие, красные, словно кровь – гирлянды украсили злобно ощерившихся истуканов. Им сейчас не подносили людских сердец, зато – в изобилии – цветы. Целое море цветов.
Пока воины радовались, Асотль подошел к только что освобожденным пленникам:
– Откуда вы?
– Я – из Истапалана.
– Мы из Чалко.
– А мы – из Колуакана.
– Что с нами будет, вождь?
– Возвращайтесь к себе. Вряд ли тлашкаланцы скоро вернутся сюда.
– Знаем. Ведь властелин колуа отправил на помощь ацтекам большое и сильное войско.
– Господин… Ты не принесешь нас в жертву?
– Жертву я уже принес. И очень богатую. Если же вы жаждете крови… Вот вам копья – догоните и убейте вражьих жрецов.
Отправив своих в обратный путь, Асотль задержался у жертвенников, якобы помолиться, и, дождавшись, когда радостные голоса ацтеков стихнут в лесу, самолично порушил всех идолов тяжелой каменной секирой. Раздербанил на мелкие куски!
Небывалый случай – войско цветов с победой вернулось в Мешикальтцинко. Асотль и его друзья были пожалованы многими милостями, а за всеми ацтеками надолго закрепилась жуткая слава богохульников и полных отморозков.
Глава 17
Как развеять тоску?
Осень 1324 г. Мешикальтцинко
Жизнь шла однообразно, тихо, военная аккуратность придавала ей какую-то механическую правильность вроде цезуры в стихах.
А. И. Герцен. «Былое и думы»
Асотль проснулся поздно – проникавшие через широкий дверной проем солнечные лучи били прямо в лицо. Ядовитая кость ягуару в глаз – опять забыл опустить циновку. Юноша потянулся… обнаружив рядом с собой на ложе сладко посапывавшую девушку. Одежды на незнакомке – кто она такая, молодой человек так пока и не смог вспомнить, да и не особо старался, к чему? – не было вовсе никакой. Тонкая золотая цепочка на шее, такие же золотые браслеты на запястьях и щиколотках, мордочка… Ничего, не говоря уже о теле – стройная, без всяких сомнений, идеальная, быть может несколько худощавая, ну, это уж как на чей вкус – фигурка. На спине татуировка: синий парящий орел в окружении пылающих желто-красных звезд.
Кто же она все-таки такая?
Не вспомнить. Хорошо бы еще понять, где он, Асотль, вчера был… И что вообще было? Голова раскалывалась – прямо хоть не выходи из дому, значит, вчера пил. Вино, точнее, эту жуткую бурду – бражку из перебродившего сока агавы. Видно, много выпил – на четыре или даже на пять кроликов, уж никак не меньше. Лучше бы на пять, пятерка – число счастливое, четыре же – нет. Во уже как стал думать! Как истинный ацтек… Так он и был истинным.
Ух, и трещит же башка! Неужели это с бражки так? Значит, плохая бражка… Где хоть пил-то? И с кем?
Если включить логику… О-о-ой, не включается! Не хочет, зараза! И все ж надо бы… Девчонка еще тут эта… сопит. Разбудить? Может, она знает, что вчера было?
А! Праздник был – вот что! Да, праздник – День появления богов. Вот по такому случаю и посидели… Сначала у какого-то военачальника… как бишь его? Чикоякаотль… да, так. Потом с друзьями – с Сипаком и Шочи – пошли в садик, что у храма Тескатлипоки. Да, именно туда и пошли. Пили там. Этот еще был, пижон… Касавач-Казанова – щеголь и бабник, но воин он неплохой, хотя кто бы мог подумать?
Вот как раз Казанова-то и предложил пойти в храм Тласольтеотль, богини плотских грехов! Недавно, говорит, открылся… Вот и пошли – любопытно стало, что за храм такой? Допили что было да отправились грехи замаливать. Замолили, блин… Этим-то, Шочи с Сипаком, хорошо – они в казарму свалили. А дорогу в храм Асотль точно не помнил, сейчас бы и не нашел…
Значит, Тласольтеотль… Ага! Эта спящая девчонка, верно, ее жрица… Служительница богини плотских грехов. Хотя… Показалось, будто в ее храме действительно только и делали, что грехи замаливали – даже землю с этими целями ели. В основном – простолюдины. Хотя Касавач сказал, что солидные люди обычно по такому случаю на дом жреца вызывают. Как «скорую помощь»! Удобно: вот почувствовал, что согрешил, хочешь покаяться – послал слугу за жрецом. Или – за жрицей… Вот как эта… О, боги, это что же – он, Асотль, вчера каялся? Вот здесь, у себя дома? Вот с этой девчонкой, жрицей… А может, она и не жрица? А тогда кто же?
– Эй! – Юноша наконец потряс спящую за плечо. – Эй! Да проснись же!
– Что? – Девушка распахнула глаза и, увидев Асотля, улыбнулась.
А грудь у нее ничего… Эх…
Сотник подмигнул и поинтересовался:
– А ты вообще кто?
– Тласоль, – потянувшись, засмеялась девушка.
Нет, все же она была красивая, даже изысканно красивая, с неким, можно сказать, парижским шармом. Упругая грудь, точеное, пусть несколько скуластое лицо, огромные черные, вытянутые к вискам глаза под сенью длинных ресниц… И животик такой манящий, плоский, с темной ямочкой пупка.
– Я вижу, что Тласоль. – Асотль дружески ущипнул девчонку за бок. – А откуда ты, Тласолька, взялась-то?
– Из храма. – Девушка хохотнула. – Ты же сам сказал, что хочешь покаяться в каких-то грехах. Вот всю ночь и каялся.
– А-а-а! Так ты из храма Тласольтеотль!
– Ну да. Именно! Я – жрица богини плотских грехов.
Вот к этим-то плотским грехам жрица тут же и приступила, да с такой страстью! Сразу видно – была опытна в подобных делах, а других, наверное, в подобный храм не очень-то и брали.
Снова потянувшись, Тласоль выгнулась, словно кошка, и принялась ласкать его с необузданной страстью истосковавшейся по телесной любви наложницы Сарданапала… Или уж, по крайней мере, опытной проститутки с улицы Пигаль. В общем, приставала…
А молодой человек не особенно-то и сопротивлялся.
Да-а-а… Она умела многое! Асотль даже не ожидал. И это – индеанка? И так и этак… а потом еще и еще…
– Можно, я буду звать тебя Тла-Тла? – в перерывах между утехами любви осведомился Асотль.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 77
