Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106
Сверри был в хорошем настроении и даже разрешил нам сойти на берег. Мы пили кислое березовое вино в длинном доме, насквозь провонявшем китовым мясом. На этот раз мы все были скованы не только обычными кандалами, но и цепями вокруг шеи, и Сверри нанял местных, чтобы те сторожили нас. Трое из этих стражей были вооружены длинными тяжелыми копьями, которыми жители Туле убивают китов, а еще у четверых имелись длинные ножи для свежевания туш.
Сверри прекрасно понимал, что с такой охраной ему ничто не грозило, а поэтому впервые за все те долгие месяцы, которые я провел в рабстве, соизволил заговорить с нами. Он был так доволен своим путешествием, что даже похвалил нас, сказав, что мы хорошо умеем обращаться с веслами.
— Но вы двое меня ненавидите, — добавил наш хозяин, взглянув на нас с Финаном.
Я ничего не ответил. А ирландец сказал:
— Березовое вино хорошее. Спасибо, что нас угостил.
— Это вино — настоящая моржовая моча, — заявил Сверри и рыгнул. Он был пьян. — Вы меня ненавидите, — повторил он.
Наша ненависть его забавляла.
— Я наблюдаю за вами двумя и вижу, как вы меня ненавидите. Остальные тоже, ведь их хлещут бичом, но вы двое, подвернись только такая возможность, убили бы меня, прежде чем я успел бы чихнуть. Мне следовало бы прикончить вас, верно? Ну, скажем, принести в жертву морю.
Мы молчали.
Большое полено треснуло в огне, выбросив сноп искр.
— Но вы оба хорошие гребцы, — сказал Сверри. — Однажды я освободил раба, — продолжал он. — Я отпустил парня, потому что он мне нравился. Я ему доверял. Я даже позволил ему управлять «Торговцем», но этот негодяй попытался меня убить. Знаете, что я с ним сделал? Я прибил его грязный труп к носу судна и оставил там гнить. И я хорошо усвоил полученный урок. Запомните: вы здесь, чтобы грести. Только для этого. Как только вы не сможете работать, вы умрете.
Вскоре после этого он уснул, и мы тоже уснули, а на следующее утро вернулись на борт «Торговца» и под моросящим дождем вновь вышли в море, оставив позади этот удивительный остров огня и льда.
* * *
Обратный путь на восток занял у нас меньше времени, потому что ветер был попутным, и мы снова остановились на зимовку в Ютландии.
Мы дрожали от холода в хижине для рабов и по ночам слушали, как Сверри довольно хрюкает в постели своей женщины.
Выпал снег, речушку сковало льдом.
То был год 880-й. Я прожил на свете двадцать три года и знал, что мне предстоит умереть в кандалах, потому что мой хозяин Сверри был человеком бдительным, умным и безжалостным.
А потом появился красный корабль.
* * *
Ну, вообще-то он был не совсем красным. Большинство судов делали из дуба, который со временем темнел, но этот корабль был построен из сосны, и при свете утренней или вечерней зари казалось, что он цвета засохшей крови.
Когда мы впервые увидели этот корабль, он показался нам багрово-красным. То было вечером того дня, когда мы спустили «Торговца» на воду.
Красный корабль был длинным, низким и стройным. Он шел от восточного горизонта наискосок, явно направляясь к нам. Его грязно-серый парус крест-накрест пересекали веревки, делавшие ткань более прочной, и Сверри, увидев звериную голову на носу судна, решил, что оно пиратское. Поэтому мы удрали поближе к берегу, в хорошо знакомые воды.
Там было мелко, и красный корабль, похоже, решил не преследовать нас. Мы гребли, пробираясь по узким речушкам, вспугивая дичь, и все это время красный корабль оставался в поле нашего зрения, но за дюнами.
А потом опустилась ночь, и мы изменили курс, позволив отливу вынести нас в море. Люди Сверри хлестали нас бичами, чтобы заставить грести как можно быстрее и избежать опасности налететь на берег.
Забрезжил рассвет — холодный и туманный, а когда туман рассеялся, мы увидели, что красный корабль исчез.
Мы собирались идти в Хайтабу за грузом, но, приблизившись к порту, Сверри снова увидел красный корабль. Тот повернул к нам, и Сверри разразился проклятиями. Мы двигались с подветренной стороны от красного судна, там более безопасно, но оно все равно пыталось нас догнать. Чужой корабль шел на веслах и, поскольку у них было по меньшей мере двадцать гребцов, двигался быстрее «Торговца», но из-за ветра расстояние между нами никак не сокращалось. Поэтому следующим утром мы снова оказались в море одни.
Но Сверри все равно слал незнакомцам проклятия. Он бросил свои палочки с рунами, и они убедили его отказаться от мысли идти в Хайтабу. Тогда мы отправились в землю свеев, где погрузили на борт бобровые шкуры и овечью шерсть с налипшим на нее дерьмом.
Этот груз мы обменяли на пять свертков свечного воска. А потом снова погрузили на судно железную руду…
Весна сменилась летом, а мы так и не видели больше красный корабль. И постепенно забыли про него.
Сверри решил, что теперь можно без опаски посетить Хайтабу, он хотел отвезти в этот порт груз оленьих шкур. Однако в Хайтабу выяснилось, что красный корабль про нас не забыл. Сверри вернулся на борт в спешке, даже не позаботившись о погрузке нового товара, и я слышал, как он разговаривает со своей командой. Красный корабль, сказал он, рыщет вдоль берегов в поисках «Торговца». Корабль был датским, считал наш хозяин, и его команда состояла из воинов.
— А кто они? — спросил Хакка.
— Это никому не известно.
— Зачем мы им?
— Откуда мне знать? — прорычал Сверри.
Страшно обеспокоенный, он бросил палочки с рунами прямо на палубе, и палочки велели ему немедленно покинуть Хайтабу.
У Сверри появился какой-то загадочный враг, а Сверри даже не знал, кто он такой. Поэтому наш хозяин отвел «Торговца» в бухту неподалеку от своего зимнего дома, а сам сошел на берег, прихватив подарки.
Дело в том, что у Сверри имелся господин. Почти у каждого человека есть господин, который его защищает. Господина Сверри звали Хиринг. Он владел обширными землями, и наш хозяин каждую зиму платил ему серебром, поскольку сам торговец и его семья находились под покровительством Хиринга. Но как, спрашивается, он мог защитить Сверри в море?! Правда, Хиринг пообещал выяснить, кому принадлежит красный корабль и почему этот человек упорно преследует Сверри.
Ну а пока наш хозяин решил уплыть подальше. Поэтому мы отправились в Северное море и двинулись вдоль берега, заработав там кое-какие деньги на продаже сельди. Переплыв море, мы впервые за то время, что я был рабом, вернулись в Британию.
Мы высадились на берег какой-то реки в Восточной Англии, я так никогда и не узнал, как она называлась. Там мы загрузили на борт толстые овчины, которые отвезли во Франкию, где купили множество железных слитков. То была выгодная покупка, потому что франкское железо считалось лучшим в мире. А еще мы приобрели сотню тамошних клинков для мечей, тоже стоивших очень дорого.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106
