сюда, на границу, чтобы они послушали, как немцы за рекой возятся“.
…Командир 86-й стрелковой дивизии полковник Зашибалов запретил читку „Заявления ТАСС“ в ротах и батареях, сказав, что „Заявление ТАСС размагничивает боевую готовность“.
…Старший ветеринарный фельдшер 36-й кавалерийской дивизии Моряков сказал на политзанятиях, что „дружба дружбой, а гранату за пазухой держи“.
… Рядовой пулеметного эскадрона 144-го казачьего полка Товчигречко сказал на политинформации „Как ты Гитлера не целуй, а все равно в зад попадешь. Война будет, чтобы там в газетах не писали“.
Младший сержант Кротов из отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 86-й стрелковой дивизии демонстративно раскурил вырезанный из газеты текст „Заявления ТАСС“».
Голубцов улыбнулся – ай, да Кротов! Что тут еще скажешь?!
Нет, конечно, он тоже мог бы выразить свое мнение и Дубровский бы непременно вставил его слова в «Сводку…». Например, «командующий 10-й армией генерал-майор Голубцов заявил в частной беседе, что „Заявление ТАСС“, конечно, маскирует в глазах Германии ускоренную подготовку СССР к боевым действиям, но при этом резко снижает морально-психологическую устойчивость войск в случае внезапной вспышки войны. И вреда от него больше, чем пользы».
Ох, и взвились бы там в политуправе округа! Наверное, сам бы ЧеВээС примчался мозги вправлять. Ну, да ладно. Как говорится, вам из погреба видней.
Обе сводки положительных, и негативных высказываний (последних было больше) в тот же вечер ушли в Минск, в политуправление ЗОВО.
Отложив «Сводку негативных высказываний…» Голубцов взялся читать только что принесенный секретчиком приказ наркома обороны:.
«ПРИКАЗ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СССР
№ 0042 от 19 июня 1941 г.
По маскировке аэродромов и важнейших военных объектов до сих пор ничего существенного не сделано. Аэродромные поля не все засеяны, полосы взлета под цвет местности не окрашены, аэродромные постройки, резко выделяясь ярким цветом, привлекают внимание наблюдателя на десятки километров, скученное и линейное расположение самолетов на аэродроме при отсутствии их маскировки и плохой организации аэродромного узла обслуживания с применением демаскирующих знаков и сигналов окончательно демаскируют аэродромы. Современный аэродром должен полностью слиться с окружающей обстановкой, и ничто на аэродроме не должно привлекать внимание с воздуха. Аналогичную беспечность к маскировке проявляют артиллерийские и мотомехчасти: скученное и линейное расположение их парков представляет не только отличные объекты наблюдения, но и выгодные для поражения с воздуха цели: танки, бронемашины, командирские и другие специальные машины; мотомеханизированные и другие войска окрашены красками, дающими яркий отблеск, и хорошо наблюдаемы не только с воздуха, но и с земли. Ничего не сделано для маскировки складов и других военных объектов.
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. К 1.7.41 года засеять все аэродромы травами под цвет окружающей местности, взлетные полосы покрасить и имитировать всю аэродромную обстановку соответственно окружающему фону.
2. Аэродромные постройки до крыш включительно закрасить под один стиль с окружающей местностью. Бензохранилища зарыть в землю и особенно тщательно замаскировать.
3. Категорически воспретить линейно и скученно располагать самолеты. Рассредоточение и замаскирование самолетов обеспечат их полную ненаблюдаемость.
4. Организовать к 5.7.41 года в каждом районе авиационного базирования в 500-километровой погранполосе 8-10 ложных аэродромов, оборудовать каждый из них 40–50 макетами самолетов.
5. К. 1.7.41 года провести окраску танков, бронемашин, командирских, специальных и транспортных машин. Для камуфлированного окрашивания применять матовые краски применительно к местности района расположения и действия. Категорически воспретить применять краски, дающие отблески.
6. Округам, входящим в угрожающие зоны, провести мероприятия по маскировке складов, мастерских, парков и к 15.7.41 года обеспечить их ненаблюдаемость с воздуха.
7. Проведенную маскировку аэродромов, складов, боевых и транспортных машин проверить с воздуха наблюдением ответственными командирами штабов округов и фотосъемками.
8. Исполнение донести 1.7.41 и 15.7.41 года через начальника Генштаба РККА.
Народный комиссар обороны СССР
Маршал Советского Союза Тимошенко
Начальник Генерального штаба РККА
генерал армии Жуков».
В подчинении у Голубцова были две авиационные дивизии, в общей числе около пятисот самолетов. И этот приказ имел к его армии самое непосредственное отношение. Легко сказать «обеспечить ненаблюдаемость с воздуха». Голубцов даже развеселился от такой формулировки. «Засеять все аэродромы травами под цвет окружающей местности»… Глядишь, и семена пришлют для посева маскировочных трав!
Бутон, уловив настроение хозяина, подсунул свою мохнатую голову под большую теплую ладонь. Ладонь тут же отозвалась и ласково потрепала его.
– Ну что, Бутоша, «засеем все аэродромы травами под цвет окружающей местности», а? Мы с тобою вдвоем все поля обойдем, соберем и посеем, и вспашем…
Бутон завилял хвостом, выманивая хозяина на прогулку…
– Покати-Горошек, как там дальше?
Капитан Горохов улыбнулся и пропел хорошим тенором:
Ой, ты, волюшка, вольная воля, В целом мире такой не сыскать! Наглый враг, ты нас лучше не трогай, Не балуйся у наших ворот…
– Вот-вот! – Погрозил пальцем в окно Голубцов, – «не балуйся у наших ворот!»
Пошли гулять, Бутоша!
К 1 июля полевые аэродромы засеять маскировочными травами не успели – ни в 10-й армии, ни в 3-й, ни в 4-й… За эти посевные работы отвечал в первую голову командующий ВВС Западного Особого генерал-майор авиации Копец.
* * *
В субботу 21 июня Агнесса села в вагон пригородного поезда и отправилась в Кузницу. Вчера она получила открытку от Сергея: «Если сможешь, приезжай в воскресенье. Мне обещали увольнение на весь день». И она бросила все намеченные на субботу и воскресенье дела, перенесла приемы пациентов и отправилась в субботний полдень к тете Геле, захватив большой торт.
И опять проплывали в вагонном окне платформы и полустанки, с которых разгружались солдаты, танки, полевые кухни… Она смотрела на все это несколько иными
