Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
– За «пожилого» спасибо, конечно, – в шутку обиделся я. – Но раз уж вы меня раскусили, я дам вам интервью, но с условием: про мою настоящую внешность – никому!
– А зачем вам этот маскарад с усами? – спросил Юра. – Они же вас старят и не красят совсем.
– Ну и простак ты, Юра, – ответил за меня Сергей. – Представь себе, что бы было, если бы в зале увидели Башкирцева в знакомом всей стране виде. Вечер бы сорвался!
– А его бы на кусочки растеребили! – добавила Юля.
– Слушайте, – снова включился в разговор Сергей, который понял, что мне не хочется расставаться с Юлей, – а поехали к нам в гости. Там и возьмете свое интервью!
– Неудобно как-то ночью. Я не поеду. – стала отказываться Юля.
Но я поспешил сказать:
– Все нормально, мы живем одиноко, по-холостяцки, никому не помешаем. Только про наш адрес тоже молчок!
– А мы, кстати, знаем ваш адрес. Ваша квартира на Кировском, здесь недалеко, но там ремонт и никого, кроме ремонтников, не бывает! – признался Лева.
– А как вы узнали адрес? – с удивлением спросил Сергей.
– По прописке, да и связи в УВД имеются! – гордо ответил Юра.
Дело в том, что я квартиру уже выкупил и даже прописался там, но из-за ремонта туда еще не переехал, а жил на старой, съемной квартире. Со мной же жил и Сергей, у которого своего жилья не было – да он его и не собирался покупать в связи со скорым отъездом на ПМЖ.
– Не помогли вам ваши связи – мы живем в другом месте, – сказал я. – Сейчас узнаете, где именно.
Но Юля категорически отказалась ехать, хотя было видно, что поехать ей хочется. Мы отвезли ее домой, а сами успешно доехали до нашего дома и закатили мужскую пирушку с перерывами на интервью. «Комсомольцы» оказались нормальными, компанейскими парнями, а Юля. В Юлю я точно серьезно влюбился – причем общаясь всего один вечер. У нее был добрый, веселый нрав. К тому же она была прекрасно начитанна, свободно владела английским языком и французским. У меня создалось впечатление, что у нее вообще нет недостатков.
Утром, взяв у каждого из новых друзей номер телефона и адрес, с помощью Саныча я отправил всех по домам.
На следующий день я позвонил Юле на работу и спросил, как идет работа над статьей. Она ответила неожиданно сухим и официальным тоном, что работа идет по плану. Услышав мою просьбу о встрече вечером, она сказала, что скоро собирается замуж и что встречаться нам без особых причин нет смысла. Это был просто другой человек! Для меня, не знающего никогда отказов, это был сильнейший удар по самолюбию. Но что я мог поделать? Пришлось пока утереться. У меня оставалась надежда, что во время разговора по телефону рядом кто-то был. И еще оставалась моя убежденность, что любую женщину можно добиться, если сильно захочешь, – нужно только время, деньги и правильный подход. Я надеялся, что у меня все это есть.
Жить – хорошо, а хорошо жить лучше не здесь!
Через неделю после начала Олимпийских игр Сергей, как мы и договаривались ранее, позвонил Ольге, родственнице кинопродюсера Майера, и договорился о встрече. Я с Сергеем поехал на стадион «Лужники» якобы для того, чтобы посмотреть соревнования легкоатлетов. На самом деле Ольга должна была «случайно» познакомить Сергея с «невестой из США». Наши места на трибуне оказались рядом с местами американцев, и Сергей впервые увидел свою «избранницу» – довольно миленькую на лицо, но толстозадую девицу в джинсовом сарафане. «Невесту» звали Анна, и она даже немного говорила по-русски – была внучкой кого-то из белой эмиграции. Свои хлопоты она оценила в пять тысяч «зеленых» плюс, естественно, все расходы по пребыванию в стране и перелету в Союз и обратно. «Молодые» сели рядом и нежно ворковали, иногда прерываясь на аплодисменты: наш гимнаст Александр Дитятин в этот день завоевал одну из трех своих золотых медалей. Я с Ольгой обсуждал подробности ее первых переговоров с компаниями, выпускающими видеомагнитофоны и видеозаписи. Ознакомившись с фильмом, генералы от капитализма легко принимали наши нахальные условия, и по деньгам прибыль получалась даже больше, чем мы планировали в лучших своих мечтах. Права на выпуск фильма на видеокассетах должны были принести нам около восьми миллионов долларов. Доллар в 1980 году был гораздо увереннее, чем в 2008-м. Этого вполне должно хватить на приобретение новейшего оборудования для небольшого заводика.
После посещения «Лужников», само собой, мы направились продолжать «знакомство» в «Звезду», где сегодня отмечался День Болгарии. Во время Олимпиады мне некогда было ходить по соревнованиям, поэтому наше деловое свидание позволило мне хоть немного погрузиться в атмосферу этого воистину всенародного праздника. Я с неожиданным удовольствием дышал спортивным воздухом и вместе со всеми советскими людьми радовался нашим победам.
Наши современные журналисты, вспоминая об Олимпиаде, писали в основном о 101-м километре, необычно полных прилавках и пакетиках сока с трубочкой. А я действительно прочувствовал атмосферу народного единения, как бы это пафосно ни звучало. Не зря все-таки наши спортивные начальники тратились на меха для жен международных олимпийских функционеров, пробивая решение о проведении Олимпиады именно в Москве. Ведь изначально предполагалось, что Игры будут убыточными, – но государственный пиар важнее! Олимпиада-80 обернулась для Советского Союза не только нежданно наступившим на две недели в отдельно взятой столице коммунизмом. Игры стали настоящим праздником для всех, кто их посетил. Конечно, такое небывалое количество золотых (80!), серебряных (69!) и бронзовых (46!) медалей было завоевано в основном благодаря отсутствию спортсменов из капстран и наличию в нашей сборной спортсменов из союзных республик, но ведь и видов состязаний было меньше, чем в 2008 году (в Москве разыгрывалось всего 203 комплекта медалей, а в Пекине – 302).
В общем, мне все так понравилось, что я даже сподобился посетить третьего августа официальное закрытие Олимпиады.
Оформление так внезапно вспыхнувших чувств между Сергеем и гражданкой США Анной Шварц заняло, несмотря на все мои связи, целый месяц и стоило мне целую кучу подарков из «Березки». Правда, сведущие люди из очереди в ОВИРе, рассказали Сергею, что обычно эта процедура длится пять – семь месяцев даже без продажи квартиры. А квартиры продавать было нельзя, только менять – квартиры должны были отходить в собственность государства. Помогали «черные маклеры», но брали за услуги не меньше половины стоимости квартиры.
К счастью, у Сереги не было ни квартиры, ни работы, ни прописки, ни родственников. Даже в ЗАГСе не стали ждать положенного срока в связи с фиктивной справкой о беременности невесты и талоном на полное собрание Большой советской энциклопедии для заведующей. В результате через два месяца, в сентябре, Сергей с Анной уже гулял по знаменитой Стрип – главной улице Лас-Вегаса. В столицу игрового бизнеса они приехали не для того, чтобы поиграть в казино, а благодаря весьма либеральному законодательству штата Невада в отношении разводов. Не получив развода, свой бизнес Сергею в США начинать было нельзя. Если бы Анна узнала, что ее липовый муж миллионер, вряд ли она захотела бы так просто выполнить условия негласного договора.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
