ответил вождь.
После того, как солнце перевалило за полдень, мы стали встречать всё больше и больше охотничьих отрядов, возвращавшихся с охоты на бизонов, и проходили мимо других, которые медленно шли домой, ведя вьючных лошадей, тяжело нагруженных мясом и шкурами. И вот, наконец, мы вышли к большому ровному участку речной долины, в верхней части которой находился лагерь Пятнистых Людей – несколько сотен вигвамов, поставленных в круг. При виде того, сколько людей ходит по лагерю, я сильно испугался. Хотя вождь хорошо относился ко мне, как и к Чёрному Вапити, наверняка среди обитателей лагеря нашлось бы много тех, кто хотел бы расправиться с нами. Ха! Сердце мое упало, когда я ехал по травянистой долине.
– Хайя, Солнце! – безмолвно молился я. – Помоги мне выжить здесь, среди вечных врагов моего племени! Помоги мне выжить!
Глава VII
Лагерь Пятнистых Людей
Теперь, хотя страх не покидал меня по мере приближения к лагерю Пятнистых Людей, мои глаза стали кое-что примечать. Как и в лагерях моего народа, вход в круг был с восточной стороны; но в этом лагере не было разрисованных вигвамов жрецов Солнца, кроме двух, у которых нижняя часть была черная, а верхняя – красная, и стояли они отдельно от остальных, оба в южной части большого участка внутри круга вигвамов. Мы прошли через вход, и отряд разделился, мы с Черным Вапити вслед за вождем пересекли круг и, прошли мимо многих людей, который приветствовали его, но выглядели мрачно, что заинтересовало нас.
Вождь провел нас к большому вигваму в западной части круга и, когда мы слезали с лошадей, вышли две женщины, приятной внешности, красиво одетые, с аккуратно заплетенными в косы волосами. Сперва они смотрели на него счастливыми глазами, потом, когда он спешился, по очереди обняли его. Он заговорил с ними, и они посмотрели на нас и сказали что-то, что мы посчитали за приветствие. Мои жёны, знаками сказал вождь. Прибежал юноша моего возраста.
– Мой брат, Одинокая Антилопа, – продолжил вождь. – Он позаботится о наших лошадях.
Юноша посмотрел на нас, особенно на мое ружье, повернулся и пошел к нашим лошадям, спросив о чем-то вождя, который кратко ему ответил, а потом знаками пригласил нас войти в вигвам. Мы вошли вслед за ним, и он предложил нам сесть на лежанку справа от своей, стоявшей у дальней стены вигвама. Вигвам был очень большой, и изнутри весь он был покрыт рисунками, изображавшими многочисленные ку вождя. Мы быстро осмотрели их и поняли, что он был великим воином. Вигвам был хорошо обустроен и аккуратно содержался.
Вошли те две женщины с нашими сёдлами и положили их рядом с входом; потом они раздули огонь, достали немного вяленого мяса, поджарили его и положили перед нами, все это время они говорили со своим мужем.
Потом, когда мы закончили есть, он знаками сказал нам:
– Может, вы хотите сходить в лес; может быть, хотите сходить к реке и искупаться. Можете делать, что захотите.
Этого мы и хотели – оказаться там, где никто не увидит нас, разговаривающих на языке знаков.
Мы взяли оружие и встали, когда вождь продолжил:
– Ружье и лук оставьте здесь. Куда бы вы не пошли, мои люди должны видеть, что вы их не боитесь; я буду гордиться вами.
Мы снова сели на лежанку и посмотрели друг на друга.
– Я не боюсь, – сказал я Чёрному Вапити.
– Я тоже, – ответил он, и мы положили оружие и вышли из вигвама, обогнули его и прошли мимо десяти или двенадцати вигвамов, стоявших позади вигвама вождя. некоторые люди, находившиеся там, бросали на нас сердитые взгляды, другие улыбались, кто-то делал вид, что нас не замечает. Мы прошли через узкую полосу деревьев, росших вдоль реки, остановились, и, убедившись в том, что никто нас не видит, Чёрный Вапити знаками сказал:
– Мы убежать отсюда не сможем: за нами следят, нас догонят и убьют. Мне кажется, что тот, кто нас сюда привел, так или иначе убьёт нас.
– Нет. Я думаю, что он хочет оставить нас жить с ним, – ответил я.
– Этой ночью нечего и думать о побеге. Он и его женщины будут следить за нами.
– Да, будут следить. А теперь смотри, что я думаю, – знаками сказал я. – Вождь хочет, чтобы мы остались с ним, хочет, чтобы мы стали его воинами. Мы можем притвориться, что рады остаться с ним, с удовольствием делать все, что он нам скажет. Так мы, как-нибудь ночью, убежим от него и вернемся к своему народу.
– Да. И уведем много лошадей Пятнистых Людей, и своих лошадей тоже. А теперь давай ненадолго останемся тут и посмотрим, следят ли за нами.
Я согласился. Мы спустились к реке, искупались, расчесали волосы и снова заплели косы. Волк, который был вместе с нами, много раз отряхивался и вылизывал свой мех. Мы вернулись в лес и сели там, разговаривая от том о сём и планируя, как однажды ночью мы соберем лошадей Пятнистых Людей и, двигаясь без остановки день и ночь, день и ночь, однажды с гордостью приведем их в лагерь Ворон. Мимо нас никто не проходил. Солнце опустилось за горы. Вместе с волком, который не отходил от нас, мы вернулись в вигвам нашего пленителя. Когда мы вошли, он и его женщины посмотрели на нас, улыбнулись и кивнули. Мы заметили, что за время нашего отсутствия в вигваме появились две новые лежанки со спинками, накрытые выделанными бизоньими шкурами поверх толстого слоя сухой травы; над одной из них, на северной стене вигвама, висело мое оружие, на другой, на южной стороне – лук и колчан со стрелами Черного Вапити.
Указывая на лежанки, вождя знаками сказал нам:
– Вы; это ваши лежанки. Мои женщины сделали из для вас. Садитесь, вы двое, здесь с нами, и пусть сердца ваши радуются.
Мы пошли к лежанкам. Улыбаясь более приветливо, чем прежде, одна из женщин сказала нам:
– Мы сходили к нашей матери, к другим родственникам, и принесли для вас эту одежду и лежанки.
Другая добавила:
– Мы хотим, чтобы вы двое, живя с нами, были хорошо одеты; мы принесли для вас эти вещи.
С этими словами главная жена вождя дала мне пару новых леггинсов из оленьей кожи, синюю полотняную рубашку с белыми пуговицами и пару красиво расшитых иглами дикобраза мокасин; другая женщина вручила примерно то же самое Чёрному Вапити. Нам это было нужно; наши мокасины износились, леггинсы были старыми и грязными. Женщины были очень
