Михаил Скороходов - Путешествие на "Щелье"

Узнаю, что в феврале этого года Белов ездил в США по приглашению Орегонского географического общества, которому исполнилось сто лет, читал там лекции о нашем Севере, о Мангазее, демонстрировал фильм о раскопках. Американские историки были очень довольны, за счет общества сверх программы организовали поездку Белова по стране. А годом раньше он выступал с этими лекциями в Париже, в знаменитой Сорбонне.

— «Мошка»! «Мошка» идет! — раздались ликующие крики.

Вскоре к берегу причалил «МО‑111», началась погрузка. Неожиданно появились четыре женщины–селькупки, сели на скамейку возле кухонной палатки. Михаил Иванович беседует с ними, это его старые друзья, он всегда оставляет им что–нибудь в подарок на прощанье. На этот раз — кухню с палаткой, продукты и разную хозяйственную мелочь. Одна из этих женщин за несколько часов до моего приезда сводила Белова в лес и показала ему двух ненецких идолов. Недалеко от городища, в стороне от старинной дороги, у подножия лиственницы установлены фигуры идущей женщины и ребенка, вырезанные из кованого оцинкованного железа. На шее женщины — ожерелье, на его верхней части сохранилась позолота. Вокруг во мху — различные амулеты. Высота женской фигуры — 48 сантиметров. Белов сделал подробное описание языческого «храма», сфотографировал, но не тронул. По его словам, идолы еще «действующие».

Тихий, прохладный вечер. В ожидании конца погрузки я прилег у костра, закурил. Дрова не простые- кочевые. Пламя кажется странным, необычайно живым, одухотворенным–привет сквозь века от поморов, землепроходцев…

Погрузились быстро. Теплоход медленно отошел от берега. Все прильнули к окнам.

— После первого года раскопок, — негромко говорит Белов, — было много неясного. В следующем году многое прояснилось, но не все. В 1970 году я уезжал с уверенностью, что раскопки завершены, можно поставить точку. Потом появились сомнения… И вот сегодня я уезжаю со спокойной душой — немного осталось нераскрытых тайн в Мангазее, немного. Займемся теперь кабинетной работой… Пошел кремль!

Медленно проплывают мимо врезанные в небосвод стройные ели на высоком обрыве. Белов смотрит выше их — на призрачные стены кремля и башни…

Будут еще праздники на мангазейских улицах. Праздники путешественников, слеты туристов. Счастлив будет тот, кто увидит ее великолепные руины.