замков – Кастель Сант-Эльмо. Этот замок был полностью перестроен в середине XVI века и не имеет башен. Замок Сант-Эльмо долго служил иноземным властителям Неаполя политической тюрьмой – в казематах замка был заключен Кампанелла, томились многие неаполитанские патриоты.
В центре города, в районе Виа Рома, находятся две картинные галереи, в которых представлены художники неаполитанской школы XIX века, – так называемые Галерея современного искусства и галерея Каподимонте. В последней собрана также коллекция образцов художественного неаполитанского фарфора.
Помимо картинных галерей, каждому приезжему в Неаполе советуют посетить сад, тянущийся вдоль набережной Кьяйя, – так называемую Виллу Национале. В этом красивом саду – правильнее было бы назвать его широким проезжим бульваром – аллеи обсажены толстыми каменными дубами, пиниями, пальмами, араукариями, эвкалиптовыми деревьями, украшены фонтанами и статуями. На территории сада находится здание неаполитанского института зоологии, носящего название Зоологической станции. Зоологическая станция была основана в конце прошлого века в целях изучения подводного мира. Туристов сюда привлекает открытый для посетителей сада аквариум, в котором собраны представители различных видов славящейся своим богатством флоры и фауны Неаполитанского залива,
* * *
Неаполь издавна по праву гордится тем, что дал Италии ее лучших певцов – теноров. Но помимо теноров, Неаполь дал Италии также много выдающихся музыкантов и актеров, преимущественно комиков. Неаполитанцы обладают живостью характера, врожденным чувством юмора, большой наблюдательностью, удивительной выразительностью жестов. «Их пальцы говорливы и кисти рук красноречивы», – писал еще древнеримский писатель Петроний.
Неаполю, единственному из итальянских городов, удалось сохранить до наших дней свой характерный театр. Мы имеем в виду труппу талантливого неаполитанского драматурга, актера и режиссера Эдуардо Де Филиппо. Труппа Де Филиппо – это подлинный национальный, самобытный театр. Он развивает традиции народного неаполитанского театра масок и вместе с тем почти всегда глубоко современен по характеру затрагиваемых тем и их реалистическому решению. Де Филиппо пишет и играет свои пьесы на неаполитанском диалекте, местом их действия неизменно является Неаполь. Идеи, персонажи, язык пьес Де Филиппо глубоко народны, горький юмор его комедий, скрытый под внешней комедийностью характеров и положений, особенно понимают и ценят в Неаполе. Однако труппа Де Филиппо очень популярна не только в Неаполе, но и в других городах Италии, несмотря на то что там до публики иногда даже не доходит точный смысл некоторых острых слов и целых выражений в играемых на диалекте пьесах. Особым успехом у широкого итальянского зрителя пользуются комедии Де Филиппо «Неаполь – город миллионеров», разоблачающая коррупцию и моральное разложение, принесенные в Неаполь американской военщиной, и «Страх номер один», направленная против распространяемого ныне в Италии большинством буржуазных газет и радио военного психоза. Первая из них знакома советскому зрителю по одноименному фильму, в котором Де Филиппо исполняет главную роль. Этот талантливый и правдивый фильм помогает увидеть настоящий Неаполь и полюбить его жизнерадостных и сердечных жителей, не унывающих, несмотря на все невзгоды.
* * *
«Когда над синим морем всходит луна», – как поется в старой неаполитанской песне, – город действительно прекрасен. Под покровом ночи не видно ни разрушенных кварталов, ни трущоб. Тысячами огней сверкает раскинувшийся на горном склоне Вомеро, бегут цепочки огней по набережной до самого Позилиппо. Из жмущихся к морю ресторанов доносятся звуки неаполитанского оркестра – гитара, скрипка, мандолина – и высокий тенор певца. Им отвечают звуки аккордеона и пение, несущиеся из открытых окон тонущих в темноте переулков у порта. Неаполитанцы – веселый, неунывающий, энергичный народ, любящий песни и музыку. Каждый год на традиционном неаполитанском празднике, устраиваемом в сентябре в квартале Пьедигротта, родятся новые песни, расходящиеся затем по всей Италии. Иные из них наивно-сентиментальны, иные меланхоличны, иные зажигательно веселы и жизнерадостны.
Тщетны попытки, предпринимаемые реакционными членами жюри конкурсов на лучшую песню, властями и хозяевами радиокомпании РАИ, заставить итальянцев вновь петь фашистские песни вроде пропагандируемой ныне реваншистской песенки, в которой «поэтизируется»… старый солдатский сапог, порвавшийся в походах в Африку и в далекие донские степи. Трудящиеся Неаполя, вместе со всеми честными людьми Италии, решительно заявляют о том, что они не пойдут больше воевать за чужие интересы. Тщетны попытки вновь заставить их надеть выкинутые на помойку сапоги, порвавшиеся в фашистских походах, и маршировать под фашистские песни под командой иностранных генералов. В последние годы в Неаполе все чаще слагают песни в защиту мирного труда, национальной независимости Италии, в защиту единства и солидарности простых людей, все чаще с убийственной иронией высмеивают непрошенных американских гостей, решительно советуют им поскорее убираться восвояси. Все громче звучат эти песни борьбы и мира, заглушая милитаристские марши неофашистов и обывательские традиционные напевы, упрямо твердящие вопреки шагающей вперед жизни, что «пусть годы проходят, а Неаполь все тот же…»
ОКРЕСТНОСТИ НЕАПОЛЯ
ПОЗИЛЛИППО И ФЛЕГРЕЙСКИЕ ПОЛЯ
Осмотр непосредственных окрестностей Неаполя мы начинаем с поездки в западном направлении вдоль берега залива.
Идущая среди утопающих в темной зелени вилл дорога Мерджеллина приводит нас на площадь Пьедигротта. Мы входим в небольшой парк Вергилия, где находится могила одного из крупнейших итальянских поэтов XIX века Джакомо Леопарди и древнеримский колумбарий, в котором по преданию похоронен великий поэт древности Вергилий, чье имя носит парк. Рядом с колумбарием открывается вход в длинную (свыше 700 метров) подземную галерею, которая в древности служила для скорейшего сообщения между Неаполем и городом Поц-цуоли. Ныне галерея эта обвалилась, а в толще гор прорыто несколько современных железнодорожных и автомобильных туннелей.
Мы вновь садимся в машину и, минуя нарядные виллы района Мерджеллины, мчимся по берегу моря среди цветущих садов пригорода Позиллиппо. Позиллиппо представляет собой длинный холмистый водораздел, отделяющий собственно Неаполитанский залив от залива Поц-цуоли. Весь этот район, усеянный виллами с садами, спускающимися террасами к морю, с древности служит местом отдыха римской и неаполитанской знати и богачей. Его природные красоты воспеты в десятках неаполитанских песен. Действительно, с холмов Позиллиппо замечательно красивый вид на город, на Везувий, Флегрейские поля, залив, скалистые островки Прочиду и Искию. Но еще более прекрасная панорама открывается из раскинувшегося на самом краю высокого мыса парка Позиллиппо. С пересекающей парк главной аллеи отчетливо видны оба залива – Неаполитанский и Поццуоли, а также находящийся напротив мыса и соединяющийся с ним длинным мостом-дамбой круглый островок Иизида. Вдалеке на западе вырисовывается городок Поццуоли и Мизенский мыс.
Огибая залив Поццуоли, мы вскоре приближаемся к городкам Баньоли (в 9 км от Неаполя) и Поццуоли (в 13 км). Оба стоящие на самом берегу моря городка, благодаря богатым серой, железом и хлором горячим источникам
