Неля Гульчук - Терновый венец Екатерины Медичи

Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 143

Тело Гиза покрыли серым плащом с желтым крестом и передали в руки главного прево Франции. По приказу короля тело герцога сожгли в подвале Лувра, а пепел бросили в Луару. Эта операция имела целью лишить народ возможности поклоняться праху любимого героя.

Удовлетворив чувство мести, Генрих III направился в апартаменты королевы-матери, чтобы сообщить о содеянном. Он застал мать в постели и, справившись о ее здоровье, сообщил о смерти Гиза:

– Мадам, де Гиз умер. Я его убил, предвидя, что король Парижа собирается это сделать со мной, королем Франции.

Она испуганно посмотрела на него, но не сказала ни слова. Генрих, возбуждаясь, вспомнил о необузданном честолюбии Гизов, о заговорах, которые они плели последние пятнадцать лет, об их тайной связи с Испанией, о дне баррикад. Они дискредитировали своего суверена в глазах подданных: подорвали его власть, поставили под угрозу его жизнь и существование его государства. И наконец Бог дал ему, королю Франции, силу покарать их за преступления.

– Я снова становлюсь королем и господином положения, а не пленником и рабом. Наконец-то рухнул дом Гизов!

Во время встречи матери и сына арестовали кардинала де Гиза, архиепископа Лионского и всех ведущих лигистских депутатов. Убежденный в том, что его рукой Всевышний воздал вождю лигистов, Генрих III считал предпринятые действия концом многовластия и началом новой эры в своем правлении.

Екатерина пришла в ужас от содеянного сыном. Ее трясло. Она была слишком слаба, чтобы ответить ему что-либо. Когда сын ушел, королева-мать вслед ему прошептала:

– Сын мой, ты только что потерял свое королевство.

Любимый сын повторил преступление матери. Урок, который она получила, ничему не научил Генриха, и многолетняя борьба за умиротворение Франции прошла даром. Уверенность в готовности лигистов продолжить борьбу и осознание неминуемого поражения короля окончательно сразили Екатерину Медичи.

Утром 5 января 1589 года Екатерина Медичи захотела написать завещание и исповедаться. Она с трудом дышала и было видно, что наступили последние мгновения ее жизни. Как серьезно она относилась к предзнаменованиям! Когда-то астролог Руджиери предостерегал ее от Сен-Жермена. И в Париже она построила свой дворец подальше от Сен-Жермена.

И что же? Аббата, который исповедовал ее, звали Жюльен де Сен-Жермен. Удивительное и зловещее совпадение.

Услышав имя аббата, она еле слышно произнесла:

– Тогда мне конец!

И тут же ощутила сильную усталость… Она чувствовала, как любимая дурочка Ла Жардиньер заботливо поправляет подушку, гладит ее волосы. Она, Екатерина, была ее единственной любовью и в течение многих лет принимала это как должное.

Екатерина еще слышала свое дыхание, а в следующий миг она стала погружаться в сон, в тот сон, где был любимый Анри, преждевременно покинувшие ее дети и зовущий к себе мудрый великан – король Франциск.

Как хорошо, что ей удалось улучить время, чтобы вновь увидеть своего кумира, по воле которого ее привезли во Францию!.. И она стала королевой!..

Екатерина Медичи стояла перед Франциском I в огромном зале в окружении лучших певцов родной Италии и вместе с ними пела псалом Давида: «С избранным будешь поступать как с избранным. С чистым – чисто, с лукавым – по лукавству его, ибо ты людей угнетенных спасаешь, а очи надменные унижаешь. Ты возжигаешь светильник мой, Господи; Бог мой просвещает тьму мою». Многоголосное пение и слова Давида уносили все заботы земного мира, омывая королеву небесной радостью.

Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 143